Куда пошел Данила Багров, когда впервые оказался в Петербурге?

Выражение «самый лучший фильм» скомпрометировано усилиями российских комиков. Но, несмотря на это, в постсоветской России есть фильм, который можно назвать лучшим безо всякой иронии. Это «Брат». Есть кино, которое любимее даже шлягерного (определение Сухорукова), народного и ушедшего на цитаты «Брата 2». Сначала был «Брат», а потом уже сотни писем Бодрову, слава и запруженная людьми площадь возле кинотеатра «Пушкинский» на премьере второго фильма.

Если в «Брате 2» Москва, Нью-Йорк и Чикаго являются в первую очередь декорациями, посреди которых люди выясняют свои отношения, то в первом бодрово-балабановском фильме город это один из двух основных персонажей. Не криминальный авторитет Круглый и бандитская шушера, а город есть главный антагонист Данилы Багрова. И в роли этого злого пространства, в которое сильный приезжает и становится слабым, которое заставляет жителей калечить, насиловать и предавать друг друга, в «Брате» выступил самый красивый город России.
Если в «Брате 2» Москва, Нью-Йорк и Чикаго являются в первую очередь декорациями, посреди которых люди выясняют свои отношения, то в первом бодрово-балабановском фильме город это один из двух основных персонажей. Не криминальный авторитет Круглый и бандитская шушера, а город есть главный антагонист Данилы Багрова. И в роли этого злого пространства, в которое сильный приезжает и становится слабым, которое заставляет жителей калечить, насиловать и предавать друг друга, в «Брате» выступил самый красивый город России.

Полнощных стран краса и диво, мир «Шинели», Раскольникова и «Крысолова», колыбель революции, город-герой стал выморочным балабановским Петербургом. Большой город всегда забирает у людей силу, а особенно тот, что в неспокойные 90-е мучительно превращается из Ленинграда в Санкт-Петербург. Но так происходит до тех пор, пока не находится человек, способный совладать со стихией. Такой как Данила Багров. Он приехал в город, помог старшему брату, истребил супостатов, познакомился с женщинами и полюбовался открыточными видами. Вот о последних и пойдёт речь.

Данила, ища Виктора и прощаясь с Петербургом, ходит по самым красивым местам города, что, впрочем, очень просто. Ведь в Питере куда ни глянь, всюду красота (тоже сила), известные памятники, потрясающие панорамы, относительно молодая, но насыщенная история.

Вот Багров идёт через 1-й Зимний мост. Живописный уголок: внизу — Зимняя канавка, за аркой и мостом на заднем фоне — река Нева.
Вот Багров идёт через 1-й Зимний мост. Живописный уголок: внизу — Зимняя канавка, за аркой и мостом на заднем фоне — река Нева.
1-й Зимний мост — это часть Миллионной улицы над Зимней канавкой. На заднем плане видны арка, соединяющая Эрмитажный театр с Большим Эрмитажем, и Эрмитажный мост (который также появится в одной из последних сцен фильма).
1-й Зимний мост — это часть Миллионной улицы над Зимней канавкой. На заднем плане видны арка, соединяющая Эрмитажный театр с Большим Эрмитажем, и Эрмитажный мост (который также появится в одной из последних сцен фильма).
Если посмотреть налево, то можно увидеть основное здание Эрмитажа — Зимний дворец.
Если посмотреть налево, то можно увидеть основное здание Эрмитажа — Зимний дворец.

Потом Багров оказывается на одной из самых старых площадей Петербурга, на которой в декабре 1825 года дворяне-оппозиционеры устроили массовую несанкционированную акцию против самодержавия и одурачивания населения. Как всё закончилось, вы знаете: по декабристам стреляли, потом судили, кого казнили, кого сослали. Сто лет спустя благодарная большевистская Россия переименовала территорию в площадь Декабристов. В 2008 году прежнее название было возвращено, площадь вновь стала Сенатской.

Но Данила в 1996 году идёт по площади Декабристов.  
Но Данила в 1996 году идёт по площади Декабристов.  
«Самодержавною рукой он смело сеял просвещенье». Медный всадник на Сенатской площади.
«Самодержавною рукой он смело сеял просвещенье». Медный всадник на Сенатской площади.
А вот ещё одна интересная фотография, сделанная на площади Декабристов во второй половине 1980-х годов.
А вот ещё одна интересная фотография, сделанная на площади Декабристов во второй половине 1980-х годов.
Данила идёт по Исаакиевской площади мимо Исаакиевского собора, крупнейшего и, пожалуй, самого узнаваемого храма Санкт-Петербурга. Любопытное отличие Питера от нынешней российской столицы: в византийской Москве даже синагога, лютеранская кирха и баптистская церковь смотрятся по-православному, а в Петербурге, наоборот, даже православные храмы выглядят на западноевропейский манер.
Данила идёт по Исаакиевской площади мимо Исаакиевского собора, крупнейшего и, пожалуй, самого узнаваемого храма Санкт-Петербурга. Любопытное отличие Питера от нынешней российской столицы: в византийской Москве даже синагога, лютеранская кирха и баптистская церковь смотрятся по-православному, а в Петербурге, наоборот, даже православные храмы выглядят на западноевропейский манер.

За храмом виден дом Лобанова-Ростовского, в котором располагалось Военное министерство Российской империи, читай Минобороны. На одном из мраморных львов у крыльца этого здания сидел Евгений, главный герой «Медного всадника», спасаясь от наводнения. Там же пушкинский персонаж оказался после разгула стихии и узнал памятник Петру.

Южный фасад Исаакиевского собора.
Южный фасад Исаакиевского собора.

Если развернуться несколько правее, то можно увидеть гостиницу «Англетер», построенную на месте той самой гостиницы «Англетер», в которой умер Сергей Есенин.

«Англетер» — крайнее здание справа.
«Англетер» — крайнее здание справа.
Данила идёт через Аничков мост.
Данила идёт через Аничков мост.
Аничков мост — часть Невского проспекта над рекой Фонтанкой.
Аничков мост — часть Невского проспекта над рекой Фонтанкой.
Мост не раз перестраивался. Был сооружен при Петре I под руководством военного инженера Михаила Ани́чкова. Поэтому считается, что правильно называть мост Ани́чковым. Но многие, и я в том числе, продолжают смело говорить А́ничков мост. Ну а для тех, кто не хочет путаться с ударением, есть другое — просторечное, похабное, запоминающееся и точное — название.
Мост не раз перестраивался. Был сооружен при Петре I под руководством военного инженера Михаила Ани́чкова. Поэтому считается, что правильно называть мост Ани́чковым. Но многие, и я в том числе, продолжают смело говорить А́ничков мост. Ну а для тех, кто не хочет путаться с ударением, есть другое — просторечное, похабное, запоминающееся и точное — название.