Эйфория ( Лиза Лангсет, 2017)

Неизлечимо больная Эмили хитростью заманивает ничего не подозревающую сестру Инес, с которой давно уже не поддерживала родственных отношений, провести с ней последние дни в некий частный пансион. Там за немалые деньги крайне отзывчивый персонал дарит больным возможность «уйти» (эвфемизм эвтаназии) наиболее комфортным образом, как следует подготовиться, провести последние дни так, как те мечтали. Инес, которая всегда избегала столкновений со смертью (например, не приехала на похороны собственной матери, предпочтя этому групповой секс с малознакомой парой), до конца их пути к пансиону не замечала явный болезненный вид сестры и тревожные симптомы смертельной болезни.

В этой связи примечательно, как режиссер вводит Инес в пространство смерти. Сперва ей предстоит преодолеть часть пути по лесу, который теперь прочно ассоциируется у неё со смертью, ведь именно в лесу повесилась их с Эмили мать. А сцены первых минут в пансионе и вовсе сняты в жанре триллера, что создаёт ощущение неизбежности положения Инес. Она не может понять, что происходит, почему по окончании своего отдыха в этом месте они смогут «уйти» под звуки колокола и даже выбрать для этого наиболее подходящий напиток. Она пытается забрать вещи и убежать отсюда, но почему-то персонал не спешит ей их возвращать. В этот момент ты сам начинаешь сомневаться, что заявленный жанр картины – драма, и дальше действие скорее будет развиваться по модели фильмов «Остров проклятых» или «Лекарство от здоровья». Но ещё секунда, и все становится на свои места, когда Эмили наконец признаётся сестре в своей болезни и в цели их пребывания здесь.

После этого показывается две самостоятельные линии развития персонажей. Эмили хочет примирится с сестрой, причем из чисто эгоистических побуждений. В этом и состоит её подготовка к «уходу», то, без чего умереть не хотелось бы. А Инес, насильно выдернутая из зоны комфорта, переживает экзистенциальный кризис и пытается осознать явление смерти во всех её проявлениях, пытается понять мать, покончившую с собой, и сестру, которая собирается сделать то же самое, только легальным образом. И вот тут сказать особенно нечего. Поведение героинь, их психологические и эмоциональные реакции состоят из клише. Сюжетные перипетии не способствуют острому сопереживанию, углублению понимания проблем смерти, родственных отношений, самоубийства. Всё проговаривается просто и в лоб. Рецепты даются так, а не добываются опытом. В итоге мы вместе с «ушедшей» Эмили испытываем суррогат эйфории, за которым ничего больше не следует.

Но картину оправдывает абсолютно завораживающая игра Евы Грин - финальная сцена эвтаназии вообще стоит того, чтобы досмотреть картину до конца. А так же разбавляют однообразие происходящего сцены с участием Чарльза Дэнса, чей персонаж своим вызывающим поведение вскрывается иллюзорность плодов той помощи, которую оказывает пансион.