Суд над Сорокиным. День двадцать пятый

На сцене появляется столичный провокатор с запоминающейся фамилией - Хан. Евгений Хан. Он говорит хорошо поставленным голосом громко и четко. Ему, как видно, не впервой выступать свидетелем на судебном процессе. Об этом, чуть позже, скажет адвокат Бурмистров, которому известно, что Хан - штатный провокатор ДЭП (ведомство небезызвестного генерала Сугробова, осужденного за организацию преступного сообщества, которое занималось провокациями коррупционных преступлений).

И становится понятно, что на Сорокина была объявлена охота. И что все эти персонажи - Беспалов, владелец фирмы «Вектрон», который писал жалобы в ФАС по поводу «нечестно» проведенного аукциона в Нижнем Новгороде; его компаньон Хан; мелкий нижегородской авантюрист Садеков - персонажи, которых водили за ниточки спецслужбы. Как же этим спецслужбам хотелось заполучить очередное громкое дело! Глава города - мошенник!

Безработного Садекова, у которого, вдруг, оказался на руках миллион долларов, арестовали при попытке дать взятку Беспалову. Был суд в Москве. Сорокин участвовал в нем как свидетель. Садекова, будто бы, осудили, но он куда-то исчез. А Беспалов - тот еще хуже - умер. Смерть его зафиксирована в 00 часов 00 минут далеко от Подмосковья, где он жил, - в Ростовском госпитале.

И тут уже вступает в разговор подсудимый Воронин, который знает об особой роли Ростовского госпиталя - заменять личность агентов. И, несмотря на реплику Воронина, прокурор зачитывает показания «мертвого» Беспалова.

На фоне этого лихо закрученного криминального сюжета жалко выглядит местный разоблачитель Евгений Лазарев, давний недруг Сорокина. Он, как и Дикин, считает, видно, что пришло его время рассчитаться с ненавистным Сорокиным и начинает свои показания со лжи. На дежурный вопрос судьи: «Нет ли у вас неприязненных отношений с подсудимым?» - Отвечает: «Нет».

Сорокин тут же разоблачает Лазарева: «Между нами есть неприязненные отношения, и причину их все знают. Причина для оговора есть».

Евгений Лазарев более всего известен как критик власти во времена Сорокина и его команды. Сейчас голоса Лазарева не слышно, хотя он по-прежнему депутат городской Думы, у него по-прежнему есть трибуна и возможность оппонировать главе города. Только теперь задачи, видно, такой нет.

Лазарев оказался владельцем той самой малоизвестной фирмы «ЖБК Строй», которая тоже претендовала на земельный участок в Кузнечихе. И он тоже писал жалобы по поводу неправильно проведенного, на его взгляд, аукциона. Правда, он замешкался с ответом на вопрос Сорокина: «Сколько домов построила фирма «ЖБК Строй» за время своего существования?» Сорокин же за него и ответил: «Один дом». А Лазарев не мог припомнить, где этот дом находится.

И этот человек претендовал на застройку участка города в 450 гектаров! Дальше - больше. Оказалось, что информацию, на которой строил свои обвинения против Сорокина юрист и депутат Лазарев, он, большей частью, черпал из интернета.

Закончить этот репортаж хочу фразой Сорокина, обращенной уже к прокурору с судьей: «Вы бы, хоть Устав города прочитали, прежде чем вести это дело». «Там все прописано», - добавил он.

Да, полная некомпетентность в вопросах градостроительства судьи и прокурора смутила зал. Создалось такое впечатление, что суд вершат не нижегородцы, а люди из той задуманной задолго до этого дня схемы. Чужие люди.