Художник по живым жинозаврам

Андрей Атучин о том, как сделать вымершее животное реально существующим

Палеохудожник из Кемерова Андрей Атучин — один из самых известных в мире. Его иллюстрации используют в своих экспозициях музеи России, США и Европы, печатали журналы National Geographic и «Вокруг света». «Проект Alma Mater» тоже публиковал рисунки Андрея Атучина в прошлом году, нарисованный им килеск красовался на ноябрьской обложке нашей газеты. Макеты килеска и пситтакозавра, которые сейчас стоят в университете рядом с экспозицией крестца титоназаврида, также сделаны по иллюстрациям кемеровского палеохудожника.

С Андреем Атучиным мы поговорили о том, как художник создает образ, по которому люди судят о внешнем виде того или иного динозавра.

О процессе

— Образ вымершего животного строится не только научным иллюстратором. Для начала нужно изучить имеющийся материал и на этом основании строить реконструкцию живого существа. Этим занимаются палеонтологи. За любым рисунком-реконструкцией стоит большая работа: изучение находок окаменелостей, мнения и выводы палеонтологов. В общем, большая база знаний по палеонтологии, зоологии, экологии и другим наукам.

На этих знаниях строится реконструкция организма и среды его обитания. И только потом — образ того, как изобразить это, показать людям. Чтобы они имели хотя бы приблизительное понимание того, каким организм мог бы быть, чтобы он выглядел, как живой.

В палеонтологическом знании много пробелов, и приходится применять воображение. Основываясь на научной базе — нельзя фантазировать свободно. Нужно руководствоваться знаниями о современных животных и грамотно соотносить это с животными вымершими.

Забайкальский кулиндадромеус. Травоядный динозавр. Его кожный покров состоял из трех видов чешуек и трех разновидностей перьевых структур. Волоски на плечевых костях напоминают пуховое перо некоторых видов куриц
Забайкальский кулиндадромеус. Травоядный динозавр. Его кожный покров состоял из трех видов чешуек и трех разновидностей перьевых структур. Волоски на плечевых костях напоминают пуховое перо некоторых видов куриц
Если говорить о динозаврах, то до нас доходят, в основном, только их скелеты, и то в лучшем случае. А чаще — отдельные фрагменты и кости. Поэтому часто приходится довольно много «фантазировать». Нам в большинстве случаев совершенно ничего не известно об окраске, коже, каких-то роговых выростах, которые не сохранились. Лишь редкие единицы динозавров сохранились с кожей, мышцами и даже со следами окраски.

В основном реконструкция скелета и мышц сегодня — это та область, которой можно доверять иногда и на 90%. Тут додумывать много не нужно, хотя есть и спорные моменты. А вот окраску и покровы тела приходится додумывать, исходя из общих знаний по динозаврам, по конкретному виду и современным животным. Окраска — на сто процентов выдумка, сделанная для того, чтобы привлечь зрителя, показать животное естественным, чтобы люди воспринимали его как живого. Ну, за редким исключением, есть некоторые виды динозавров с сохранившимися следами окраски.

На создание разных иллюстраций уходит разное количество времени. Все зависит от самой иллюстрации и от того, сколько времени нужно потратить на «матчасть», на сбор всей информации, публикаций, возможно, на собственное изучение костей, на общение со специалистами. На сам рисунок я трачу от 1-3 часов до пары недель или даже месяца. Это если нужно сделать большую сложную иллюстрацию с качественно проработанной средой обитания.

Андрей Атучин на раскопках в штате Юта (США)
Андрей Атучин на раскопках в штате Юта (США)

О популяризации науки

— В начале этого года я закончил двухлетнюю работу над детской книгой «Древние чудовища России», и она благополучно издана. Сейчас в основном работаю над иллюстрациями и оформлением музеев: в США, Австралии, с коллегами из Канады. Иногда сотрудничаю с отдельными палеонтологами по всему миру, которые желают сделать пресс-релиз своей новой работы. Ну и периодически волонтерствую и помогаю нашим музеям, зная их плачевное состояние оформления, реконструкций. Да и в плане раскопок тоже.

Сейчас стало модно заниматься популяризацией науки, но палеонтологию популяризируют плохо или вообще никак. Своих фильмов в России нет, книг — почти тоже. Все переводные издания — второсортный бестиарий и ничего больше. Изредка заходит что-то, но это исключение.

Кстати, именно поэтому мы захотели издать детскую книжку с историями по российской палеонтологии. Про это ведь почти никто не знает. Тиранозавра — да, а вот что найдено на территории нашей страны — почти никто.

Пситтакозавр сибирский. Травоядное животное размером с газель. В Шестаково (Кемеровская область) палеонтологи находят скопление целых скелетов пситтакозавров разного возраста. Очевидно, эти жиовтные образовывали группы-стада, что предполагает сложное групповое поведение
Пситтакозавр сибирский. Травоядное животное размером с газель. В Шестаково (Кемеровская область) палеонтологи находят скопление целых скелетов пситтакозавров разного возраста. Очевидно, эти жиовтные образовывали группы-стада, что предполагает сложное групповое поведение

На мой взгляд, у нас мало палеонтологов, которые бы хотели заниматься популяризацией. Ведь для этого нужно много времени. У многих наших ученых его совсем нет, да и желания тоже. Есть некоторые, но их количество — капля в море.

Сейчас в основном популярностью пользуются темы о ГМО, питании человека, антропогенезе, эволюции и всем прочем, что близко человеку. Переломить ситуацию могли бы любители палеонтологии, их много и знаний у них достаточно. Они могли бы стать связующим звеном между аудиторией и учеными. Но так как у нас с палеонтологией, как и с наукой в целом, ситуация становится все хуже и хуже, надеяться не приходится. Делаем сами что можем. Просто ради собственного удовольствия.

О макетах, которые стоят в ТГУ

— Пситтакозавр меня заинтересовал, еще когда вышла первая публикация по нему. Да и найден он у нас в области, и поэтому я сильно хотел изобразить его, реконструировать. Я много раз делал его иллюстрации, скульптуры — реальные из полимерной глины и в 3D-графике. С новым материалом появилась возможность изучить этого динозавра досконально: препарировать скелеты и черепа и тут же их изучать, корректируя свою реконструкцию.

Килеск, открытый моим другом Сергеем Краснолуцким (палеонтолог из Шарыпово, Красноярский край — прим. ред.), также привлек мое внимание. Он тоже из наших редких динозавров. Кроме реконструкции, я еще и рассказ про него написал в журнал «Палеомир».

Килескус аристотокус – «ящерица благородного происхождения». Хищный динозавр, в длину достигал пяти-шести метров и весил примерно 250 килограммов. Охотился на млекопитающих, земноводных и других динозавров
Килескус аристотокус – «ящерица благородного происхождения». Хищный динозавр, в длину достигал пяти-шести метров и весил примерно 250 килограммов. Охотился на млекопитающих, земноводных и других динозавров

О поворотах судьбы

— Я никогда не собирался быть художником или научным иллюстратором. Вообще хотел стать палеонтологом. Рисование динозавров было хобби. Я увлекался поиском и сбором окаменелостей, собирал коллекцию насекомых. В 1990-х узнал из новостей про Шестаково и загорелся идеей поучаствовать в раскопках. Писал даже письма в Палеонтологический институт РАН. Но ответа не было.

Так я поступил на биофак в Кемерово. Надеялся, что займусь палеонтологией и раскопками в Шестаково. Но в у ниверситете не было никого, кто бы мог бы стать моим научным руководителем.

Преподаватели мне сказали, что это бесперспективно, материала для работы у меня точно не будет. Поэтому я стал заниматься жуками-листоедами.

О том, как плохие энциклопедии заставили учиться рисовать

— Рисовать учился в основном самостоятельно. Пару лет позанимался с преподавателями детской художественной школы в своем родном Прокопьевске.

Покупал энциклопедии про динозавров и видел, что нарисовано в них все плохо, не в соответствии с оригиналом, со скелетом. И захотел рисовать то, что хотел бы видеть в энциклопедии.

В итоге начал работать научным иллюстратором еще в университете. Сначала делал иллюстрации современных амфибий и рептилий, потом, в 2004-2005 годах, меня пригласило иллюстрировать энциклопедию одно лондонское издательство.

С тех пор я не прекращаю эту работу и считаю ее основной. Именно благодаря иллюстрациям меня приглашают на раскопки. В 2008-2009 годах я участвовал в раскопках в Приамурье, потом в Красноярском крае, в Кемеровской области, в штате Юта (США). Конечно, впечатлений осталось больше от месяца на раскопках в Юте. Там буквально ходишь по скелетам…

А образование биолога мне очень помогает, чтобы создать «образ» в своем воображении, образ живого существа.

Интервью: Марина Сенинг
Иллюстрации: Андрей Атучин

Проект Alma Mater, № 4 (17)