Пенсии в РФ: кто кого кормит?

10.02.2018

Ложное утверждение: работающие кормят пенсионеров

«Работающие кормят пенсионеров» — это ложное утверждение, которое часто звучит из уст сторонников ужесточения пенсионных условий (вроде пресловутого повышения пенсионного возраста) и внедрения в пенсионную систему всевозможных реформаторских схем (вроде кардинального изменения правил и порядка формирования пенсий каждые несколько лет), во время проведения которых можно славно половить рыбку в мутной воде больших изменений и заработать.

Для доверчивой публики картина появления пенсий рисуется следующим образом. Работающие по найму граждане часть своей расчётной зарплаты отчисляют на пополнение пенсионного и иных фондов (относятся эти выплаты прямо на зарплату или их осуществляет работодатель от своего имени, основываясь на величине зарплат работников, — не важно, это в любом случае изымаемая часть той доли созданной рабочим прибавочной стоимости, которая идёт на оплату его рабочей силы).

Полученные таким образом деньги, плюс находящиеся в распоряжении пенсионного фонда сбережения, якобы, идут на выплату пенсий нынешним пенсионерам. Получается, что работающие кормят пенсионеров (тех, кто в силу возраста уже не может работать). Пенсионеры изображаются обузой.

Следствием такого представления порядка вещей является кажущаяся прямая зависимость между работающими и вышедшими на пенсию. Чем меньше работающих, чем ниже их доходы, тем меньше средств для существования пенсионеров. Чем больше пенсионеров, тем выше нагрузка на работающих.

В этой модели пенсионеры представляются обременением. Они в болезненном вопросе денег прямо противопоставляются труженикам (происходит, как бы, сознательное социальное стравливание). Посему пенсионеры должны постоянно ощущать вину за своё недостойное поведение («паразитическое существование») и за наглое желание иметь более высокую пенсию. А работающие, следуя собственным интересам, должны мечтать сбросить всех пенсионеров-нахлебников в пропасть на острые колья, чтобы вздохнуть свободно от непомерных поборов в фонды и бюджеты.

Эта расхожая модель, широко применяемая для агитации, — ложна и не имеет ничего общего с реальным механизмом формирования пенсий.

Реальное положение вещей: пенсионер кормит и себя и кое-кого сверху

Правда же заключается в том, что пенсионер (за отдельными не многочисленными исключениями) кормит сам себя. В течение всей трудовой жизни работающий человек отчисляет немалую долю произведённой им стоимости, пропорциональную его зарплате, в пенсионный и иные фонды. Эти отчисления попадают в управление государства, которое в течение многих лет распоряжается ими и, после прекращения данным работником его активной трудовой деятельности, обязуется поддерживать его жизненными средствами из этого накопленного фонда.

Пенсия — это не дар государства работнику, это его отложенное потребление.

И это вовсе не символические деньги. На обязательное пенсионное страхование отчисляется сумма в 22 % от чистой зарплаты (ещё порядка 8 % идёт в другие фонды). Если бы каждый работник имел возможность с каждой своей зарплаты откладывать столько же, сколько с него ежемесячно уходит на формирование пенсии, а эту отложенную сумму бы клал в банк, то к моменту выхода на пенсию он сколотил бы неплохой капиталец, которого при рациональном пользовании хватило бы ему на достойную жизнь в старости, а в иных случаях (в зависимости от зарплаты) можно было бы жить на один только доход с капитала. Увы, поступить так может далеко не каждый, возможности сберегать у большинства трудящихся существенно ограничены. А те, у кого есть такая возможность, часто просто не думают на такую дальнюю перспективу и поддаются соблазну потребления в настоящем.

Государство же через обязательные пенсионные сборы в течение всей трудовой жизни работника накапливает в своём распоряжении довольно крупную сумму. Эта сумма все эти долгие годы человеческой жизни не лежит мёртвым грузом в сундуке или в подвале банка, она пускается в оборот, с её помощью извлекается доход, и на неё начисляются проценты. Которые не только покрывают инфляцию, но, по хорошему, должны быть не ниже текущих ставок по банковским вкладам. И даже в этом случае в распоряжении государства остаётся полученная с этих денег прибыль, которую государство потом присваивает и использует по своему усмотрению.

Нужно понимать, что государство, выступая в качестве посредника и гаранта в сфере пенсионного обеспечения, на самых льготных условиях пользуется огромными деньгами рабочих (будущих пенсионеров). Эти условия лучше тех, под которые коммерческие банки привлекают вкладчиков. И такие объёмы средств, какие в принудительном порядке на регулярной основе агрегируют пенсионные фонды, банкам и не снились.

Конечно, помимо исправных плательщиков пенсионных взносов есть ещё и те, кто официально, в чистую работал мало или не работал совсем (получал зарплату в конвертах или даже был тунеядцем), и взносов не платил. Но какие-то базовые пенсионные выплаты на жизнь в старости (точнее на доживание) получать всё равно будет (общество пока не дошло до такого состояния, чтобы убивать социально незащищённых, по крайней мере в открытую). Однако, число таких случаев по сравнению с исправно платящими взносы заведомо мало (если, конечно, не загонять шоковыми реформами и драконовскими налогами всю экономику в тень). Кроме того, далеко не все добросовестные плательщики в силу разных причин (это и болезни, и несчастные случаи и т. п.) успевают воспользоваться своими накопленными пенсионными сбережениями. Поэтому соотношение выходящих на пенсию относительно того же поколения как плательщиков обычно не растёт. Наоборот, в статус пенсионеров в итоге переходит меньше работников, чем их могло бы быть, если бы до пенсионного возраста или до каких-то значимых сроков после него доживали все.

Поэтому, когда очередной реформатор или госчиновник или либеральный стратег начинает рассказывать, что денег в пенсионном фонде нет, что их все съела инфляция, что «вдруг» стало слишком много пенсионеров, а работающим уже не под силу их кормить, и т. д., — он либо откровенно лжёт, либо управляли деньгами неэффективно (перенаправляя доход от них в чей-то карман), либо их просто и без обиняков украли (например, придумав накопительную часть пенсии, выведя в частный инвестиционный фонд или управляющую компанию и благополучно их обанкротив с исчезновением выведенных в фонд сбережений в неизвестном направлении).

Что означает инициатива повышения пенсионного возраста

В ситуации, когда свои пенсионные сбережения формирует сам работник в течение всей своей трудовой жизни, а государство получает эти деньги в долгосрочное пользование и может ими прибыльно распоряжаться, повышение пенсионного возраста — это просто узаконенный грабёж трудового населения.

Такое повышение означает, что возраст начала выплат (возврата сбережений) приближается всё ближе к средней продолжительности жизни, а то и превышает её. Это значит, что меньше людей будут доживать до пенсии. И это же значит, что государство просто не будет возвращать им приличные накопленные средства и платить по ним те скромные проценты, на которые оно эти средства индексирует (подавая это не как плату за пользование заёмными деньгами, а как благодеяние тем, у кого оно эти деньги взяло).

Для государства это просто ещё одна удобная схема по изысканию дополнительных резервов на текущие бюджетные расходы (или, может быть, на пополнение простирающихся на пенсионные сбережения чьих-то частных аппетитов). Никакого отношения к заботе о благе пенсионеров или ныне работающих эта инициатива не имеет.

Даже если подходить к проблеме получения дополнительных резервов из пенсионных сбережений чисто по либеральным меркам: не возраст должен повышаться, а человек должен экономически мотивироваться работать дальше даже в пенсионном возрасте на условиях отложенных пенсионных выплат (повышенные ставки накопления — как плата за возрастающий риск не дожить до пенсии — и т. п.).