«Шершавым языком плаката».

31.03.2018

Историю пишут люди.

Примечание: «Основано на реальных событиях блаженных времен «Брежневского Застоя».

В одной организации бюрократ завелся. Привезли его, откуда-то, как «молодого специалиста», после распределения, и посадили договора заключенные между этим предприятием и разными-всякими подрядчиками, контролировать. Деваться некуда, если распределен, значит, хочешь, не хочешь, а обязано предприятие трудоустроить «Молодого Специалиста», и квартиру ему предоставить по льготной очереди.

Он и сел на это дело, и так все забюрократизировал, что без договора ни туда, ни сюда. Вот и стали к нему договора эти нести, на подпись. На стол положат, а они там и лежат, потому что у бюрократа любимый лозунг был, мол, «любая бумажка должна вылежаться. Только время сможет показать, нужна ли она, то есть бумажка эта, вообще»! Молодой, да ранний. Во как.

Ну и таким же путем к нему договор на дератизацию попал, на борьбу с крысами, то есть, на то, чтобы травить их значит, тварей хвостатых.

Этот договор, заведующий рабочей столовой, принес, и также, аккуратно положил. Ну и лежал там это договор больше недели. А крысы то без дератизации вообще распоясались, так шустрить начали в помещении столовой, ну прямо как молодняк на дискотеке, вечером в летнем парке. Жизни радуются.
Начальник столовой переживал за работу, такой был, неравнодушный товарищ, и вот видя общий крысиный беспредел, в один день собрался и пошел к бюрократу. Зашел, смотрит, а этот сидит за столом и какую то бумажку «на свет» разглядывает. А договор на дератизацию его явно даже и не интересует.

Возмутился заведующий столовой такой постановкой вещей, да как рявкнет, дескать, вот вы сейчас, дорогой товарищ, бумажку какую то разглядываете, хотя в ней смысла сейчас нет, явно. А весь смысл в том, что в рабочей столовой, без дератизации, крысы не только по столам шастают, но и из котлов для варки пищи их даже доставать приходиться! Потому, что их столько, что они толкаются, падают в эти самые котлы, и варятся там заживо!

А вы, закончил свою речь зав. столовой, бюрократизмом здесь занимаетесь! Побледнел бюрократ, быстренько договор на дератизацию подписал и в руки работнику общепита отдал, потому, что понял, почему это у него, после столовки изжога бывает такая страшная.

Говорят, что больше бюрократ в столовую не ходил, несмотря на то, что все впредь, договора на дератизацию подписывал всегда в первую очередь.

А Зав. столовой, после проведенной «дератизации», плакаты красивые по всей столовой развесил.

Над умывальником, например «Чище руки, крепче кал!», ну и еще много другого, но на самое видное место в очищенной столовке, разместил плакат: «РАБОТНИЦА, БОРИСЬ ЗА ЧИСТУЮ СТОЛОВУЮ. ЗА ЗДОРОВУЮ ПИЩУ!» Красивый плакат, богатый, в три цвета! Там поварихи, в красных косыночках, ложкой снимали пробу с готовых блюд.

А вокруг такая чистота, кастрюли блестят, пол, красивым, черно-белым «шахматным», рисунком выложенный из линолеума, блестит, немного в отдалении, за окном раздаточной, виден общий зал столовой. Там, хоть и далеко, но можно заметить, что все столы, белыми скатертями накрыты, и на чистых, новеньких стульях, чинно восседая, принимают пищу тамошние трудящиеся. Благость такая!

Но особенно нравился заведующему этот плакат потому что, сразу за поварихами в красных косынках, был изображен, очевидно, тамошний заведующий, чернобровый, усатый мужчина, в ослепительно белом халате и поварском колпаке, лихо заломленном на затылок. Красивый такой мужчина, особенно удалась художник ямочка на его волевом подбородке. По тому, как бдительно он наблюдал за важной процедурой снятия пробы, было понятно, что человек это положительный и очень ответственный.

Поэтому, исходя из собственных представлений о скромности, заведующий скромно отнекивался, когда посетители столовой, тыкая пальцами в плакат, громко интересовались, дескать, да никак с натуры плакат писался, с тебя, что ли, Михалыч!?

Но, откровенно говоря, интересующиеся правильно понимали, кто был «натурой».

Вот она, сила искусства!