Заблудившиеся подружки способны на многое

Текст: Попович Татьяна

По нахоженной тропке

В выходные подруги, Марина и Елена, отправились на природу. Причем сбор грибов значился далеко не на первом месте. Скорее, главным было просто побродить по осеннему лесу, всласть наговориться, перемыть косточки своим бывшим и помечтать. В корзинке фляжечка с коньяком, пара бутербродов, пачка сигарет. Даже резиновые сапоги не стали обувать, решили, что достаточно кроссовок — на дворе сухо, тепло, а намеченный маршрут не предвещал болотистых мест. Доехали на такси до энного километра на трассе. Дальше планировали пройти по нахоженной лесной тропке, которая ведет к живописному берегу лесного озера.

Дорожка памятная, когда-то часто бывали здесь со своими мужьями - еще горячо любимыми и молодыми. Тогда они обожали эти места - приезжали сюда и весной, и летом, а уж осенью выносили из леса полные корзины грибов и ягод. Теперь те безмятежные годы в прошлом. Барышням по сорок, разведенки. Погоня за новым счастьем ни у одной, ни у другой ничем не увенчалась. «Пока не увенчалась!» - неизменно уточняют оптимистки.

- Настроение было прекрасным, погода замечательная. Мы с Ленкой весело шагнули на нашу тропку и легко двинулись в путь, - рассказывает Марина. - Шли вприпрыжку, смеялись, словно опять стали теми счастливыми девчонками.

- Но мы все же договорились, что будем осторожными: с тропки особо-то не отходить, все время держать ее в поле видимости. Все-таки давненько здесь не были. Да и в те времена за безопасность в лесу отвечали наши мужчины. А мы, как большинство женщин, способны заблудиться и в трех соснах, - добавляет более сдержанная Елена.

Подружки продвигались по лесной тропе, рассказывая друг другу о пережитом за то время, что не виделись, делились секретами. Радовались, издали увидев апельсиновые шляпки подосиновиков, а уж крепышей-моховиков было море.

- В какой-то момент я говорю Ленке: «Давай сначала до места дойдем, к озеру, а потом по берегу пробежимся, там грибов много. А то так мы будем ходить здесь до вечера», - продолжает рассказ Марина.

Подружки решили не отвлекаться и бодро зашагали к лесному озеру. Какое-то время шли сосредоточенно, даже меньше болтали. Долго ли, коротко ли, поняли, что немного устали. Остановились передохнуть, огляделись. Достали мобильники - оказалось, что по времени, даже с учетом сбора грибов, уже должны бы подходить к месту.

- Нас это чуть-чуть насторожило, но не более того, - пояснила Марина. - Вот она, тропа под ногами, ну, подумаешь, отвлеклись на грибные соблазны. Решили - все, топаем по намеченному маршруту, и никакие «апельсины» на мху нас больше не затормозят.

В глухом лесу, как в детской сказке

А тропка становилась все менее различима, то ныряла в заросли кустарника, то выныривала. «Смотри, как все заросло. Да и вообще что-то смущает меня на этом тернистом пути», - вздыхала Марина. Так она шутить пыталась… Конечно, северный лес не отличается особым разнообразием - березки-близнецы, мох, все одинаковое, но все же место показалось незнакомым. Какое-то чужое.

- …И в этот момент мы совершили ошибку, - признается Елена. - Нам бы встать как вкопанным, отдышаться, понять, что, возможно, сбились с тропы, а потом потихоньку, маленьким шагом, дать обратный ход. Практически по следам - идти туда, откуда пришли. Глядишь, и вышли хотя бы на нужное направление…

Однако женщины начали метаться туда-сюда, закружили свои бестолковые головы и уже ничего не понимали - где они, откуда пришли, куда двигаться дальше.

- Помыкавшись в разные концы, поняли, что давно уже топали не по той заветной тропинке, а в какой-то момент пошли по ложной, случайной - она и увела неизвестно куда. А теперь и с нее сбились. Где мы? Куда идти? Понимание, что заблудились, хлестнуло волной страха, - вспоминает Марина. - Говорю: «Ну глупо же, Ленка! Как в детской сказке - шли, шли и оказались в глухом лесу? Брось, не дрейфь, сейчас все проанализируем и найдем дорогу. А пока давай перекусим».

Кусок в горло, конечно, не лез. Выкурили по сигарете. Попробовали шутить - мол, сегодня вечером дома, когда грибы жарить будем, вдоволь посмеемся над приключением.

Не помог и коньячок

И снова двинулись в дорогу, надеясь все же через какое-то время выйти к озеру. Идти становилось все труднее, никаких тропок уже давно не попадалось. Лес глухой, какой-то неприятный - то кочки, то болото. Хотя бы какая подсказка попалась - пригорок или деревья повыше, настоящие. Так нет же - глухое безмолвие, мхи, карликовые березки. Марина и Елена решили миновать этот гиблый участок, а там продумать дальнейший маршрут. Шли долго, а хмурый безликий лес не менялся к лучшему.

«Наверное, мы свернули в другую от озера сторону и идем куда-нибудь в тундру», - подумали женщины. И стали срезать, как им казалось, маршрут, изменив направление.

Маневр ничего не дал: подруги уже едва ноги волочили, а пейзаж вокруг не менялся.

- Что ж мы про телефоны-то забыли! Надо позвонить! Твоему бывшему или моему. В МЧС, наконец! - опамятовалась Елена.

А подруга ей в ответ:

- И куда они должны примчаться? Мы сами не знаем, где мы. Не будем позориться, сами дорогу найдем.

Однако время спустя уставшие путницы все же решили воспользоваться мобильниками, сделать, так сказать, звонок другу. Каково же было их разочарование, когда обнаружилось, что связи нет! Принялись искать какой-нибудь пенек повыше. А вокруг сплошная гнилая растительность.

- Понимаешь, Марина, мы кружим, нас водит, - размышляла Елена. - Да, мы, конечно, сбились с пути и наверняка ушли очень далеко. А может, идем параллельно той трассе, с которой шагнули в лес? Но так ведь можно идти бесконечно, пока…

- Что пока? - насторожилась Марина в ответ. - Пока не помрем в этом гиблом месте? Ну уж нет, не дождутся.

А Лена рассказала подруге, что читала где-то - мол, когда леший по лесу людей кружит, то первое дело против его чар - переодеться, вывернув одежду наизнанку. И тогда, мол, отстанет нечистый. Подружки так обрадовались догадке, что даже повеселели. С кашей в голове снимали промокшие от пота свитера и футболки, читая при этом «Отче наш»… Что-нибудь да поможет.

Успокоились, сели на кочки, достали шкалик с коньяком. Силы все равно на исходе, хоть не так страшно будет. Молча выпили, съели по бутерброду - поняли, что голодные, есть хочется, но, увы, еды больше не было. Закурили. Между тем стало темнеть.

- Ну что, подруга, похоже, надо готовиться к ночлегу, - первой взяла себя в руки Марина. - Куда же мы в темноте пойдем? Костер развести надо! Давай-ка собирать валежник!

Женщины приободрились - появилось дело, да и коньяк оказался к месту. Договорившись не терять друг друга из виду, стали добывать все, что может гореть. Сучки, ветки - не так-то много мог предложить здешний лес. У одной имелся маленький грибной ножик - вот и весь инструмент. Понятно, дров таким не нарубишь.

Сложенные шалашиком ветки загорелись, но их хватило ненадолго. Стали активнее ломать сучья, выкорчевывать какие-то кривые корешки. Вдруг обнаружилось, что сидеть на земле здесь мокро - место сырое, как губка. Побрели, уже в полутьме, искать пристанище посуше и повыше.

- Стало совсем неуютно, мрак опускался все ниже и ниже, мы окончательно пали духом, - вспоминают странницы. - Выбрали елку, у нее хоть какие-то лапы опускались к земле. Продолжили сбор топлива. А тут еще одна напасть - оказалось, что зажигалка у нас всего одна, и та уже дышала на ладан. Мы решили, что разожжем костер только тогда, когда будет запас веток и когда окончательно стемнеет.

А темнело быстро, вместе с ночью пришел холод. Жалкий костерок, как ни берегли его потеряшки, давал совсем мало тепла. Вскоре стало понятно, что надолго его не хватит. А отходить за топливом надо было все дальше и дальше в темноту. Зажигалка совсем никакая.

- Давай оставим огонька для последней сигаретки, когда совсем тяжело будет, - предложила одна подружка.

- Не последней, а крайней, - устало поправила ее другая.

Лена и Марина сели на лапник, оперевшись спинами друг о друга, чтобы хоть немного согреться.

Хруст да хруст

- Какая темнота наступила! Откуда ни возьмись - весь день был тихим - подул ветер. Мы сидели и молились. От страха без конца читали единственную известную обеим молитву, - вспоминают горюхи. - И вдруг мы услышали хруст, словно кто-то ходил вокруг нашей стоянки. Может, ветер бедокурит? Веточками шуршит? Мы затихли как мыши, жуть обволокла с головы до ног. Аж в голове помутилось…

В обморок путешественницы не провалились только потому, что ветер неожиданно стих, небо прояснилось и - какое счастье! - в вышине отчетливо засияло несколько звездочек.

Стало даже посветлее, подруги задрали головы к небесам: «Господи, увидь нас, спаси и сохрани!» Так они и сидели, но уже были словно не одни, будто под защитой невидимой. Хруст по-прежнему слышался, то отдаляясь, то приближаясь к их жалкому лагерю. От костра даже дыма не осталось. Никакая сила уже не подняла бы взрослых девочек на подвиг сбора нового валежника. Да и разжигать костер, считай, было нечем - может, вспыхнула бы прощальная искорка в зажигалке, а может, и нет. Страх и холод буквально спаяли заблудившихся воедино, временами они проваливались в дрему, но стужа будила, вздрагивали и снова смотрели в небо. Все тело затекло, казалось, уже невозможно будет встать. Но вот забрезжил рассвет.

- Мы взбодрились - одним страхом меньше, - вспоминает Марина, - ночь ушла. Встали на четвереньки, проползли немного, потом с большим трудом приняли вертикальное положение. Ноги, спины, шеи - все словно в гипсе. Я говорю: «Лен, теперь мы зверя своим хрустом напугаем». Она мне в ответ: «Ну, мать, ты уже шутишь! Теперь дело за малым - выбраться из этого гребаного леса».

Человеческий мужик

Женщины осмотрелись, изрядно поумнев за эту страшную ночь. Лену осенило, она якобы поняла по неким признакам, куда надо идти. Уперлась, говорит - знаю, что идти в ту сторону. Кстати, ландшафт вокруг за ночь преобразился - в костре сожжены все кусты, обломаны все досягаемые ветки деревьев, а лесной ковер словно пропылесосили - ни одного пожухлого листочка, сухой былины.

- Да уж, мы боролись как могли! - признались потеряшки.

Двинулись, пошатываясь от скованности в теле. Им предстояло пройти большой путь. День, на счастье, снова выдался погожий, солнышко слегка согрело. Об еще одной ночи в лесу подруги даже думать себе запретили. Уже под вечер они оказались в хорошем таком, сухом месте: березы рослые, не кривые, почва плотная, идти легче. Лес достаточно густой - а грибов в нем! Но это уже не волновало бродяжек. Выходят они из чащи на полянку - а там мужик. Человеческий мужик! Настоящий! Справляет малую нужду под березку.

Дамы от радости дар речи потеряли - стоят и мычат что-то нечленораздельное. Мужчина дело свое закончил, оправился и спрашивает: «Вы откуда, бабоньки, такие? Как вас сюда занесло?»

Оказалось, вышли наши бедолаги к заброшенной воинской части, что располагалась когда-то в этом глухом и удаленном месте. Часть давно расформировали, все здесь заросло, но проселочная дорога жива - вот и заглядывают сюда изредка грибники. Грибов здесь пруд пруди, а место не многим известно, так что без лесного урожая не останешься.

Рассказали свою печальную повесть, мужчина подивился, говорит: «Крюка порядочного вы дали! Как только выдержали такой марш-бросок?» А о себе сказал, что случайно сюда заглянул, не собирался. Но потом вдруг решил проверить грибные места на старой этой делянке - взял и свернул с трассы.

- Ну, горе-грибницы, повезло вам. Если бы мне не приспичило, пролетел бы я мимо этой полянки! Пойдемте же скорее к машине, у меня термос с горячим чаем имеется, хлеб с колбасой. Голодные, поди?

Опубликовано: Мурманский вестник от 20.09.2018