Паника в Wheely. Грозит ли премиальному сервису банкротство?

28 April

Основатель и генеральный директор сервиса личных водителей Wheely Антон Чиркунов опубликовал открытое письмо в газете «Коммерсант» с обращением к мэру Москвы С. С. Собянину.

письмо Антона Чиркунова в газете Коммерсант к мэру Москвы С. Собянину
письмо Антона Чиркунова в газете Коммерсант к мэру Москвы С. Собянину

Сразу же с первого абзаца Антон ставит акцент на проблему, что из-за принятых мэром в условиях пандемии мер "в сервисе Wheely без доходов остались 2 800 водителей". А мне хотелось бы получить информацию о том, сколько водителей остались без работы благодаря корпоративной политике компании. Случалось, что сервис пожизненно блокировал водителя по той причине, что тот не понравился пассажиру лицом. Водитель всегда находится в сильном напряжении из-за боязни не угодить пассажиру, который позволяет вести себя надменно и не уважительно по отношению к водителю.

После этих обстоятельств особенно цинично звучит вопрос во втором абзаце письма: "Почему нас оставили без работы?". Нас, это кого? Команду Wheely? Тогда почему без работы, а не без дохода? Компанию Wheely и водителей, которым повезло быть не заблокированными до пандемии? Тогда почему Чиркунов позволяет пренебрегать членами команды, которые имели неосторожность приобрести в кредит Mercedes-Maybach за 12 млн. рублей? Взволнован ли директор компании, что водителя заблокировали только по тому, что он ожидал пассажира на своём кредитном Mercedes у первого подъезда, а не у второго, как указал пассажир?

Далее, Антон сетует на несправедливое по его мнению обстоятельство: "Потому что лицензия такси в Москве выдается не водителю, а транспорту: для ее получения достаточно покрасить автомобиль в желтый цвет, купить таксометр и оранжевую «шашку»." Только Чиркунов либо забыл, либо не в курсе, что менеджеры Wheely не допускают к работе автомобиль оклеенный в черную пленку. Даже при условии, что оклейку не видно совсем и пассажир не может определить черный перед ним Mercedes или оклеенный черной пленкой. Формальность, которую Wheely игнорирует, но при этом имеет дерзость заявить самому мэру. А повышенная комиссия для автомобилей BMW, которые тоже немецкого производства, но по стечению обстоятельств представительство концерна не смогло найти способ обойти формальность компании.

Далее директор перечисляет ряд пунктов, показывая крутость компании Wheely и одновременно ставя под сомнение всё московское такси. На сленге бирюлёвского гопника, он Д’Артаньян, а у остальных сапоги в говне.

Особым пунктом хотелось бы обозначить вопрос судимости водителя. Так как директор Антон полюбил слово формальность, то хотелось бы узнать, а не является ли наличие судимости у водителя формальностью? Ведь в России судимость можно получить "потому что...", например за лайк под неугодным правительству постом, за одиночный пикет, за инакомыслие, за "просто так". То есть когда формальность проявлена по отношению к Wheely, то Чиркунов негодует, а когда формальность проявлена в отношении водителя, то "проблемы негра шерифа не волнуют".

В последних двух абзацах Антон срывается в истерику и начинает трясти пиписькой перед лицом мэра. "Wheely инвестировал в реальное качество", "мы делали сверх любых норм", "клиенты, среди которых в том числе сотрудники стратегических предприятий и учреждений" — читается вообще как "у меня брат в ФСБ работает"...

Пока Антон Чиркунов истерит и пытается навязать мэру Москвы привычный ему формат общения с безропотными водителями, конкуренты Яндекс и Гетт уже предприняли меры для укрепления своих позиций на рынке такси, мотивируя таксопарки адаптировать автомобили бизнес класса под ГОСТ департамента транспорта Москвы. А вот для директора столь крутого сервиса персональных водителей понятие конкурентоспособности стало недоступным за ширмой вседозволенности и пренебрежения. Хотелось бы еще написать про карму, но не буду утомлять своих читателей. Когда вы пренебрегали, вы не предавали этому значение, а когда вами пренебрегли, вы заскулили.

Авторское мнение на происходящее от Александра Неизвестного.