Государство – это Путин!

То, что происходит в России после 1991 года прекрасно ложится в канву исторического материализма и отрицать это, значит демонстрировать свою недалёкость. Поздний СССР переродился, по сути, в античную империю, состоящую из множества провинций, во главе которых стояли назначенные из метрополии сенаторы. И, подобно Римской империи, СССР после своего краха распался на несколько отдельных государств, которые продолжили своё совместное существование в форме СНГ, схожего с Франкской империей Карла Великого, сохраняя при этом свой суверенитет (даже слово вспомнили феодальное, происходящее от слова соверен, что на английском языке значит монарх).

Некоторые вновь образованные государства впали в междоусобные конфликты на почве дележа территорий. Практически всюду орудовали банды варваров-рэкетиров! Повсеместно проводилась христианизация и исламизация подданных новых монархов. Даже чеченские войны в чём-то напоминают средневековые крестовые походы в землю обетованную, правда теперь их целью было освобождение не Гроба Господня, а нефтяных месторождений от кощунства «неверных» мусульман.

Но, в силу того, что СССР был совсем не аграрной державой, а весьма индустриализированной, период феодализма продлился всего несколько лет, после чего начался период обуржуивания. В кратчайшие сроки стали появляться новые и новые магнаты, сколотившие свои капиталы во многом благодаря пресловутой приватизации. Начался период тотального обогащения – продавалось и покупалось абсолютно всё, даже то, что в Союзе считалось святыней. В людях умирали последние остатки человечности, т.к. всё начало измеряться исключительно деньгами и преимущественно в у.е. (условные единицы, как назывались в 90-х годах доллары).

В мгновение ока советские промышленные гиганты превращались в груду металлолома, который тут же конвертировался в валюту. Сохранялись преимущественно предприятия энергетического, перерабатывающего и добывающего сектора экономики. Буквально за несколько лет была уничтожена практически вся тяжёлая промышленность, которую с таким трудом создавали наши деды и отцы во время сталинской индустриализации. Одновременно с этим буйным цветом расцвела торговля, которая по-советски носила чисто спекулятивный характер, т.к. цена определялась не издержками, а принципом «подешевле купить – подороже продать». Вместо вещевых рынков стали появляться торговые центры.

Но, как и 200-300 лет назад в Европе, конфликт буржуазных интересов новых олигархов в России стал перерастать в хаос, что потребовало восстановления государственной власти в качестве арбитра между новыми хозяевами жизни. Вот, что об этом писал Ф. Энгельс в своей работе «Происхождение семьи, частной собственности и государства»:

«Государство никоим образом не представляет из себя силы, извне навязанной обществу. Государство не есть также «действительность нравственной идеи», «образ и действительность разума», как утверждает Гегель. Государство есть продукт общества на известной ступени развития; государство есть признание, что это общество запуталось в неразрешимое противоречие с самим собой, раскололось на непримиримые противоположности, избавиться от которых оно бессильно. А чтобы эти противоположности, классы с противоречивыми экономическими интересами, не пожрали друг друга и общества в бесплодной борьбе, для этого стала необходимой сила, стоящая, по-видимому, над обществом, сила, которая бы умеряла столкновение, держала его в границах «порядка». И эта сила, происшедшая из общества, но ставящая себя над ним, все более и более отчуждающая себя от него, есть государство» (стр. 177—178 шестого немецкого издания).

Так начался период государственно-капиталистических трестов в новой России, что ознаменовало усиление государства в лице президента, на роль которого был выбран невзрачный, но зарекомендовавший себя бывший комитетчик В.В. Путин. Он сразу же усмирил опальных олигархов, а особо буйных вынудил покинуть страну. С этого момента началось усиление российского государства во главе с Путиным, за 18 лет правления которого пропаганда и пиар настолько возвеличили личность этого человека, что сегодня он, подобно Людовику XIV во Франции XVII века, может смело сказать всем жителям России: «Государство – это я!». Что, впрочем, он и делал на протяжении своего правления в весьма завуалированной форме.

Можно констатировать что постсоветская Россия превзошла даже требование Сталина, когда тот говорил: «Мы отстали от передовых стран на 50–100 лет. Мы должны пробежать это расстояние в десять лет. Либо мы сделаем это, либо нас сомнут.» За 27 лет своего существования Российская Федерация прошла тот путь, на который Европе потребовалось не одно тысячелетие!

© Заяц Стас / НКП(б) / 19 ‎сентября ‎2018 ‎г., ‏‎14:13:25 / Допускается использование данной статьи без согласия автора и без выплаты авторского вознаграждения, но с обязательным указанием имени автора