Память и забвение

22.06.2018

На Валдае отметили 15-летие установки памятного знака «Игнач-Крест»

За право зваться родиной Гомера спорили 7 греческих городов, за право называться местом, где находился летописный Игнач Крест – крайняя точка продвижения монгольских захватчиков на Русь, спорят две области – Новгородская и Тверская. Новгородцы застолбили это право монументально: 15 лет назад был установлен памятный знак на предполагаемом местонахождении Игнач Креста, в Валдайском районе неподалеку от реки Поломети, именно по её льду двигались монгольские войска. Новгородский летописец записал в летописи: «ганяшася оканьнии безбожници от Торжку Серегерьскым путемь, оли и до Игнача креста, а все люди секуще акы траву, за 100 верст до Новагорода».

Игнач Крест
Игнач Крест

Местонахождением Игнач Креста историки озадачивались давно, в 80-е годы к этой проблеме обратился писатель Владимир Чивилихин в романе-эссе «Память». К сожалению, исторические идеи Чивилихина были вульгарно интерпретированы его последователями, которых власть явно использовала в своей нечистоплотной игре для дискредитации русского движения. Кстати, сам Чивилихин считал, что Игнач Крест находился возле деревни Игнашовка Осташковского района. Однако историческая мысль не стоит на месте, и уже академик Янин в «Очерках истории средневекового Новгорода» убедительно показал, что Игнач Крест находился на Яжелбицкой дороге – ответвлении Селигерского пути, проходящем по реке Поломети. Так что никаких сомнений относительно правильности установки памятного знака на его нынешнем месте быть не должно.

За годы своего бытования праздник по случаю установки Игнач Креста стал воистину народным, да и сама инициатива его установки происходила снизу, а не из властных кабинетов. Почему этот праздник важен для нас, ведь никакой победы над Батыем тогда не одержали? Летописец считал это божественным промыслом, Новгород заступил Бог и святая София, в церкви которой возносились молитвы об избавлении от нашествия. Божественному провидению в России всегда придавали особое значение. Историки прошлого объясняли отступление Батыя распутицей, но в марте лёд на Селигере и на Валдае ещё был крепким. Остановило захватчиков мужество защитников Руси: костьми легли Рязащина, давшая легендарного Евпатия Коловрата, и Владимиро-Суздальская земля, лежавший на пути к Новгороду маленький Торжок сражался две недели с превосходящими силами противника. Покорившие полмира монгольские завоеватели были обескуражены яростным сопротивлением разобщённого, но не сломленного народа.

Страшно представить, что случилось бы, если бы Батый дошёл до Новгорода. Разорённый Новгород после ухода монголов стал бы лёгкой добычей шведов и тевтонцев, вся русская история сложилась бы по-другому. Мы лишились бы всей последующей новгородской архитектуры, развитие которой бы остановилось на долгое время, как на русских землях, подвергшихся разорению. Не была бы построена церковь Спаса Преображения на Ильине улице, расписанная Феофаном Греком, а без Феофана не было бы и Андрея Рублёва. Русская культура лишилась бы своих истоков, сгорели бы в огне новгородские летописи, а вместе с ними и часть нашей истории. Много раз судьба России висела на волоске и много раз случалось чудо. Игнач Крест – это символ такого чуда, предел, который не поддается разумному объяснению, поскольку он больше нашего понимания.

После праздника я не мог не заехать в Валдай – маленький городок, дышащий русской историей, посетил Музей колоколов, Музей уездного города и радовался тому, с какой любовью жители сохраняют нашу историческую память. Радовался, а потом с горьким разочарованием смотрел на развалины усадьбы прекрасного русского публициста Михаила Осиповича Меньшикова, хотя ещё совсем недавно она была цела. Не уберегли, не сохранили, хотя и из неё мог бы получиться прекрасный музей.

Развалины усадьбы М.О. Меньшикова
Развалины усадьбы М.О. Меньшикова

Меньшиков был символом русского национального сопротивления той страшной силе, которая обрушиласьна Россию в ХХ веке, его имя открывает мартиролог замученных писателей, на пока уцелевшей табличке написано «расстрелян за убеждения». В Москве в рамках проекта «Последний адрес» дошли до установки памятных знаков партийным деятелям, бывшим частью репрессивной машины, а имя Меньшикова до сих пор находится в поругании. За бесконечными историческими спорами зачастую забалтывается самое главное – право на память, которое, безусловно, Меньшиков заслужил, хотелось бы дождаться тех времён, когда это право реализуется.

Оригинал здесь