Отрывок из романа Саманты Джеймс "Торжество любви"

Сердце Сабрины окаменело, мозг отказывался понимать происходящее. Маргарет утонула — так почему же она не умерла?

— Что же ты, Сабрина? Почему не здороваешься с родной сестрой?

Сабрина смотрела на стоявшую перед ней женщину и убеждала себя, что это не что иное, как обман зрения, но сама знала: это не так. Перед ней был не призрак, а ее сестра, которая все эти месяцы, судя по всему, оставалась живой и здоровой. Ее блестящие золотистые волосы отливали лунным светом, светлое платье туманной дымкой облегало стройную фигуру.

Сабрине почудилось, что она лишилась навеки дара речи.

— Маргарет, — наконец выдавила она из себя, — мы думали, что ты умерла…

Она замотала головой, словно слова давались ей с трудом, что, впрочем, так и было. Внезапно вопросы посыпались у нее с ее языка один за другим. Она ликовала, сердилась, ничего не могла понять.

— Маргарет, как ты здесь очутилась? Где была все это время? Как папа? Он знает, что ты жива?

— Нет, никто не знает, только мы трое. — Ее взгляд скользнул за спину Сабрины. Та повернулась — сзади сверкнули глаза Аласдэра.

Сабрина сразу все поняла — только мы трое: она, Маргарет и… Аласдэр. По спине пробежал холодок — что-то было не так. Что-то не так.

Улыбка Маргарет выражала нечто такое, что она никак не могла понять. И еще этот блеск ее глаз. Сабрина похолодела до кончиков пальцев.

Аласдэр приблизился на шаг, и Сабрина поняла, что попала в ловушку — он оказался как раз между ней и лестницей.

— Маргарет… неужели ты хочешь сказать, что притворилась мертвой?

Сестра рассмеялась, и от этого смеха в жилах Сабрины застыла кровь. Она снова пришла в ужас, но совсем по другой причине. Однако инстинкт подсказывал ей, что страха лучше не показывать.

— Маргарет… как ты могла так поступить с папой? Он сделался сам не свой, когда решил, что ты умерла. Он так тебя любил…

— Да, любил. Гораздо сильнее, чем тебя. — В тоне Маргарет Сабрине почудилась угроза, и она с трудом проглотила застрявший в горле ком.

— Я прекрасно это знала, но не желала тебе зла и не переставала любить.

— Ты всегда была трусихой. — В устах Маргарет это прозвучало ругательством.

Сабрина побледнела как полотно.

— Зачем… зачем ты это сделала?

— Все очень просто, сестрица. Я не хотела выходить замуж за Иена. И поняла это точно, когда Аласдэр пожаловал с ним в Эдинбург. — Маргарет помолчала. — Помнишь, ты еще не смогла с нами поехать? Не так-то трудно оказалось уложить тебя в постель, стоило только подлить в чай немного песчанки.

Сабрина была потрясена: — Ты специально меня отравила, чтобы я не поехала?

— Что тут такого? Папа все равно не хотел, чтобы ты путешествовала с нами.

Маргарет фальшиво улыбнулась, и Сабрина начала понимать…

— Прошу тебя, продолжай, — тихо проговорила она. — Что случилось тогда в Эдинбурге?

Маргарет повернулась к Аласдэру и осветилась улыбкой, а тот послал ей в ответ воздушный поцелуй.

— Мы с Аласдэром стали любовниками, — весело заявила она. — Хотя об этом никто не догадывался, с тех пор мы встречались с ним много раз. И когда Иен появился в Данлеви, чтобы жениться на мне, я уже знала, что делать.

— Ты твердо решила не выходить за него замуж? Маргарет подняла на Сабрину голубые глаза.

— Смотри-ка, оказывается, ты умнее, чем я о тебе думала!

Ногти Сабрины вонзились в ее ладони.

— Так это ты закрыла меня в том ужасном подвале?

— Нет, не я — Аласдэр.

— Но зачем же? Зачем? — Сабрина дрожала.

— Это не входило в план, нет. Мы не могли предвидеть, что ты выйдешь замуж за Иена. Но когда вы поженились, мы поняли, что ты стоишь у нас на дороге и от тебя следует избавиться. Нельзя же было позволить, чтобы однажды ты обо всем догадалась. Все складывалось как нельзя лучше. Оставалось только выждать. Убийство Фионны уже запятнало имя Иена. Когда я «умерла», Аласдэр посеял в тебе сомнения в моей смерти. Был ли это несчастный случай… или, может быть, нет? Семя попало в благодатную почву, и ты стала думать, что Иен приложил руку к обоим убийствам. — Маргарет усмехнулась. — Видишь, как все просто и забавно!

Сабрина перевела взгляд на Аласдэра. Ее губы едва шевелились.

— Я тебе верила, — прошептала она. — Ты мне нравился. Я считала тебя симпатичным. А ты все это врал. И столкнул меня с лестницы!

— Я не думал, что ты погибнешь, — пожал плечами Аласдэр. — Хотя, если бы повезло, во всем обвинили бы Иена.

— А Мэри? — У Сабрины пересохло в горле. — Ты хочешь сказать, что вы ее убили?

— Нет, не убивали, — за двоих ответила Маргарет. — Но идея в голову пришла мне. Видишь ли, дорогая, Мэри сейчас в услужении приятеля Аласдэра — главы клана Линдсеев.

Опять Аласдэр. В деревне ходят слухи о Фионне и Маргарет. Оказывается, это он их распускал. И ей постоянно навязывал дурные мысли.

— Вы хотели, чтобы в исчезновении Мэри обвинили Иена?

— Да, — улыбнулась Маргарет. — Персиваль Линдсей убежден, что Аласдэр хотел спасти девочку, потому что за ней ухлестывал ее господин. В деревне, да и в замке, убеждены, что бедняжка покоится на дне озера. А сама Мэри считает, что это Иен Мак-Грегор прогнал ее таким необычным способом.

У Сабрины похолодело внутри.

— Ты получила Аласдэра, Маргарет. Чего же еще хочешь? Зачем мараешь имя Иена?

— Все просто, дорогая сестрица. Аласдэр терпеть не может кузена. И поэтому мы взяли на себя труд, как ты выражаешься, замарать его честь. Нечего Иену представляться святым! Пусть лучше люди во веки веков проклинают его имя!

Сабрина нервно вздохнула: — Что с тобой случилось, Маргарет?

— Я всегда была такой. Ты просто не замечала. Это я рассказала отцу, что ты играла в кости в конюшне с деревенскими мальчишками в то время как должна была стоять на молитве в церкви. Конечно, я и представить себе не могла, что он запрет тебя в подвале и ты начнешь после этого бояться темноты. Но я получила огромное удовольствие. — Маргарет вся расплылась в улыбке.

— Ты росла настоящим чертенком, Сабрина. Подумать только, играть в кости вместо молитвы!

«Чертенком? — думала Сабрина. — Нет, сестра, дьявол вселился в тебя! Проявить столько изобретательности, чтобы совершить такие черные дела. Светлая, красивая, а внутри — зло, много зла, не остановится даже перед убийством!» Маргарет все еще держала освещавший ее фонарь. В белом платье она казалась какой-то неземной и удивительно очаровательной. Но ее руки, такие нежные и белые, вскоре обагрит кровь.

Ее кровь. Сабрины.

Сабрина поняла, что ей предстоит умереть. Эти двое ее убьют. Каждый вздох обжигал ей грудь.

— Вы и с Иеном расправитесь, когда меня не станет?

— Да. И тогда Аласдэр станет вождем клана. Знаешь, он никогда не любил Иена. А за ребенка не беспокойся. Я буду девочке хорошей матерью.

Мысль о том, что запятнанные ее кровью руки будут дотрагиваться до Элизабет, привела Сабрину в ярость.

— А каким образом, Маргарет? Все считают, что ты умерла.

Сестра хмыкнула: — Прости, забыла тебе объяснить. Когда Аласдэр станет главой клана, я объявлюсь и расскажу всем, как меня оглушил и бросил в озеро Иен и как мне удалось незаметно выплыть и спрятаться. Я шла, падала, поднималась, куда-то тащилась опять. А когда окончательно пришла в себя, не могла вспомнить ни имени, ни откуда я родом.

Все узнают, что меня подобрал добрый путник и заботился до тех пор, пока через много месяцев память не вернулась ко мне. Я вспомню, что мне предстояло выйти замуж за Иена, но бедный Иен к тому времени будет в могиле. Что ж, в таком случае придется заключить брак с Аласдэром. Скажешь, невозможно? Очень даже возможно. Я слышала, нечто подобное приключилось в Англии.

«Боже, да она сумасшедшая! — думала Сабрина. — Она ненормальная, хотя и дьявольски хитра».

— Пора кончать. — Ухмылка исчезла с лица Маргарет. — Мы и так заболтались. — Она с такой ненавистью посмотрела на Сабрину, что взглядом обожгла ей душу, потом повернулась и кивнула Аласдэру.

Он подошел вплотную, в сумраке белели его оскаленные, как у хищника, зубы. В руках Аласдэр держал длинную веревку.

— Твое тело, милейшая Сабрина, найдут поутру, — вкрадчиво проговорил он. Сабрина задыхалась от страха, но понимала, что следует держать себя в руках. — Жаль, конечно, но все поймут, кого следует винить.

— Непременно поймут, — перебил его суровый мужской голос, и меньше чем в трех шагах от Аласдэра из тени выступил Иен.

Аласдэр резко обернулся.

— Ты?! — выдохнул он. Его глаза злобно сверкнули. — Все слышал, родственничек?

— Все. — Голос Йена был угрожающе спокойным. — И теперь все знаю.

— Нет, кузен, еще не все. Это твой отец убил Фионну. Я всегда это знал и знал почему. Я видел его, а он видел меня. Неудивительно, я только что выскользнул из его постели. А ты и не догадывался, что это я был с Фионной в ту ночь. Лакомый кусочек, скажу я тебе, твоя мачеха!

Руки Иена сжались в кулаки. Взгляд полыхал яростью.

— Негодяй! — процедил он сквозь зубы. — Ты настоящий негодяй.

Веревка полетела в сторону. Пальцы Аласдэра сжали рукоятку кинжала. Он помахал перед Иеном оружием, и свет фонаря блеснул на полированном лезвии.

— Что, кузен, хочешь меня убить? Подходи! Аласдэр не стал дожидаться и сам направил острие к горлу Йена. Сабрина вскрикнула, потому что была уверена: ее муж безоружен, ведь он брал меч и кинжал, лишь когда выезжал из замка. Но она забыла, что Иен был настоящим воином — быстрым и ловким, привыкшим к опасностям. Он увернулся, нырнув противнику под руку. Аласдэр сжал зубы и сделал новый выпад.

Иен снова ускользнул от удара и отскочил назад, Сабрина поняла, что муж уводит от нее убийцу. Она подумала, что никогда еще ей не приходилось видеть такого могучего и великолепного мужчину, такого доблестного и смелого.

Она даже не заметила, как к ней подошла возбужденная и торжествующая Маргарет.

— Приготовься, сестрица, — прошипела она. — Иен — слабак. Такой же, как ты. Аласдэр его мигом уложит, а потом мы возьмемся за тебя.

Сабрина еле сдержалась, чтобы не сбить кулаком улыбку с лица Маргарет. Ее глаза вспыхнули.

— Это мы еще посмотрим! — запальчиво проговорила она.

В этот миг Иен перешел в наступление и повел атаку со всей присущей ему грацией и мощью. Железный кулак врезался Аласдэру в низ живота и поверг его на колени. Но и Аласдэр не растерялся — схватил противника, бросил на себя, и они вдвоем покатились по земле, вскоре скрывшись из виду во тьме.

Вдруг резкий, гортанный крик разорвал ночную тишину и взвился к бездонному небу.

Сразу наступило безмолвие, бесконечное и пугающее.

Сабрина не выдержала напряжения. Страх заморозил ей кровь. Она вытянула руки и, спотыкаясь, пошла вперед.

— Йен! Йен!