Любовь одинокой дамы - 2

Перед началом второго сеанса блондин равнодушно выслушал испуганную Светлану. Поддёрнул грязные истасканные джинсы, почесал живот через фиолетовую шёлковую рубашку и ушёл на кухню. Светлана поплелась за ним.
- Мне что делать-то? – она вдруг, неожиданно даже для себя, заплакала. – А если полиция узнает, меня же посадят.
Блондин стальной вилкой мешал какое-то варево в алюминиевой кастрюле на электрический плитке. Прицелившись, ткнул вилкой и вытащил капающий мутным соком пельмень. Заглотил, поморщился и выдернул провод от плитки из огромной чёрной розетки, висевшей на скрученных толстых полотняных проводах прямо над кастрюлей.
Светлане вдруг стало страшно. Опустив глаза, она увидела, что сегодня ноги блондина обмотаны широкими серыми тряпками. И, видимо, чтоб они не разматывались, сверху тряпки обвязаны толстыми нитками, на концах связанных бантиками.
- Мужик-то нужен вам этот? Сосед который, - блондин вилкой вытаскивал пельмени и складывал их на покрытый истёртой клеенкой кухонный стол.
Светлана сглотнула комок в горле и кивнула.
- Вот и хорошо, - колдун развернулся к ней. – Садитесь в кресло. Сегодня думайте о том, как сдерживать себя. Придумайте ритуал какой-нибудь для колдовства. Обычно фигурки восковые или парафиновые делают.
- Зачем? – женщина вдруг обратила внимание на лежавшие на столе пельмени. Четыре лепня зашевелились и медленно поползли к кастрюле, всё ещё стоявшей на плитке.
Увидев выпученные глаза Светланы, колдун глянул через плечо и пробормотав: «Недоварились, ну и ладно», сгрёб ползунов в ладонь и съел.
- Ну как зачем? – продолжил он, вытирая губы. – Вы же управлять своими эмоциями не можете, баба потому что. Наворотили вот сгоряча дел, двух старушек упокоили, ещё пару покалечили. Сейчас стыдно, жалко. А дальше станете так дела вести, вас вычислят, да на кол осиновый посадят.
Светлана почувствовала жжение под юбкой, мышцы невольно сократились и она отпрыгнула назад.
- Вот-вот, - блондин вдруг задумался. – А если так попробовать?
Он развернулся, правой рукой потянул вниз розетку, пытаясь окунуть её в кастрюлю, всё ещё стоявшую на плитке. Но провода были коротки. Тогда колдун левой рукой приподнял кастрюлю, так чтобы розетка попала в воду. Светлана прижала к груди сумочку и поняла, что ей уже всё равно. Чудеса переполнили мозг. Поэтому она нисколько не удивилась, когда вода в кастрюле закипела.
- Нормально, - блондин опустил кастрюлю обратно и повернулся к Светлане. – Сядьте в кресло, наденьте наушники и думайте, как вам эмоции в узде держать. Ритуал, в общем, рекомендую не меньше, чем на полчаса его растягивать. Пока исполнять станете, успокоитесь и может передумаете убивать кого-нибудь. Страховочка такая. Ну, идите, садитесь, а я пока проводкой займусь.

На третий сеанс блондин велел прийти через пару месяцев, порекомендовал осваиваться пока с полученным умением. Светлана вечером в субботу решила приступить к завоеванию соседа. Правда, её кусали сомнения, может, ещё какие побочные эффекты проявятся при ведьмовстве, нежелательные такие эффектики. Да и ладно, решила она, не со мной ведь неприятность произойдёт, а это главное. А на кол у нас никого не сажают, уголовным кодексом не предусмотрено. Отобьёмся, в случае нападения, совсем развеселилась она.
План действий Светлана продумала чётко. Мужика соседа она решила совсем не трогать. Вдруг колданёшь на него, а он с ума сойдёт, или импотентом станет. Надо тоньше действовать.
Первым делом надо его жену изурочить. Пускай она загуляет, да так, чтобы мужик сначала не знал, а потом поймал её вместе с хахалем. Попереживает, а жену надо так настроить, чтобы она наплевала на него и ещё скандал устроила, типа, дурак скучный, неумеха и так далее.
Светлана принялась сочинять заговор на блуд и готовиться к ведьмовству. Про себя подумала, что это не такое уж дешёвое дело. Пришлось купить дорогой фотоаппарат с мощным объективом – для получения снимков жены соседа. На мобильник ведь не сфоткаешь, как надо. Четыре дня она искала место для съёмки, потом ещё столько же караулила «объект». Печать снимков по восемь рублей штука. Для конспирации пришлось распечатать около полусотни всяких кадров. Свечки по сорок рублей восковые двадцать штук в церкви купила. Ездила в Белогорский монастырь за святой водой. Вода-то даром, а дорога в тысячу рублей туда-обратно, да ещё попам взнос на помощь храму – ещё пятьсот рублей отдай.
Светлана прикинула, что с учётом платежа колдуну её расходы за сто тысяч уйдут. У старух-ведомок конечно гораздо дешевле, но и эффект не такой. Она вспомнила прошедшие недавно старушачьи похороны. Хоронили тех бабулек, на которых упало её неосторожное слово. Сейчас-то силушка стреножена, по пустякам не разбросаешь. Не меньше часа надо, чтоб ею ударить кого. А на убийство сутки придётся потратить. Такие уж мудрёные ритуалы она себе придумала. А ведь, какие люди не сволочи, а всё равно жалко их.
- С почином вас, Светлана Сергеевна, - пропела она, растапливая свечки в водяной бане на кухне. – Сейчас фитилёчки выкинем и начнём художественную лепку.
Но фитили она оставила, вдруг пригодятся. Из воска вылепила женскую фигурку, при этом постаралась соблюсти все пропорции тела. Из фотографии соседки маникюрными ножницами вырезала лицо, но оно оказалось очень большим по сравнению с фигуркой. Светлана покумекала и вспомнила поговорку «Глаза – зеркало души» и решительно вырезала глаз из лица и аккуратно прилепила его на восковую головку.
Потом из того же воска она тщательно вылепила мужские причиндалы и поставила обе фигурки рядом. Полюбовалась и продолжила. Налепила на блюдечко воска толщиной с пару сантиметров, вдавила туда пять фитильков и поставила там же обе свои скульптуры.
Зажгла фитили, и глядя, как тает воск и проседают под жаром фигурки, смешиваясь в одну массу, приступила к заклинаниям.
Горючий огонь,
Помоги мне одной
Пусти на воздух дым
Сделай тесно ей с одним
Чрево её зажигай
Покоя ей не давай
Светлана долго читала сочинённые ею самой заклятия, записанные в фирменный ежедневник предприятия, где работала. Наконец, через пару часов, когда уже и дым от сгоревших фитилей утянулся из комнаты, она окончила чтение и закрыла толстую тетрадь с жёлтой кожаной обложкой.
Устало потянулась, принесла из кухни молоток для отбивки мяса и раздробила им блюдечко, приговаривая: «Не соберёшь, не склеишь, а мне поверишь!»
Ночью Светлана разбросала осколки блюдца по соседним дворам.

Продолжение здесь