В реанимацию из-за любви. Часть II.

-С этого места подробней,-говорю.

- Понимаете, папа устроил меня на комбинат (у нас в городе комбинат по переработке нефти). Там я познакомилась с ним. Он стал моим, ну ...

- Понимаю, – говорю, – невинности лишил.

- А три дня назад, позвонила моя подруга и сказала, что он уехал на Бали с дочерью главного инженера. Мне стало так плохо, я подумала, что умру. Из меня, будто, выпустили все силы.

Я глаза вытаращила. Она продолжает.

- Он обещал развестись, говорил, что любит. А потом сказал, что я неухоженная чума. Понимаете? Вы мою маму видели? Кто меня научит?

И вдруг заплакала. Горько и отчаянно. Я первый раз видела такие огромные слезы.

- Это поправимо. Красавицами не рождаются, – отрезала я.

- А еще, представляете, мне коллеги сказали, что он еще поспорил, что “трахнет эту еврейку”.

- Ну, дураков–то, много. А сволочей – коллег, тем паче.

Тут вмешалась наша Милка. Колоритная особа – лишних – примерно десять килограмм, на голове бардак, при этом обаяния, остроумия и легкости столько, что любая красавица рядом с ней будет ничтожеством.

- Больше всех повезло жене – у нее свобода и огромные алименты. Вас, красиво лишили невинности, красиво ведь?

- Да, – закивала Маша.

- Любовница в самом плачевном положении. Ей предстоит узнать – какой он козел. А Вы девушка, что, неграмотная?

- Почему? – не только Маша, но и я, удивились вопросу.

- Что удивляетесь? Возьмите журнал для баб, почитайте – там все написано.

Я заулыбалась.

- Какой журнал? – спросила Маша.

- Любой. "Космополитен" – лучше всего. Там все – и уход и секс.

- Папа говорит, там только разврат, – растерянно сказала Маша.

- Да, куда нам без разврата, – заключила Милка, – и вообще – с ним хорошо было?

- Да, очень, – повторила Маша.

- Вот и радуйтесь. Первый раз у многих такая лажа – жуть. А у Вас, как в сказке. Хотя при.. Вы про Клеопатру слыхали?

- Да. Это царица Египта.

- А про депиляцию? Вы посмотрите на свои ноги и выше.

Маша удивилась. Ей, видимо правда, никто не говорил ничего подобного. Хорошая девочка.

Маша задумалась, попросила чай, потом уснула.

Разговор шел ночью под равномерные вдохи и выдохи аппарата ИВЛ. Мужчина после запоя постепенно приходил в себя.

На следующее утро Маша попросила, чтоб ее выписали. Сама встала и ушла в отделение.

Я про нее забыла.

В конце лета, в огромном супермаркете, со мной поздоровалась обалденной красоты девица. Высокая, рыжая, белозубая. Темно-синее платье в мелкий белый цветочек струилось по загорелым гладким ногам.

- Вы меня не помните? – она ослепила меня улыбкой.

- Нет, – отвечаю.

- Я Маша, миастения.

- Маша?!

- Да. Спасибо Вам. Спасибо.

К нам подошел высокий парень. Не красавец. Мужик.

- Это Семен. Спасибо еще раз. За все.

На парковке меня окликнул Семен. Протянул пакет. В пакете был дорогущий коньяк, дорогущий чай и огромная упаковка "Рафаэлло".

Мне было приятно.

Оставляйте, пожалуйста, Ваши комментарии. Мне важно Ваше мнение.