Поездатая работа: 20 вопросов проводникам

15.05.2018

#уЕжа проводники Мария Уколова и Павел Скворцов

Что нужно знать перед прочтением интервью?

Маша – архитектор, Паша – автослесарь, а вместе они — проводники пассажирского вагона. В свой первый рейс ребята отправились в составе студенческого отряда проводников «Импульс». Работа так затянула, что к «обычной» жизни они не вернулись. Живут «поездатой», следуя по маршруту Санкт-Петербург – Адлер.

— Ребята, расскажите, как вы познакомились. Когда поняли, что хотите не просто быть в одном отряде проводников, а работать именно вместе?

Паша: Мы с Марией познакомились, когда проходили медицинскую комиссию. В поликлинике мы были вместе с командиром и комиссаром нашего отряда проводников «Импульс». Именно с того дня за нас и решили, что мы хорошо подходим друг другу и будем ездить вместе, в одном вагоне. Проработав буквально месяц, мы уже не хотели разделяться.

А сейчас как? До сих пор в одном вагоне?

Маша: Сейчас чаще работаем в соседних вагонах, так удобнее.

— Работа в студотряде – это временное летнее трудоустройство. Сложно было устроиться в РЖД после того, как откатали «поездатое» лето?

Паша: Честно говоря, сложнее для нас тогда было вырваться на выходные, чтобы оформить необходимые документы.

Маша: Я до сих пор не верю, что ещё работаю в РЖД. Каждый раз мы откладывали дату отъезда во Владимир, а потом подвернулся случай повысить квалификацию и начать работать на фирменном поезде.

— Как думаете, зачем создаются студенческие отряды, когда есть обычные проводники?

Маша: Мне кажется, это выгодно всем. Студенты получают кучу новых впечатлений и возможность заработать денег, а кадровые проводники уходят в долгожданный отпуск. Плохо ли?

— Работа бойца студотряда и кадрового проводника – сейчас вы видите отличия?

Маша: В первую очередь, это разная степень ответственности. Но для меня преодоление этого барьера привёло к стабильности — одна команда, одно направление, один начальник, один поезд. Но самое главное, я знаю, когда у меня будет выходной.

Паша: Кадровики очень серьёзны, держатся за место. А что студенты? Студенты знают, что в случае увольнения, просто уедут домой и продолжат учебу. Именно благодаря этому «беззаботному» фактору, время, проведённое в отряде, становится чем-то особенным и незабываемым.

— На каком маршруте сейчас работаете? Маршрут всегда один? Не надоедает одно и то же?

Маша: Сейчас катаемся по маршруту Санкт-Петербург — Адлер, поезд фирменный, двухэтажный, всё в нём работает, что очень радует.

Паша: Даже постоянный маршрут не успевает надоесть. Ведь пассажиры всегда разные, бывают и конфликтные, правда, очень редко и быстро забываются.

— Двухэтажный поезд – последняя новинка РЖД. Чем он отличается, не считая двух этажей?

Паша: Первое принципиальное отличие — вместимость купейного вагона. Здесь 64 человека, а не 32, как в привычном составе. Второе — всё работает на протяжении всего пути следования. Это огромное счастье для проводника, как, впрочем, и для пассажиров. В каждом купе по 4 розетки, никто не стоит возле туалетов с телефоном, чтобы его зарядить. Кстати, вагон отапливается без угля, достаточно нажать на кнопочку, и температура в вагоне будет идеальной. Нет титана с кипяточком — пассажиры приходят непосредственно к проводнику с маленьким электрическим чайником. Во многих вагонах отсутствует купе проводника, на его месте — кофейный аппарат. А видеокамеры не оставляют курильщикам ни единого шанса нарушить запрет.

Маша: На самом деле, проводники должны работать одинаково качественно в любом поезде — и в фирменном, и в обычном. Наше обучение работе на этом поезде заключалось в изучении нового оборудования, которое существенно отличается от одноэтажных вагонов.

— Сколько в неделю/месяц у вас получается выходных?

Маша: Работаем 2/2 рейса (2 рейса откатываем, потом выходные), но скоро лето, там об отдыхе можно только мечтать.

— На здоровье такой образ жизни (прерывистый сон, питание) не отражается?

Паша: На здоровье больше всего влияет кондиционер, от него все беды и кашель в летнюю жару. Зимой вот ни разу не болели. А к прерывистому сну привыкаешь.

Желание всё бросить появлялось так часто, что подсчёты проводить так же бесполезно, как и считать километры, которые мы уже откатали.

— Желания всё бросить не возникало?

Паша: Как ни странно, такого желания не возникало. Несмотря на тяжкие моменты, которые порой сильно выбивали из колеи. Они бывают сезонно — когда много работы и мало отдыха. Бывало, катали целый месяц без передышки, но в итоге всё равно справлялись.

Маша: Это желание появлялось так часто, что подсчёты проводить так же бесполезно, как и считать километры, которые мы уже откатали. Это больше относится к моему характеру, а не особенностям работы. Но несмотря ни на что, я ещё здесь.

— Что помогает справляться со стрессом?

Маша: Сон, долгий сон и очень долгий сон — вот три кита, на которых опирается моя стрессоустойчивость. А по дому я не так сильно скучаю, во времена студенчества я бывала дома 4 раза в год, а сейчас получается даже чаще.

Паша: Сейчас стресса уже не возникает. Я знаю, когда у меня выходные, а значит, спокойно буду дома. А вот когда мы отправлялись куда-нибудь вместе с отрядом, будь то парк аттракционов, пейнтбольный клуб или поход на море, — стресс снимало как рукой.

— Раньше поезд всегда ассоциировался с варёной курочкой, яйцами, свежими огурчиками. Сейчас пассажиры чаще берут в поезда лапшу или картошку быстрого приготовления. Сами вы чем питаетесь? Вагон-ресторан спасает?

Маша: Лапшу и картошку заваривает ленивая молодёжь, но «закоренелых» пассажиров с традиционной скатертью-самобранкой до сих пор большинство. Это правильно – домашнее вкуснее. Тем более мы разрешаем хранить в нашем холодильнике продукты, если это нужно.

Паша: Вагон-ресторан спасает, но это коммерческая тайна, никто не должен её знать.

— Кстати, о коммерческих тайнах. Какие зарплаты у проводников?

Маша: Зарплата зависит от многих факторов. Например, от сезона. Июль — много, февраль — мало.

Поначалу был даже лёгкий страх подходить к пассажирам. А при прохождении русско-абхазской границы было страшнее всего и даже немного трясло при виде людей в форме и с собаками.

— Расскажите о самом запоминающимся рейсе.

Паша: Оооо… Помню тот рейс! Он был самым первым и самым волнительным — Санкт-Петербург -Сухум. Сдаётся мне, что таким он был у всех «импульсивных» проводников. Поначалу был даже лёгкий страх подходить к пассажирам. А при прохождении русско-абхазской границы было страшнее всего и даже немного трясло при виде людей в форме и с собаками. Но со временем все эти страхи благополучно сошли на нет.

Маша: Однозначно, первый рейс. Там было вообще всё, даже срыв стоп-крана. От волнения мы не спали и не ели 5 дней. Я, кажется, потом 3 дня отсыпалась. Но главное — новый город, страна, море, горы. Незабываемо!

— А каким был самый яркий пассажир?

Паша: Каждый пассажир — это отдельная замысловатая история. С одними бывает легко найти общий язык с первых минут поездки, а от других невозможно получить ответа на пожелание доброго утра. Бывали очень активные дети, которые разгоняли тоску уставших от жары пассажиров. Однажды ехала группа циркачей и был среди них дедушка-фокусник, который с огромным удовольствием показывал фокусы окружающим и параллельно рассказывал о вреде курения.

— Расскажите о самых интересных приметах в вагоне и у проводников.

Паша: Если возле туалета толпа страждующих, значит, второй туалет сломан, а если утром рядом с ним вообще нет пассажиров — значит, сломаны оба.

Маша: Нельзя оставлять вагонные ключи на столе — к ревизорам. А так как мы сейчас ездим в бригаде, которая работает много лет, мои ключи где только не побывали, только не на столе, хотя стол — очевидно же, самое удобное место.

Слёзы наворачиваются, когда вижу счастливые встречи у вагона. Тогда забываются все стрессы, усталость, грусть, злость.

— Вы бы хотели посвятить жизнь работе проводника?

Маша: Зачем же останавливаться на работе проводника? Можно ведь идти дальше. Поверьте, в РЖД есть куда податься. Очень часто проходит обучение проводников на разные уровни сервиса. Также можно стать начальником поезда, инструктором. Одно «но» — по собеседованиям и согласованиям придётся побегать.

— Мыслей о работе стюардессой/стюардом не было? Это сложнее? Или небо так не манит?

Паша: Пассажиры как-то предлагали нам с Марией идти работать на самолёт, им же виднее. Но с нашим ростом под 2 метра, думаю, там не совсем комфортно.

— Вы уже побывали во многих местах России. А куда ещё хочется съездить?

Паша: Конкретное место сложно назвать. Да что там место, мне даже страну выбрать трудно! Побывать хочется везде, где есть хоть небольшой природный уголок. Особенно могу выделить Карелию с её сказочными местами.

Маша: На самом деле мы так мало где были… В основном, это южные направления. А манит меня Урал, Сибирь и Дальний Восток.

— С чего начинается Родина?

Маша: Со встречи. Слёзы наворачиваются, когда вижу счастливые встречи у вагона. Тогда забываются все стрессы, усталость, грусть, злость.

Беседовала Елена Жесткова

Фотографии из личного архива Марии Уколовой и Павла Скворцова

ejmedia.ru