Святополк I Владимирович (фактически - Ярополчич) Рюрикович (Окаянный)

09.04.2018

Святополк I Владимирович (фактически - Ярополчич) Рюрикович (Окаянный)

Великий Князь, правитель Киевской Руси (столица - город Киев), годы жизни 979 г.-24 июля 1019 г., годы правления 10151016 и 10181019 гг.

Происхождение Святополка сомнительно: он сын вдовы Ярополка, на которой Владимир женился, когда она уже была беременной, если верить летописцу. Владимир называл Святополка своим законным сыном (третьим по старшинству) и дал ему княжение в Турове. Летописец называет Святополка сыном двух отцов (от двою отцю) и замечает с намёком на дальнейшую судьбу князя: «от греховного плод злой бывает».

В 1013-1014 гг. женился на дочери польского князя Болеслава Храброго. Данный родственный союзом скреплял мир с Руси с Польшей. Этот первый родственный союз князей польских с русскими повел к большому раздору между ними. Болеслав лучшим средством для собственного усиления считал внутренние смуты у соседей; как воспользовался он ими у чехов, так же хотел воспользоваться и на Руси. Вместе с дочерью Болеслава прибыл ко двору туровского князя католик Рейнберн, епископ колобрежский (колберский), который сблизился с Святополком и начал с ведома Болеславова подучать его к восстанию против отца Владимира. Болеслав рассчитывал с помощью Святополка ослабить Русь и отторгнуть юную русскую церковь от восточной церкви. Но Владимир узнал о враждебных замыслах и заключил Святополка в темницу вместе с женою и Рейнберном.

Владимир намеревался передать свое государство Борису, одному из самых младших сыновей, которому во время своей последней болезни он доверил командование войсками, посланными против печенегов. Князь Владимир скончался 15 июля 1015 года в селе Берестове под Киевом. Святополк — старший из остававшихся к тому времени в живых сыновей князя, находился в это время в самой столице. Он утаил смерть отца от своих братьев, и похороны умершего князя состоялись чуть ли не тайно.

Как скоро в Киеве разнеслась весть о кончине Владимира, то Святополк сел на отцовском месте, созвал киевлян и начал раздавать им подарки — он боялся соперничества и желал приобрести расположение граждан. Граждане принимали подарки, говорит летописец, но сердце их не было со Святополком, потому что братья их находились на войне с Борисом. Граждане были равнодушны; они опасались одного, что как вдруг братья их провозгласят князем Бориса, а Святополк потребует от них помощи против последнего? Их пугало это междоусобие. Желая укрепить свою власть и прежде всего избавиться от одного из наиболее близких к Владимиру сыновей — Бориса, Святополк задумал убить и его, и остальных младших братьев.

Борис, не нашедши печенегов, был уже на возвратном пути и стоял на реке Альте, когда пришла к нему весть о смерти отцовской. Бывшая с Борисом дружина Владимирова, бояре, старые думцы предпочитали Бориса всем его братьям, потому что он постоянно находился при них, привык с ними думать думу, тогда как другие князья привели бы с собою других любимцев, что и сделал Святополк. Об этом поведении последнего летописец даёт намек: «Люте бо граду тому, в нем же князь ун, любяй вино пити с гусльми и с младыми советниками».

Отцовская дружина уговаривала Бориса идти на стол киевский, выступив против Святополка, предупреждая, что в обратном случае Святополк убьет его; но молодой князь отвечал, что не поднимет руки на старшего брата, который будет ему вместо отца. Позиция Бориса была типичной для той тонкой верхней прослойки русских людей, которые приняли христианство со всей серьезностью. Он не хотел противиться злу насилием, ему была ненавистна мысль о войне со старшим братом, поэтому он распустил дружинников и спокойно дожидался убийц. Тогда войско разошлось, оставя Бориса с малым числом приближенных служителей.

Святополк очень хорошо понимал опасность, могущую грозить ему со стороны Бориса, и потому на первых порах хотел и с ним поступить так же, как с гражданами, послал сказать ему, что хочет иметь с ним любовь и придаст еще к волости, которую тот получил от отца. Узнав же, что войско разошлось от Бориса, он решился на убийство последнего. Давняя ненависть Святополка к Борису как сопернику, которому отец хотел оставить старший стол мимо его; явное расположение дружины и войска к Борису, который мог воспользоваться им при первом случае, хотя теперь и отказался от старшинства; наконец, пример соседних государей, с одним из которых Святополк находился в тесной связи, объясняют поведение Святополка. Он приказал верным людям убить Бориса. Летописец так рассказывает об убиении Бориса. Святополк ночью пришел в Вышгород, тайно призвал какого-то Путшу и вышегородских боярцев — Тальца, Еловита и Лешька, и спросил их: «Привержены ли они к нему всем сердцем?» Путша с вышегородцами отвечали: «Можем головы свои сложить за тебя». Тогда он сказал им: «Не говоря никому ни слова, ступайте и убейте брата моего Бориса». Те обещались исполнить его желание как можно скорее.

Путша с товарищами пришли ночью на Альту и, подошедши к шатру Борисову, услыхали, что князь поет заутреню; несмотря на осторожность, Святополк не мог утаить своих замыслов, и Борис знал, что сбираются погубить его. Убийцы дождались, пока князь, помолившись, лег в постель, и тогда бросились на шатер, начали тыкать в него копьями, пронзили Бориса и вместе слугу его, который хотел защитить господина собственным телом; этот отрок был родом венгр, именем Георгий. Борис его очень любил и дал ему большую золотую гривну, в которой тот и служил ему; убили тут же и других многих отроков Борисовых, а у этого Георгия отсекли голову, потому что не могли скоро снять гривны с шеи; Бориса, еще дышавшего, убийцы завернули в шатерное полотно, положили на воз и повезли. Но Святополк, узнав, что Борис еще дышет, послал двух варягов прикончить его, что те и сделали, пронзив его мечом в сердце; тело его принесли тайно в Вышгород и положили в церкви св. Василия.

Затем настал черед еще одного Владимировича — Глеба, который княжил в далеком Муроме. «Бориса я убил, как бы убить Глеба?» — говорит Святополк в рассказе летописца; но Глеб был далеко, и потому Святополк послал сказать ему: «Приезжай поскорее сюда: отец тебя зовет, он очень болен». Глеб немедленно сел на коня и пошел с малою дружиною. Когда он пришел на Волгу, к устью Тмы, то конь его споткнулся на поле во рве и намял ему немного ногу, после чего князь пришел к Смоленску, а отсюда поплыл в барке и остановился в виду города на Смядыне. В это время настиг его посланный от брата Ярослава из Новгорода: «Не ходи, велел сказать ему Ярослав: отец умер, а брата твоего Святополк убил». Глеб сильно тужил по отце, но еще больше по брате. Между тем явились и убийцы, посланные от Святополка; они овладели Глебовою баркою и обнажили оружие. Глебовы отроки потеряли дух; тогда главный из убийц, Горясер, велел немедленно зарезать Глеба, что и было исполнено поваром последнего; этого повара звали Торчин. Сперва тело Глеба бросили на берег между двумя колодами, потом свезли в Вышгород и положили вместе с братом, уже в княжение Ярослава.

В «Повести временных лет» говорится, что жертвы Святополка догадывались или были предупреждены о своей судьбе, но добровольно пошли на заклание, не оказав никакого сопротивления. Уже в конце XI века оба брата были причислены Русской православной церковью к лику мучеников-страстотерпцев и стали первыми национальными русскими святыми. Летописный рассказ, конечно же, полон свидетельствами о кротости и добродетельности двух братьев.

После этого Святополк решил уничтожить вообще всех своих братьев. Изяслав Полоцкий и Мстислав Тмутараканский оставались нейтральными. Они не видели для себя угрозы со стороны Святополка и ему не досаждали. Святополк отправил убийц к Святославу, княжившему в Древлянской земле. Спасавшийся от погони Святослав погиб на границе с Венгрией в Карпатских горах, куда бежал, очевидно, намереваясь укрыться у каких-то родственников. Но тут преступлениям Святополка пришел конец. Находившийся в Новгороде еще один сын Владимира — Ярослав получил известие от сестры Предславы о деяниях их брата, собрал войско и двинулся в поход на Киев. Оба противника использовали наемные войска из других стран. Ярослав нанял варяжские отряды, а Святополк печенегов.

Осенью 1015 года войска Святополка и Ярослава подошли к Днепру и встали по обе стороны реки. Три месяца продолжалось это стояние, пока не начались заморозки и река не стала покрываться слоем льда. Наконец сражение состоялось, Святополк был разбит и бежал в Польшу, а Ярослав вокняжился в Киеве.

Между тем Святополк, живший в Польше у своего тестя князя Болеслава Храброго, уговорил его начать войну с Русью. В 1018 году во главе большого войска Болеслав и Святополк у реки Буг разбивают войско Ярослава, который бежит в Новгород. Решив, что опасность миновала, Святополк поссорился со своим польским союзником, и Болеслав возвратился домой, взяв с собой двух сестер Ярослава и бояр, симпатизировавших Ярославу в качестве заложников. Он также воссоединил с Польшей червенские города.

Триумф Святополка, однако, оказался кратким, потому что Ярослав через некоторое время атаковал его снова. Без всякого сражения, понимая, что он не в состоянии оказать сопротивление, Святополк бежит к печенегам. Ярослав становится Киевским князем вторично. В 1019 году Святополк нанимает и ведет на Русь печенежское войско. На реке Альте, где ранее погиб Борис его встречает войско Ярослава. В кровопролитном сражении Святополк разгромлен, он бежит на запад. У него начинается мания преследования, и в какой-то пустыне в Галиции он погибает, лишив себя жизни.

По поздним фольклорным преданиям, Святополк был поглощен землей, а летописец говорит, что от его могилы «идет смрад». В народе сохранилась о нем самая черная память как о русском Каине: прозвище ему было окаянный.