''Первый после Бога''

Главный врач взял его на работу до "первого запоя" под ответственность нашего заведующего.

Миронов был просто красивый – голубоглазый, с правильными чертами лица, ростом под два метра, всегда в белой рубашке. Когда он заходил в помещение все женские взгляды обращались к нему. Про его любовные подвиги ходили легенды.

Его боялись. Но постепенно, я стала замечать, чем не порядочней человек, тем больше боится доктора Миронова.

Мы работали в онкодиспансере. Он проводил наркозы на одном столе, я – на другом. Огромные, технически трудные, операции длились по несколько часов и требовали мастерства и хирурга, и анестезиолога. Обезболивания при таких операциях состоят из наркоза и регионарной анестезии. Кровопотери у пациентов большие, поэтому переливают препараты крови и плазмы.

Сперва я испугалась его, но через несколько дней поняла, что с ним можно не только в разведку – с ним можно хоть куда. Он многому меня научил. К его мнению прислушивались все – и заведующий, и начмеды, и ответственные хирурги.

Однажды, на операцию поступил пациент с раком желудка. При этой операции удаляют желудок и часть пищевода, если он поражен опухолью, затем накладывают анастомоз между пищеводом и кишкой. После операции пациенту всегда очень больно. Для этого устанавливают эпидуральный катетер (катетер - тонкая трубочка, как ниточка, ставится в спинномозговой канал и по ней непрерывно поступает обезболивающее).

Так вот, этот пациент был не просто здоровый, он был ростом два с лишним метра и под 180 кг весом. Начал делать эпидуральную наш заведующий – доктор с золотыми руками и золотой головой. Раз пробует, два – не получается. Достали иголку, посмотрели.

И Миронов говорит:

- Игла не достает до канала. Надо иглу длиннее.

- Длиннее не бывает, - отвечает заведующий.

Без эпидуральной нельзя – пациент, с таким весом, после такой операции может погибнуть. И, наверняка, погибнет.

- Пошли в закрома, – предложил Миронов.

Заведующий подумал и решил:

- Пошли.

В каждой больнице на последнем этаже, где курят, есть закрытая дверь. За этой дверью, как правило, огромное помещение. Там стоят старые операционные столы, обычные столы и стулья, лампы для операционных, рентгенаппараты, гинекологические кресла. И еще – там есть шкаф с инструментами. В старых железных лотках лежат скальпели, иглы, иглодержатели, многоразовые шприцы. Все это списано, но не выкинуто. Все оставлено "на всякий случай". И этот "случай" иногда случается.

Принесли, заведующий и Миронов, иглу. Я смотрю – длинная, тонкая. Попробовали катетер – пролазит. Иглу простерилизовали.

- Давай ты, – попросил заведующий Миронова.

Миронов перекрестился, простерилизовал руки и ... и поставил эпидуральный катетер.

Мужчину прооперировали. Выписали.

Миронов на 8 марта запил. Его уволили...

Прошло много лет и многие вспоминают о нем с теплотой и убийственным сожалением...

Об этом докторе я еще напишу.

Пишите, пожалуйста, комментарии. Мне очень важно Ваше мнение.