Режиссер Кен Лоуч о духе времени и победах, похожих на поражения

Кена Лоуча многие считают самым выдающимся британским режиссером. Несмотря на то (а, может быть, благодаря тому), что человек он политически активный, левак, снимающий остросоциальное кино. Для его фильмов даже определение придумали: «реализм кухонной раковины». Что не мешает его «раковине» выигрывать в Каннах (две Золотые пальмовые ветви, однако), называться «Лучшим европейским фильмом года» и получать призы на самых разных кинофестивалях. В Карловых Варах его фильм «Кес» выиграл в 1970 году, а режиссер продолжает сюда приезжать: и потому, что место хорошее, и потому, что атмосфера замечательная, и потому, что любит старое чешское кино. Сценарист Пол Лаверти вспоминает: «Когда мы познакомились, Кен сказал, что мне нужно обязательно посмотреть чехословацкий фильм «Поезда под пристальным наблюдением» («Оскар» 1968 года – И.П.), чтобы понять, что значит кино». С тех пор Лаверти написал сценарии к двенадцати фильмам Лоуча, и в Карловы Вары в этом году они приехали вместе, чтобы вместе же получить приз за вклад мировой кинематограф. Кен Лоуч отмечает: «Очень важно, что награда – на двоих. Сейчас такая тенденция, что режиссеры сами пишут сценарии для своих фильмов. Каждый должен заниматься своим делом. Хороший сценарист, а Пол хороший сценарист, может в одном диалоге вылепить образ. От сценариста очень многое зависит. И когда кто-то говорит, что фильм такой-то создал такой-то человек, называя фамилию только режиссера, это просто очень раздутое эго».

Кену Лоучу 81 год, Пол Лаверти на 20 лет моложе, но слушать их – одно удовольствие. Во-первых, ни в том, ни в другом нет никакого снобизма, и это первое приятное впечатление (которое останется неиспорченным), во-вторых, они оба – глубокие люди, изучающие и вытаскивающие на поверхность проблемы с глубокими корнями.

- Как начинается ваш творческий процесс? Кто к кому приходит с идеями сценария?

Пол Лаверти: - Много болтовни.

Кен Лоуч: - Сначала мы немного говорим, потом Пол пишет. Потом я делаю глупые комментарии.

- А кто генерирует идеи? У ваших фильмов ведь очень разнообразные темы, эпохи, люди…

Пол Лаверти: - Это все очень органично – дискуссии и разговоры. Мы все время общаемся друг с другом. Каждый проект – другой. Это зависит от того, что возникает, что происходит. Обычно это рождается из дискуссии. У нас нет генерального плана.

- Но вы как-то сказали, что хотите исследовать территории или даже миры, о которых большинство людей почти ничего не знает, но в которых живут удивительные персонажи.

Кен Лоуч: - Да, что-то вроде «давай сделаем об этом и этом», и потом Пол напишет характер или парочку характеров.

Пол Лаверти: - Например, в фильме «Это свободный мир», мы просто знали, что есть какая-то порочность в том, как работает экономика, и в том, как относятся к рабочим-мигрантам. Поэтому мы потратили много времени, чтобы нарыть что-то, разговаривая с работающими людьми, в том числе из Восточной Европы. Мы проделали путь с севера Шотландии до юга Англии. Но рассказали эту историю не с точки зрения рабочего-мигранта, а с точки зрения того, кто их эксплуатирует, матери-одиночки в очень непростой ситуации. Это дало нам возможность исследовать поколения. Нужно исследовать этот мир, инвестировать в такого рода работу. Реальность питает характеры.

- Часто ваши основные герои, многократно побитые жизнью, не получают большого выигрыша, хотя прорывы все же случаются…

Кен Лоуч: - Да, это как в жизни. И если это одна чертова проблема за другой, все предсказуемо. И часто то, что кажется победой, вовсе ею не является. В «Я, Дэниел Блейк» («Золотая пальмовая ветвь» в Каннах в 2016 году) он должен выиграть в конце концов. Но есть победы, которые совсем не победы, и поражения, которые вовсе не так ужасны, как кажутся. Жизнь ведь такова, разве нет? Иногда вы должны потерпеть поражение, чтобы победить.

- В документальном фильме «Дух 45-го» Вы уловили чувство надежды в восстановлении послевоенного британского общества. Как Вы думаете, каким будет дух 2017-го?

Кен Лоуч: - Это трудно понять, когда находишься в середине происходящего. Но это может быть поворотным моментом. Я думаю, мы все работаем изо всех сил, чтобы сделать этот год поворотным моментом. В случае с серьезными левыми кажется, волна может измениться в их пользу. Или это может оказаться просто моментом оптимизма, который постепенно исчезнет. Сейчас имеется некий баланс, вот почему это критический момент. Перемены, которые произошли после войны, были хороши в том смысле, что заявили об определенной солидарности. Нам принадлежали газ, электросети, вода, шахты, железные дороги. Мы владели огромной частью промышленности. Но все это отдали большому бизнесу. И сейчас программа левых – начать говорить «нет».

О планах на будущее 81-летний режиссер говорить не хочет. Но оживляется, когда рассуждает о темах, которые его волнуют, и которые – конечно! – могли бы стать фильмом (если Пол Лаверти напишет сценарий, Пол кивает: если нужно, напишет). «Меня интересует тема фашизма. Сейчас много снимают о войне. Но это все не то. Я бы снимал фильм о зарождении фашизма, идеологии, о том, как она стала возможной, и почему. А все эти фильмы с боями, стрельбой из пистолетов, винтовок и пушек – это все не то. Это последствия. Меня интересует, почему это стало возможным». И, вспоминая фильмы Кена Лоуча, я понимаю: он снимет сильное кино про войну. Другое. Пусть Пол Лаверти напишет сценарий.