Баба Яга, или Ленин в 1917 году

26 January 2018

В. Васнецов «Баба-Яга» (1917 год, 69 лет)
В. Васнецов «Баба-Яга» (1917 год, 69 лет)

Уродливая старуха, владеющая волшебными предметами и наделённая магической силой.

Место прописки: Тридесятое царство за огненной рекой Смородиной

Место жительства: Избушка на курьих ножках

Атрибуты: ступа, пест, помело

Из сводок охранки

На семи ветрах кто тебе помог

Может кто помог

На семи холмах кто тебя согрел

Кто тебя любил не долюбил

Вместе мы с тобой, родная

Плуг да борона

Из конца в конец без края

Крохи собираем

Калинов мост, «Родная»

«В картине В.М.Васнецов изобразил самое страшное воплощение Бабы Яги — похитительницы и пожирательницы маленьких детей. Это старая и безобразная ведьма с седыми растрепанными волосами, крючковатым носом, костлявыми руками с торчащей костяной ногой...». Так рекомендуют начинать рассказ об этой картине отечественные педагоги. Это прочтение, разумеется, имеет право на существование, но мы, как водится, были бы не мы, если бы не предложили свой взгляд на «Бабу Ягу». А он, этот взгляд, проявляется, стоит лишь посмотреть на дату написания полотна. Детям об этом не рассказывают, но я вам по секрету, расскажу. Этот портрет кисти Васнецова появился в пламенном 1917-м.

Эта дата, ставшая точкой перегиба нашей истории, для данной картины также является точкой опоры, способной перевернуть ее восприятие и в конечном итоге смысл. Кого изобразил на своем транспаранте Васнецов? Если вглядеться в лицо мужчины в женском платье, на ум приходит образ Керенского, а если обратить внимание на вытянутую руку и белки глаз, то и Ленина. Монстр революции, вобравший в себя все составляющие бессмысленного и беспощадного русского бунта: мозолистые руки рабочих, лапчатые ноги крестьян, мускулистые плечи матросов, развевающийся кумач Октября и указующая десница вождя революции. Так могла бы выглядеть гидра революции, выйди она из-под кисти доктора Франкенштейна. Таким вышел из-под пера Васнецштейна самый человечный человек.

Владимир Проппу утверждает — а ему можно верить — что есть три вида Бабы-яги: дарительница; похитительница детей; воительница, сражаясь с которой «не на жизнь, а на смерть», герой сказки переходит к иному уровню зрелости. Педагоги учат нас видеть на картине вторую ипостась Бабы, но мне хочется видеть третью. Воительница, победив которую герой переходит к иному уровню зрелости. Не такой ли инициацией для страны были Октябрьская революция и последовавшие за ней события? Ты сперва опиумом напои, обещаниями накорми, да в кровавую баньку своди. Эмоциональный центр картины — цветовой сгусток красного и белого, как предчувствие гражданской войны. Прихватив под мышку белых, обув крестьян, страна руками рабочих и матросов уносится куда-то влево, куда указывают глаза и десница Яги. Тут нет однозначного обличения, но есть осознание языческой силы, которой под силу вырвать ступу страны из трясины, оставив за спиной груды костей, и повести... куда?

При этом, — продолжает всезнайка Пропп, — злобность и агрессивность Бабы-яги не являются её доминантными чертами, но лишь проявлениями её иррациональной, недетерминированной натуры. В «Анти-Дюринге» Энгельс писал: «Тот, кто строит системы, должен заполнять бесчисленное множество пробелов собственными измышлениями, т. е. иррационально фантазировать, быть идеологом». Стратегия отличается от Идеологии тем, что помимо вопроса «Кто виноват?» отвечает на вопрос «Что делать?». Наша страна богата на революционеров: от Нечаева до Навального все они говорят о том, как выйти из точки А («Так жить нельзя»), выдающиеся из них помогают осуществить этот выход, лучшие заставляют забыть А, как страшный сон. К несчастью этим сном становится весь исход из точки А, ибо пламенный революционер умеет жечь — ломать, но не строить. Не было такого революционера, который не просто назвал точку Б («светлое будущее»), но и нанес бы ее на карту и помог прийти к ней. Не был стратегом и Ленин. И у него тоже не было ответа, куда мчится тройка-Русь. Иного состояния кроме перманентной мировой революции он и не мыслил. Он говорил о профессионалах, его архитектура революции предполагала архиреволюционеров, антикризисных менеджеров. Но чтобы у руля оставались архиреволюционеры, должна случится архиреволюция, чтобы были востребованы антикризисные менеджеры должен продолжаться вечный кризис. Все верно, именно так — вечный кризис — следует понимать словосочетание «история России». А под успешным властителем стоит понимать успешного архикризисного менеджера. Таких у нас было немало. Парадокс в том, что каждый из них порождал иной кризис взамен старого. Ведь единственный способ качественного развития в стране вечного кризиса — переход к новому кризису.

Да, у Ленина были планы развития, но это были планы развития революции. За февральским переворотом должен был последовать второй и при необходимости третий, а после — мировая революция вплоть до полной победы пролетариата. Осознанно или нет, но он создал философию, по которой будет создано новое советское государство, — философию разрушения. Главный рабочий план революции, статья «Что делать?» имеет мало общего с созиданием и еще меньше с Марксом. Это чисто ленинская идея, о которой у Маркса нет ни строчки. Но это и Нечаевская идея: проникнуть во все слои, оцепить изнутри, под строжайшей конспирацией, пропитать собою среду и в означенный час выпереть на поверхность, утвердив за собой захват территории. Это идея грибницы, плесени. Беда не в том, что идея захвата была ядовита и неплодотворна. Беда в том, что такая система может развиваться лишь количественно, размножаться — как грибы и юристы — спорами, сея вокруг ядовитое семя. Это стратегия самопорождения, стратегия низшего царства, последнего эшелона эволюции — и революции. Ей можно последовать, но ее нельзя развить, заставить работать на человека, который, как известно, принадлежит совсем другому царству. В этом смысле Ленин — именно гриб. Вот хотя бы тот красноголовый мухомор, что весьма кстати «посадил» под елью Васнецов.

Ну а стране не впервой выбираться из передряги. Скоро сказка сказывается, да нескоро дело делается. Позади зарево пожаров, внизу болото, но и впереди — дебри. Кто мы, Откуда? Куда мы идем? Даже мудрой сове ответить непросто. Она оторопело переглядывается с нами, зрителями, в немом вопросе: куда несешься ты, птица-тройка? Поживем — увидим.

P.S. Название Симбирска (прежнее название Ульяновска) происходит от татарского «семь ветров».

Больше статей в нашем telegram канале Non-stop fiction