Что русские биохакеры делают с собой ради вечной жизни

15 August 2019

Пока ученые всего мира неторопливо решают проблему старения, биохакеры придумывают, как прямо здесь и сейчас обратить время вспять. Черви, мухи и мыши остались в прошлом веке. Теперь самый интересный живой объект для опытов – мы сами.

«Я очень люблю сравнивать классическую медицину с автомастерской, которая исправляет уже что-то поломанное. Первый вопрос, который задают доктора – "что вас беспокоит?" А мы – это тюнинг-ателье», –  улыбается 28-летний Денис Варванец, высокий брюнет в футболке с надписью Academy 83 на всю грудь. – «Мы – про улучшение здоровых людей».

Денис Варванец

Open Longevity

Говоря «мы», Денис имеет в виду биохакеров. Во всей России таких всего человек 20. Раньше они называли себя трансгуманистами – все, что их увлекало, крутилось вокруг идеи «как обмануть старение». Терминология плавно эволюционировала, и российские трансгуманисты пришли к слову «биохакинг». Не обошлось без влияния американских коллег. Но название – это, пожалуй, единственное, что их связывает.

Русские биохакеры верят, что они особенные: «По идее, чтобы получить лекарство, тебе нужен рецепт от врача. В России все наоборот. У нас почти любое вещество можно купить в аптеке. Именно поэтому тут возможно все», - объясняет Денис. И если Запад – это, как правило, про гадждеты и красивую инфографику, отказ от сахара, снижение стресса, то биохакинг по-русски – это культ «чекапа» (постоянное наблюдение за биохимическими показателями тела) и опытов с препаратами.

Два года назад Денис был «диванным овощем». Никакого спорта, максимум – бег трусцой. Были проблемы со здоровьем, особо не работал. Сегодня он сооснователь Лаборатории биохакинга при московском фитнес-клубе Atmosfera Private Fitness. Два верхних этажа башни Империя в деловом кластере Москва-Сити, более 10 клиентов из списка Forbes. Все на базе многочисленных обследований и сочетания спорта и «терапии». Когда Денис начал «прокачивать» самого себя, за полгода его показатели тела уже соответствовали показателям кандидата в мастера спорта. Это был успех.

Atmosfera Private Fitness

Но если какая-то информация о биохакерах и просачивается в СМИ, то почти всегда исключительно негативная: судя по отдельным публикациям, биохакеры – это фрики без медицинского образования, которые сеют хаос в науке и убивают себя собственными экспериментами.

Тем не менее, эти люди считают, что не умрут в этом столетии.

Про волшебную таблетку

«Вы собираетесь умирать? Но не сейчас ведь, правда? Я тоже в принципе не говорю, что если в меня выпустить очередь из автомата, то я не умру. Если меня переедет машина, я умру», – говорит мужчина в темно-синем костюме. Он делает глоток растворенной в стакане аскорбиновой кислоты: «Но я все-таки не собираюсь умирать».

Восток Москвы, пятиэтажное серое здание, два поста охраны. Внутри офис международной аутсорсинговой компании. Мы в кабинете ее финансового директора. Ему 35, его зовут Станислав Скакун, и он биохакер.

Стены его кабинета увешаны всевозможными дипломами и сертификатами – нет, не по биохакингу; по корпоративным финансам. На биохакинг тут слегка намекает разве что банка с таурином и еще парой препаратов у принтера в углу. В остальном все типично: кожаное кресло, большой дисплей, пустой чистый стол – ничего лишнего.

Станислав Скакун

Open Longevity

Этот человек на протяжении 3 с половиной лет проводит, возможно, самый большой в мире эксперимент по оцифровыванию себя, за что его уже сравнивают с американской звездой биохакинга Крисом Дэнси. Но если Дэнси – киборг, то в этом смысле Скакун полный его антипод.

Каждый день он выпивает по 35 препаратов и по 4 часа читает научные статьи. У него есть большая Excel-таблица на кучу листов, в которой около 760 показателей организма и порядка 8,000 биомаркеров (гемоглобин, холестерин – все, из чего мы состоим). Он прочитал и законспектировал 15 тысяч научных статей.

То, что он делает, называется «quantified self» – термин, придуманный в 2007 редакторами американского журнала Wired. Организм – это биохимическая машина, и, применяя разные вещества, можно добиться разных пполезных для нее эффектов. За время эксперимента Станислав провел около 120 опытов над собой с различными препаратами и дозировками.

«Например, я принимал метформин. Это препарат для больных сахарным диабетом типа II», – Станислав открывает на экране свою таблицу с данными – список биохимических показателей (по-биохакерски «панель») – от липидов до белков, ферментов и микроэлементов. От цифр рябит в глазах: часть в серой зоне (норма), что-то в желтой (риск), изредка встречается красная зона (что-то пошло не так).

Источник: https://portalinet.ru/chto-russkie-bioxakery-delayut-s-soboj-radi-vechnoj-zhizni/