У моего ребенка рак! (продолжение 7)

Нет ничего лучше воспоминаний. Хотя и ничего хуже тоже нет.
—А.Чехов

После десяти дней пребывания в детском отделении онкогематологии нас выписали домой. За окном был сентябрь. А дома, последний раз, мы с дочерью были в начале июня. Наверное излишне писать, что нашей радости, не было предела. .. Из больницы нас выпустили ровно на семь дней, уладить дела и собраться в областной онкодиспансер на лучевую терапию. Ребёнок, благодаря чудо гормону стероиду, ходила сама, её шатало из стороны в сторону, она уставала даже пройдя пять метров, но она ходила! А это очень много, это трудно понять и представить, но когда девятилетний ребёнок, после операции на головном мозге, смогла встать, самостоятельно сходить в туалет,а главное понимать, что она в него хочет. Смогла адекватно поддерживать беседу, самостоятельно держать ложку, кушать и все съеденное оставалось в желудке, а не в таре класса "В" для рвотных масс. Это было чудом, самым настоящим волшебством. Мне очень жаль, что я не писатель и мне не дано умение выразить на бумаге всю гамму чувств пережитых нами в тот период. Думаю, многие люди проживая целую жизнь, не испытали и половины из них... Приехать домой, после почти трех месяцев больниц, оказалось очень страшно. Я каждые пять минут спрашивала дочь, все ли хорошо, не кружится ли голова и прочее в том же духе... Муж скупил в аптеке все имеющиеся у них средства от головной боли, от тошноты, против судорог, успокоительное , что продавали без рецепта. Каждые три часа мерили температуру ребёнку, мерили давление. Пришедшие бабушки, мыли руки, казалось все время, переодевали уличную одежду. Мы все носили маски и меняли их каждые два часа. Кормили ребёнка, только свежеприготовленным, ровно один раз в течение часа после того как еда сварилась. Оглядываясь назад, конечно все эти действия были не нужны, но благодаря им, у нас создавалось впечатление, что для своего ребенка мы делаем все, что в наших силах. Каждый вечер , как и в больнице, у ребенка начиналась истерика. Муж умолял ее , кричать и плакать потише, так как переживали, что соседи вызовут полицию. Убрали по шкафам все предметы, которые можно кидать. Эти семь дней дома, которые должны были стать огромным счастьем, стали семью днями страха. Первый раз, за почти три месяца вся ответственность за ребёнка, легла на нас. Оказывается намного легче, когда ответственность несут врачи, а вот наша семья оставшись один на один с ребёнком дома, пребывала в панике... Все семь дней, мы с мужем по очереди, как бешеные носились по магазинам и скупали все, что могло нам понадобиться в областном онкодиспансере. Мы уже знали, что лежать нам придётся два месяца, так как по "протоколам" назначено тридцать сеансов лучевой, а лучевая проводилась с понедельника по пятницу, исключая выходные и праздники, аппарат периодически ломался и сроки могли сдвигаться. Мы знали, что в первую неделю пребывания в областном онкодиспансере, лучевой не будет, а будет обследование и "разметка". Разметкой называется, определение полей обучения и изготовления какой то маски. Толком, что это и как это, мы тогда не понимали...

(продолжение следует)