О советском производстве.

29 February

Я работал на судостроительном заводе. Мастером, начальником цеха. Догмой для рабочих совка было слово ПЛАН! План давали любой ценой.

Вспоминаю момент. 31 декабря 1989 года. Небольшой кораблик должен быть сдан в эксплуатацию, несмотря на 30 градусный мороз, несмотря на то, что навигация начнется только через четыре месяца, несмотря на то, что металл подошел на жд станцию только позавчера, а электроника будет только весной... и еще куча "несмотря". Короче говоря, масса причин, по которым кораблик не может быть сдан в этом году. Но... ПЛАН!

Директор завода распорядился не выпускать со стапеля никого, до тех пор, пока корабль не будет принят приемной комиссией. А что б никто не убежал (напоминаю - на дворе 31 декабря), созвонился с местным УВД и выпросил взвод ППС.

Менты оперативно окружили небольшую площадку и никого не выпускали. Даже получили несколько благодарностей от руководства, за пресеченные попытки побега с "объекта".

Ситуация абсурдная даже для совка. Сварщик и котельщик варят железяку. Прямо под электрод, с трехэтажными матами сует кисть малярша, у которой в детсадике утренник, а в оцеплении стоит ее старший сын, а муж с соседом уже нажрался... Тут же плотник локтем отталкивает бабу и колотит по шпангоуту молотком с намерением пришить обшивку до третьей(!) покраски корпуса. Электрик матерится, так как проложенный только что провод, дураки(он круче говорил, поверьте)-сварщики пережгли своим долбанным (еще несколько нецензурных фраз) электродом. И еще контролер ОТК, которого, как и мастера, просто не выпускают с корабля, лезет с проверкой сразу всего. А матерщинник мастер придумал новые словесные формы общения.

А главный инженер и директор за линией оцепления кричат громче рупора на начальников цехов и мастеров, и ждут прибытия приемной комиссии. Самое интересное, по приезде комиссии оба исчезают и ждут хороших вестей в своих теплых кабинетах со своими секретарками.

Если комиссия не примет корабль - завод пролетает с премиями. Квартальной, годовой, тринадцатой и четырнадцатой.

Время пол-четвертого. На палубе не протолкнуться. Разоряется сторож, который по простоте душевной принесла работягам бутерброды, которые ее попросила передать мать одного из них. Сторожиха с высоты стапеля, хватаясь за сердце видит как через, оставленную на минуту проходную выезжает без досмотра целый грузовик, нагруженный чем-то доверху.

Нервничают и менты, которые в-общем-то тоже люди.

Наконец председатель комиссии сдается:

- Зови директора.

- А подписал? - спрашивает начальник оцепления, майор (абы кому ответственность за послушание рабочих не доверяют)

- Да! - вопит председатель

- Оцепление... Кру-гом! Ша-ам марш!

Понадобилось две минуты чтобы опустел не только стапель, но и весь завод.

Потом была премия. Квартальная и годовая. Тринадцатая и четырнадцатая. И (интересный факт) Досрочное завершение пятилетки.

Сейчас экономика неплановая. Сейчас экономика рыночная. Сейчас подобный абсурд встречается крайне редко. Хотя...

Сейчас абсурдность проявляется в стремлении заработать побольше денег для хозяев. Именно это больше всего раздражает работников. Для многих из нас такое раболепие непонятно. Мы же почти век стремились выполнить план, работая на народ. При этом мало кто понимал, для чего эти планы были составлены, и почему невыполнение оного грозит всевозможными карами.

Америка и весь западный комерческий мир изначально работал для извлечения прибыли для акционеров. То есть людей, которые когда-то вложили некие капиталы для их преумножения. Для этого и приглашались генеральные директора и управление капиталами перекладывалось на них. По финансовым результатам принималось решение о продлении их работы или замене. И премировании.

Мы же при переходе на рыночную экономику, продолжаем руководствоваться старыми принципами. Мы не можем понять, почему на инженерии (тепло, водо, электро сети) экономят. Почему рабочим такая маленькая зарплата. И еще сотня подобных вопросов. При этом мы опять таки забываем о сути предприятия.

Ответ прост. Предприятие зарабатывает деньги. Для акционеров.

Согласен. Не многие из нас стали в свое время инвесторами и товарищами. Стали ими те, кто вовремя сориентировался. Кто знал.

Мне сейчас приходится сталкиваться с такими же заявлениями как и в прошлом веке:

- А нам то что? Зарплата идет и ладно!

А то что от подобной работы зависит прибыль акционера, который доверил оборот своих средств нам, мы как-то и забываем.

Иногда, выходя из себя я прикрикиваю:

- Все очень просто. Или становись акционером, или увольняйся и работай там, где тебе будут платить только за то, что ты есть на свете и соизволишь приходить на работу.

Есть у меня один электрик. Ничего плохого я сказать о нем не хочу. Но...

Качество его работы мало отличается от качества работы других электриков. А скорость... низкая скорость. Это его стиль работы.

На мою ругань он резонно замечает:

- За такую зарплату, лазь сам.

Ладно. Я присвоил ему новое звание - старшего электрика, с увеличением зарплаты. Кроме того, начал ходатайствовать о премировании.

Он был очень благодарным. Но, быстрее работать не стал. Он не умеет работать быстрее. А ситуации случаются разные. Частенько надо сделать очень быстро.

Долго я размышлял над этим феноменом. Понял.

Он развращен.

Он привык работать медленно. Я по-простоте душевной, решил, что заставить его двигаться сможет только рынок. Я стал премировать по результатам работы за месяц. По количеству выполненной работы. Опять та же ситуация. Работать быстрее он не стал, и медленнее тоже не стал. Он работает, как когда то научился.

Теперь я понял до конца. Он развращен совком. Он всегда знал, что ему зарплату дадут в любом случае. Ему и сейчас дают. Минимум. Его это устраивает. И ничто не заставит его двигаться быстрее. И плевать ему на высокую зарплату.