Про бразильскую музыку в сибирские -37 по Цельсию

Чтобы встретиться с вокалисткой группы «Nova Club» и ансамбля «Шорохи» Анастасией Токарской и поговорить с ней о босанове, нам пришлось переждать неделю легендарных иркутских морозов. Но не морозы мешают ребятам исполнять бразильские песни.

Я слушаю босанову, но не так часто, чтобы она снилась мне по ночам. Но несколько недель назад мне приснилось, как я ищу, где бы послушать эту музыку в Иркутске. Сны игнорировать нельзя – в этом я уверена. А ещё я была уверена, что коллективы, исполняющие босанову, – обычное и даже повседневное явление для нашего города, потому что Бразилию и другие латиноамериканские страны у нас любят и популяризаторов культуры этих стран много. Оказалось, что любят танцы, капоэйру, но с музыкой всё сложнее. 

А на сайте www.ptlum.blogspot.com можно послушать аудио-версию этого интервью.

 Анастасия Токарская (слева), фото  Дарьи Галеевой
Анастасия Токарская (слева), фото Дарьи Галеевой

Анастасия Михельсон, ПУ: – Всё-таки «Nova Club» – это единственный коллектив в Иркутске, который исполняет босанову?

Анастасия Токарская: – Вообще, я подозреваю, что да.

– То есть вы никогда не встречали своих коллег или конкурентов?

– Нет, отдельные песни босановы музыканты-джазмены исполняют. Но вот так, чтобы группу сделать… Мы начинали давно, ещё в 2010 году, у нас была группа «Ривьера». Может, слышали? Мы исполняли не только бразильскую музыку, конечно, но и на английском были песни. Но основная сфера интересов всё равно была бразильская музыка. 

– Почему?

– Не знаю, сложно сказать, это так давно было… Тоже любила просто слушать босанову и джаз. Они, в принципе, очень похожи. Мы с мужем (Константином Токарским – прим. ред.) давно занимаемся бразильской музыкой в Иркутске. У него – школа бразильских барабанов. Он собрал батукада-оркестр, который играет самбу. Мы сотрудничаем с капоэйра, нашей иркутской федерацией, с девочками-танцовщицами, которые самбу танцуют.

Анастасия Токарская, фото  Дарьи Галеевой
Анастасия Токарская, фото Дарьи Галеевой

– А началось-то с чего? В Бразилию вы съездили, может?

– Нет, в том-то и дело, что в Бразилии мы не были никогда. Ну как это получается у людей? Некоторые любят джаз, другие – шансон. Это, видимо, гармонии какие-то, ритмы, которые именно тебе нравятся и подходят. Анастасия Токарская. Фото Дарьи Галеевой– Но джаз достаточно распространён и популярен. А так вот, чтобы человек сидел и вслушивался в звуки босановы…Какие струны души должны быть задеты? Чем она привлекательна?

– У них музыка, она такая очень нежная, спокойная, лиричная. У них редко бывают прямо забойные песни. У вокалистов и вокалисток голос бархатистый, негромкий, очень мелодичный. Тембры очень красивые. Язык португальский сам по себе красивый. Какую песню ни споёшь, например, «Girl from Ipanema», самая известная, на английском она звучит совсем не так, как на португальском. Любая песня на португальском становится какая-то более музыкальная что ли.

– Я читала, что, когда в 50х-60х годах босанова стала популярна в Бразилии, её повезли в Америку, Европу. И там пели на английском.

– Да, все песни были переведены на английский. Поэтому она стала таким стандартом, который стали исполнять джазовые музыканты.

– Вы как относитесь к тому, чтобы петь босанову на английском? Мне кажется, она теряет что-то.

– Я пела, да. Но я же говорю, что это ощущения совсем другие. Но мы делали ещё так: у нас есть второй вокалист Алексей, он пел куплет на английском, потом я куплет – на португальском. Получалось интересно. Но в основном мы поём на языке оригинала. Там другая ритмика получается в словах, по-другому слова на музыку ложатся. Видимо, босанова-ритм заложен как-то в текст. На английском выпрямляется немножко музыка.

– А, кстати, мужчины хорошо поют босанову? Я читала, что её основоположники отдавали предпочтение женскому голосу. Настолько эта музыка плавная и тягучая.

– Нет, ну Жобим (Антониу Карлос Жобим, бразильский поэт и композитор, один из родоначальников босановы – прим. ред.) исполнял свои песни. Они все исполняли свои песни. Но, кстати, сейчас, да, не помню, чтобы кто-то из мужчин пел.

Анастасия Токарская. Фото Дарьи Галеевой– В России это направление, по-моему, вообще не очень популярно. Я попыталась найти какие-то интервью, чтобы понять, что спрашивают об этой музыке. И на русском интервью с исполнителями нет.
Анастасия Токарская. Фото Дарьи Галеевой– В России это направление, по-моему, вообще не очень популярно. Я попыталась найти какие-то интервью, чтобы понять, что спрашивают об этой музыке. И на русском интервью с исполнителями нет.

– Потому что редко босанову отделяют от джаза. Все эти песни, та же «Девушка из Ипамены», исполняются в рамках джазовых концертов. Никто специально не разучивает много-много песен на португальском. Это мы, видимо такие фанатики только.

– А она не утомляет? Она же действительно такая, что одну песню от другой не отличишь особо.  

– Да, для неподготовленных слушателей покажется одинаковой. Мы разбавляем другими бразильскими стилями – самбой, современными бразильскими песнями.

– Про босанову говорят, что это смесь музыкального богатства и меланхолии. О чём эти песни?

– Я бы не сказала, что они грустные. Есть и про любовь, и просто про мироощущение, про окружающую обстановку, про природу. Они суперглубокого смысла не несут, конечно, экзистенциального кризиса какого-то там нет.

– Даже взять «Девушку из Ипанемы». Эта песня про то, что лирический герой так и никогда не подошёл к ней.

– Да, он просто наблюдал каждый день за тем, как она на пляж ходит, покачивая бёдрами. Да, это лёгкая музыка. Поэтому, наверное, люди и любят слушать её как сопровождение.

– Вы чаще всего как выступаете? В концертных залах, где человек пришёл и слушает, или на фоне в баре?

– Были случаи разные. Играли и на фоне в ресторанах, и играли в барах, но с входными билетами, где люди всё же послушать приходили. Большие концерты мы не делаем. Сложно собрать зал в филармонии, например. Практика показывает, что у нас круг слушателей – 30-50 человек.

– А босанова сама по себе такая, камерная?

– Да, её всегда в барах исполняют и в Бразилии.

– А танцуют?

– Под босанову нет. Но, под другие бразильские музыкальные стили – да, конечно.

– Особенно с барабанами!

– Да, мы же делаем акцент на то, что у нас аутентичная перкуссия. Мы с мужем собираем инструменты. У нас есть сурдо, это большие барабаны, тамбурины, агого. Куика! Это инструмент, который часто используется в босанове. Мы на концертах рассказываем про эти инструменты, этим тоже отличаемся. Костя в «Шорохах» поначалу играл на пандейро, а потом он стал добавлять другие бразильские инструменты. И последние два концерта мы играли почти с полным набором перкуссии. Там были и конги, и бонги, и всякая мелкая перкуссия.

                        ▬▬▬▬▬▬▬▬▬▬▬▬▬▬▬▬▬▬▬▬▬▬

– Вы поёте на португальском. А разговариваете на нём?

– Не разговариваю, но произношение моё уже хвалят носители языка. Переводы делаю, чтобы понимать, о чём песня. Я пыталась учить язык, но времени постоянно не хватает.

– Если вы переводите сами тексты, там, наверное, и не сложно!

– Конечно, слова отдельные я знаю. Но говорить – не говорю.

– В страны, где на португальском говорят, не ездили?

– В Португалию ездили. Очень круто.

– А музыка у них...?

– В Португалии своя музыка. Фаду – это когда девушка поёт с надрывом. Ядрёно. Но особо не зацепило, не то. Она больше на цыганщину похожа.

***

– Вообще, латино-американская культура иркутянам не чужда. У нас сразу две федерации капоэйра. Это боевое искусство плюс танец и хорошее физическое развитие, поэтому родители охотно отдают детей в такие кружки. Там их и музыке, и языку учат. Мой муж игру на барабанах преподаёт. Так что целое поколение любителей бразильской культуры подрастает!

Подкаст www.ptlum.blogspot.com