Запись, которая должна быть первой: кто такие члены ГЭК и откуда они берутся?

28 June 2019

Собственно, член ГЭК (то есть государственной экзаменационной комиссии) – это вредное существо, которому в экзаменационно-егэшные дни отчего-то не спится по утрам (если экзамен проходит где-нибудь на краю области, у самой государственной границы, то не спится ему уже часов с 3).

С утра пораньше это вредное существо отправляется на метле/ такси/ своих двоих (нужное подчеркнуть) в центр обработки информации, где ему выдают секретный черный пакет. До 2018 года в секретном черном пакете были бумажные варианты заданий, розовые бланки ответов и документы для руководителя пункта, а с 2018 – только диски формата «распечатай сам» и неизменная бумажная бюрократия, где будет ставить подписи вся наша организаторская братия. Да, руководитель пункта ≠ директор этой школы. Руководитель пункта директорствует в другой школе, и организаторы с техниками также набираются из других школ.

По выходу из центра члена ГЭК вместе с пакетом кидают в машину и везут на пункт. Особо экстремальные товарищи (например, Офигения Латиновна) умудряются досыпать в машине. Некоторые для комфорта даже берут с собой надувные хомутики под шею.

Запись, которая должна быть первой: кто такие члены ГЭК и откуда они берутся?

До 2018 года на пункт ехал один член ГЭК, а теперь – двое или трое в зависимости от количества задействованных аудиторий.

К 7:30 члены ГЭК прибывают на пункт, где в штабе – с поклоном перед камерой передают пакет руководителю пункта. Руководитель так же, с поклоном, произносит… нет, не «Аригато!» – «Пакет поступил без нарушения целостности упаковки», вскрывает эту самую упаковку и сверяет, совпадают ли документы с описью.

Запись, которая должна быть первой: кто такие члены ГЭК и откуда они берутся?

Акты и ведомости кладутся на стол, списки участников отдаются организаторам на входе, а диски прячутся в пуленепробиваемый сейф до подходящего момента. Заменить бумажные задания дисками – это, конечно, прогресс, но вот беда: большинство современных компьютеров и ноутбуков не имеют дисковода в принципе.

Пока идет подготовка, вредные члены ГЭК, начинают всюду совать свой нос: то по коридору пробегут: «Опечатаны ли незадействованные аудитории? Не отклеилась ли печать?», то в задействованные помещения заскочат «А идут ли часы? Совпадает ли время на компьютере с реальным? Закрыты ли шкафчики и наглядные материалы?» (Особенно осторожные организаторы от греха подальше заклеивают даже лица писателей на портретах – вдруг наблюдатели за подсказку примут?). Ну, и по мелочи: глушилки у туалетов на максимум подкрутить, у рампы металлоискателя, через которую проходят сдающие, постоять…

Запись, которая должна быть первой: кто такие члены ГЭК и откуда они берутся?

Вы спросите, как это нас, таких противных, выносят организаторы? А все просто: зафиксировавший нарушение член ГЭК имеет право удалить с экзамена как сдающего, так и любого работника пункта. Со звонком в центр и одобрением председателя ГЭК, конечно, но имеет.

С 2018 года у членов ГЭК появился новый адский девайс – то́кен – обычная на вид флешка, без которой парализуется работа на всех уровнях проведения: ключ доступа к порталу не получишь, задания с диска на распечатаешь, ответы не отсканируешь и не перешлешь.

В 10 часов, когда участники рассажены по аудиториям и проинструктированы, член ГЭК вместе с техником чинно входят в каждый кабинет и активируют печать (потому-то техников и членов ГЭК в сумме так много), после чего бдят неподалеку в коридоре – вдруг процесс не пойдет, и тогда нужно бежать на выручку.

К 10:30 начинается экзамен, и длится он обычно 3:30 или 3:55 часов – в зависимости от предмета. Почему не 4? Если бы 4, то по регламенту детишек нужно кормить. То, что стоит покормить еще и членов ГЭК, в регламенте не прописано.

Во время экзамена мы курсируем по коридору или сидим под камерами в штабе. В аудиториях без надобности не курсируем – там и так уже сидят два организатора + возможный общественный наблюдатель. Погонять в туалете шуршунчиков тоже можно, но аккуратно: бывали случаи, когда пойманный с телефоном или шпаргалкой продвинутый деть в ответ грозился подать заявление о сексуальном домогательстве.

Спустя неполные 4 часа, когда экзамен окончен и работы сданы, организаторы приносят нам запакованные конверты. В одних – задания, в других – ответы. Все еще раз пересчитывается и вносится в ведомости. И вот на этом моменте до 2018 года работа члена ГЭК оканчивалась, и он с полными пакетами отправлялся сдаваться в центр. Теперь же все только начинается. Ответы и документация сканируется, распознается по QR-коду и в электронном виде направляется в центр, после чего мы всем составом ждем, когда специалисты в центре примут и дадут отмашку об окончании экзамена. Ждать можно и час, и два, и три – в общем, до бесконечности. Когда заветная отмашка приходит, мы едем в центр.

В центре стоим в очереди, сдаем под роспись пакеты и, добравшись своим ходом, часов в 7 или 8 вечера оказываемся дома, где наконец можем… нет, не умереть с чувством выполненного долга – готовиться к выходу на работу и новой поездке.

А новая поездка же только в радость: работу симуляешь (и ничего, что в период зачетной недели), путешествуешь, деньги лопатой гребешь – не жизнь, а сказка.

Откуда берутся члены ГЭК?

Комитет образования кличет клич по учебным заведениям. Учебные заведения заглядывают в длинные свитки пророчества и по ним выявляют избранных, которых затем мягко и нежно уговаривают и идейно вдохновляют.

Запись, которая должна быть первой: кто такие члены ГЭК и откуда они берутся?

Обычно избранные отыскиваются среди учителей, преподавателей вузов и колледжей. С 2018 года, когда членов ГЭК пришлось срочно размножать, ряды пополнились психологами, логопедами, секретарями студенческих канцелярий – в общем, всеми, кто имеет высшее образование и хоть какое-то отношение к педагогике.

Как обучают неофитов?

До настоящих и пробных экзаменов членов ГЭК каждый год направляют на курсы в институт развития образования. Правда, информацию о дате проведения этих курсов рассылают не на личные почты членов ГЭК, а на мейлы организаций. В результате кто-то узнает о курсах своевременно, а другие могут и пролететь мимо всего инструктажа. Попасть без всяких объяснений сразу на экзамен – вот это экстрим!

С 2018 года порядок обучения ужесточился. Члены ГЭК теперь должны заходить на специальную учебную платформу, изучать модули и выполнять тесты, по результатам которых получают сертификат. Судьба тех, кто сертификат не получил, покрыта мраком, ибо они перешли на темную сторону…

Можно ли выйти из братства членов ГЭК?

В него можно только войти, а вот выйти уже нельзя. Состояние здоровья уважительной причиной для ухода не считается – ездили люди и через неделю после госпитализации с аппендицитом. Правда, ходят слухи, что все-таки можно через постель (и последующий декретный отпуск).

Офигения Латиновна – ветеран боевых действий, ездит уже 3 год. Встречаются и 5-летние старожилы. Те уже познали просветление.

Запись, которая должна быть первой: кто такие члены ГЭК и откуда они берутся?

Как распределяются члены ГЭК?

Если совсем уж «повезет», можно попасть на все экзамены и исколесить всю область. Компьютер комбинирует из списков случайные команды, и в таком составе члены ГЭК направляются на пункт – сначала на проверку оборудования, а на следующий день – на сам экзамен. Обычно на каждый новый экзамен формируется новая команда, кроме тех случаев, когда экзамены плотно идут друг за другом. Тогда члены ГЭК на пункте будут одними и теми же по 2-3 раза.

О том, куда нас направляют, мы узнаем за 3 дня до предэкзаменационной проверки, чтобы у нас было меньше шансов сговориться с руководителем пункта и творить произвол.

Такая вот сложная, изобилующая церемониями жизнь у члена ГЭК.