<...>я первая войду и разорву дарственную! Но только не надейся, что приду раньше, чем ты окочуришься!

24.06.2018

В страшные годы войны Людмила Васильевна (тогда еще просто студенточка-хохотушка Милочка) пошла медсестрой на фронт. Судьба хранила девушку, ее даже ни разу не ранило.
Более того, именно тогда Люда нашла любовь – молодого красавца-майора
Михаила Анатольевича Иванова. И 9 мая она встретила в Берлине, мужней женой, генеральшей.


В начале 50-х они вернулись из Германии в Москву. Иван Дмитриевич получил квартиру. Более того, он был на хорошем счету у начальства, занимал высокую партийную должность.
Началась счастливая жизнь, сплошной праздник: гости, приемы, театры, концерты.
Шились платья, покупались шубы и драгоценности. Для Людочки было счастьем встречать мужа с работы, готовить ему вкусные блюда. В конце 50-х Людмила Васильевна
спохватилась. Возраст стремительно подкатывал к сорока, а детей в семье не было. Сначала
война, потом светская жизнь, не хотелось портить фигуру, возиться с бутылочками и
пеленками… Но красавица понимала: все, поезд уходит, пора!


Обычно женщины, откладывающие появление младенцев на конец третьего десятилетия, беременеют с трудом. Людочка с легкостью произвела на свет дочку Алену, красавицу, умницу и свет в окошке.

Счастье длилось не один год. Аленушка была беспроблемным ребенком. Муж без памяти любил свою супругу. Их брак избежал всех подводных камней.


Но потом судьба решила, что хватит презентов, и захлопнула крышку сундука с
подарками. Скончался Михаил Анатольевич. В одну ночь, от сердечного приступа. Людмила
Васильевна, правда, вначале слегка растерялась, но тут же взяла себя в руки.


Похороны прошли по высшему разряду – могила на Новодевичьем кладбище, почетный
караул, море венков и горячие заверения друзей: «Звони, сразу поможем».
Через месяц в огромной квартире замолчал телефон. ЛюдмилаВасильевна поняла, что
наступает иная жизнь. Впрочем, финансовые трудности не пугали. На сберкнижке нежилась
тугая копеечка, на которую можно было безбедно прожить лет двести. Алена – пока школьница - подумывала о театральном.

Но девушка получилась слишком ленивой, не очень работоспособной, но с безудержной фантазией. Учиться она не хотела, впрочем, зарабатывать на жизнь тоже. Мать полностью обеспечивала Алену, давала дочери деньги на одежду и развлечения.


В первой половине 90-х годов сбережения Людмилы Васильевны, лежавшие в Сбербанке,
разом сгинули, как у всех в стране. Поняв, что мать некредитоспособна, Алена испарилась. Людмила Васильевна осталась практически нищей. Пенсию она, не выработав трудового стажа, получала грошовую, пришлось распродавать вещи, с которыми намеревалась жить до смерти: картины, статуэтки, богемский хрусталь. Одна за другой умирали не слишком многочисленные подруги генеральши, и наконец пришел момент, когда звонить стало некому.


Примерно раз в неделю забегала Алена. Шарила жадными глазами по пустым полкам
шкафов, выискивая завалявшиеся ценности, не стеснялась пообедать или поужинать и чаще
всего потом просила дать ей денег.
– Только до понедельника, мамуля, обязательно верну!
Людмила Васильевна отдавала ей сэкономленные копейки, понимая, что ей никогда их не
вернут. Но Алена была единственным родным человеком. Людмила Васильевна обратилась за помощью к Алене лишь раз, когда сломала лодыжку. Но Алена находила тысячу отговорок, чтобы не заходить к матери.


Больше всего генеральша боялась умереть и остаться лежать в квартире непогребенной.
Плохо сросшаяся лодыжка причиняла при ходьбе боль, и Людмила Васильевна большую часть времени проводила в кровати. Совершенно случайно она открыла для себя новый вид
литературы – любовный роман – и теперь с каждой пенсии покупала четыре книги. Одного
тома ей хватало на неделю. Расход для бедной пенсионерки нешуточный, но генеральша была готова отказаться от чего угодно, но только не от вожделенных книг.


Сам процесс покупки превращался в действо. Взяв две палки, она медленно, примерно часа за два, добиралась до ближайшего книжного магазина.Людмила Васильевна знала, что там книги намного дешевле, чем на лотках. Потом начинался длительный, захватывающий период выбора и утомительный путь назад. Странную посетительницу, с трудом ковыляющую по залам, приметили продавцы, и однажды, когда Людмила Васильевна в задумчивости разглядывала очередную новинку, перед ней возникла стройная красивая дама в безупречном костюме и с идеальной прической.
– Берите обе, – посоветовала она, – не пожалеете.
Генеральша вздохнула:
– Через месяц вернусь!
Дама окинула взглядом когда-то роскошное, а теперь окончательно потерявшее вид
твидовое пальто Людмилы Васильевны и произнесла:
– Давайте познакомимся. Я – Инна Валентиновна, заведующая складом, а вы, насколько
знаю, наша постоянная покупательница.
Генеральша кивнула.
– Пойдемте ко мне, – ласково сказала заведующая.
Она провела Людмилу Васильевну в служебное помещение, угостила чаем с конфетами и
предложила:
– Видите стопку? Хорошие издания, новые, но с небольшим браком. Вот в этой книге
перевернут текст, неправильно приклеили обложку, на эту что-то протекло, а вон ту, должно
быть, просто уронили в грязь. Я должна списать книги, уничтожить, но, если хотите, возьмите себе, просто так, бесплатно.
Людмила Васильевна пришла в полный восторг. Дома она оттерла и высушила романы,
текст в них и впрямь не пострадал.


С тех пор походы в магазин превратились в праздник. Красивая продавщица Светочка,
завидев издали хрупкую фигурку генеральши, выскакивала на порог и помогала той доковылять до склада. Инна Валентиновна не только дарила книги, она еще предлагала каждый раз пообедать в местной столовой. Когда же зимой прошлого года генеральша подцепила грипп и не пришла, как всегда, пятого числа, раздался телефонный
звонок, а через час в квартиру влетела раскрасневшаяся Светочка. В одной руке девушка
тащила сумку с книжками, в другой пакет, набитый продуктами и лекарствами. Увидав несчастную старушку с температурой, Света моментально вызвала врача, прибрала спальню и сварила обед. На следующий день пришла опять…
Словом, судьба решила сделать генеральше напоследок еще один подарок.


Единственной, кто остался недоволен, – это Алена.
– Мамулечка, – прощебетала младшая дочь, столкнувшись один раз со Светой, – ты бы
оформила на меня дарственную на квартиру.
– Зачем? – спросила Людмила Васильевна. – После моей смерти и так тебе все останется,
других родственников нет.
Алена поморщилась:
– Кстати, мне не нравится, что тут постоянно эта девчонка толчется, Света. Небось ждет, что ты ей квартирку отпишешь!
– Это мои друзья, – тихо сказала Людмила Васильевна.
– Фу, мама, – дернула плечом Алена, – можно ли быть столь наивной, ну какие такие
дружеские чувства между тобой и двадцатилетней девчонкой? Определенно квартиру
выжидает! Ну я ей объясню, что к чему!
– Не смей, – велела генеральша. Но Алена, очевидно, побеседовала со Светой, потому что
та внезапно исчезла, а Инна Валентиновна с глубоким вздохом сказала старухе:
– Нам очень жаль, Людмила Васильевна, что вы думаете, будто мы корыстны…
Генеральша разрыдалась на плече у заведующей и внезапно рассказала всю правду о себе: про мужа-генерала, эгоистку-дочь, умерших подруг, безденежье и больную ногу...
Инна Валентиновна молча гладила ее по голове, приговаривая:
– Ну, ну, все хорошо, мы вас любим!
На следующий день Людмила Васильевна отправилась к нотариусу и сделала дарственную на квартиру. После ее смерти хоромы должны были достаться в равных долях – Инне Валентиновне и Свете, тем, кто так преданно ухаживал за ней.
Красивый бланк с печатями и подписями она вложила в толстый конверт, а затем отдала
Инне Валентиновне.
– Спрячьте покуда в сейф, вскроете после моей смерти.
– Вам еще жить и жить, – улыбнулась заведующая, но протянутое убрала.
В субботу прибежала Алена. Как всегда, без разрешения влезла в холодильник и быстро
съела приготовленные Светой котлеты. Мать подождала, пока дочь утрет жирные губы, и
сказала:
– Оформила дарственную…
– Мамонька! – пришла в восторг младшенькая. – Правильно, незачем этим хабалкам
ничего давать…
– Не на тебя, – прервала генеральша, – на Свету!
Секунду Алена молчала, затем начался невероятный скандал.
– Засажу, объявлю сумасшедшей, недееспособной, старая дура, выжившая из ума
идиотка! – бесновалась девушка. – Как посмела меня обделить?!
– Бумага составлена по всем правилам, ничего ты не сумеешь поделать! – спокойно
ответила мать.
Алена кинулась вываливать на пол содержимое ящиков.
– Где она, где, – вопила девица, почти полностью потеряв самообладание, – найду и
уничтожу! Ну погоди, ты скоро подохнешь, две жизни не живут, а я первая войду и разорву
дарственную! Но только не надейся, что приду раньше, чем ты окочуришься!
Она вылетела из квартиры, прошипев напоследок:
– Гадина!
Людмила Сергеевна оглядела разгром и вздохнула. Странным образом ее душевная боль
утихла. Все встало на свои места. Дочерей у нее нет, зато есть верные подруги.

Берегите своих близких. Всем добра:) если понравилось - буду рада лайкам и подписке на свой канал:)