ГЕНЫ ПАЛЬЦЕМ НЕ СОТРЕШЬ?

Идея подарить тепло мальчишке из детского дома для Светланы Владимировны и Виктора Петровича Кручинных (имена и фамилии изменены) закончилась трагически. Супружеская пара до этого потеряла сына, замечательного светлого и доброго парня.

АЛЕША, ДА НЕ ТОТ

«Своих детей мы уже не родим – возраст не позволяет, но воспитать детдомовского ребенка вполне по силам», – рассудили супруги. И усыновили мальчика из детдома, выбрали очень похожего на погибшего сына и с таким же именем – Алеша. Кажется, растили как родного, вкладывали в него любовь и душу, часто рассказывали ему о старшем Алеше, а мальчик вырос и отплатил им черной неблагодарностью. Сначала начал выпивать, потом – употреблять наркотики, учиться и работать не хотел, лечиться тоже. Никакие убеждения не помогали – парень стал дерзким и наглым, тащил из дома деньги и вещи. От переживаний заболело сердце у отца, и он умер от инфаркта. А мать ждало еще одно испытание – Алексей влез в долги, и, чтобы выпутаться, пришлось продать квартиру…

МЫ ДРУГ ДРУГА ПРОСТО ТЕРПИМ

Очень похожая история случилась и с другой семейной парой, которая, собственно, парой оставалась сравнительно недолго. Причина, по которой Олег и Алена решили усыновить сироту, стара как мир – женщине, оказавшейся бесплодной, хотелось во что бы то ни стало скрепить рушившийся в силу этого обстоятельства брак.

«У нас не складываются отношения потому, что ты не можешь родить мне ребенка!» – заявил Олег. И Алена предложила мужу альтернативный вариант: давай возьмем малыша из детдома. Супруг, подумав, согласился. Пара долго выбирала ребенка, пока Олег не остановился на хорошенькой крохе Соне, от которой отказалась ее несовершеннолетняя мать. Девочку удочерили буквально в месячном возрасте, отец в ней поначалу души не чаял, и казалось, что семейная лодка преодолела бурные воды. Но мир продлился недолго. Когда девочке исполнилось пять лет, папа ушел из семьи к другой женщине, которая смогла родить ему такого желанного родного ребенка. А Алена осталась одна вместе с дочкой.

«Да, наверное, в том, что потом произошло, есть и доля моей вины, – не скрывает женщина. – Я, оставшись одна, решала свои личные и профессиональные проблемы. Тем более что раньше именно Олег занимался с дочерью, гулял и играл. Я старалась быть для Сони хорошей мамой, но душу особо не рвала. Девочка одета-обута, накормлена, ходит в те кружки, которые ей нравятся, большего ей дать я не могла. Кроме того, меня мучила обида на бывшего мужа: сам настаивал на ребенке и меня же с ним бросил! Невольно эту обиду я перенесла на девочку. Соня считала меня своей родной мамой, а Олега – родным папой. Тайну ее рождения мы ей не открывали, чтобы она не отдалилась, но тем не менее девочка очень рано стала проблемной».

Свою первую кражу Соня совершила в девять лет, когда училась в третьем классе. Тогда ее поймали на воровстве мобильника у одноклассницы. Учительница ее долго стыдила, мать дома наказала, но потом быстро простила и купила новый телефон, точно такой же, как тот, ворованный. Только почему-то это никаких положительных результатов не дало. К шестнадцати годам девушка стала профессиональной воровкой, тащила все, что плохо лежит, и из дома, и у друзей и знакомых. При этом она ловко выкручивалась и врала, отказываясь от обвинений, признавала их, только будучи пойманной за руку. В итоге девочку поставили на учет в детскую комнату милиции, и Алене стоило больших усилий выгораживать ее при каждом проступке.

«Мы с ней живем как чужие, – жалуется Алена, – просто терпим друг друга. Я уже рукой на нее махнула. Если она попадет в тюрьму – сама будет во всем виновата».

При этом надо заметить, что Алена весьма преуспевающая женщина, хороший и высокооплачиваемый специалист. Материально Соня ни в чем не нуждается. «Видно, ее родная мать была такой же, – считает Алена. – Здесь уж ничего не поделаешь».

ПОМОЖЕТ ТОЛЬКО ЛЮБОВЬ

Когда семейная пара усыновляет ребенка, к обоюдному счастью стремятся все. Маленький человечек, брошенный родными папой и мамой, находит семью, любовь и заботу новых родителей, а те, в свою очередь, обретают желанного сына или дочку, и жизнь наполняется новым смыслом и новыми красками. Но вот вопрос о том, сложится или не сложится семья в дальнейшем, долго остается открытым…

Все точки над «i», как правило, расставляет жизнь. И каждый из нас может привести немало примеров как удачно складывающихся семейных отношений родителей с усыновленным ребенком, так и неудачных. Кто в этом виноват, с ходу не ответишь. Если неродное дитя вырастает неблагополучным и неблагодарным, усыновители склонны винить в этом дурные гены. «Что другого ожидать, если родная мать-алкоголичка даже не забрала его из роддома?» – примерно так рассуждают они. И действительно, горькая правда в этих словах есть.

«Гены пальцем не сотрешь», – подтверждает и Антонина М., воспитывающая семерых ребятишек, двое из которых – усыновленные, а пятеро – приемные. Да, ей часто бывает трудно. И психологически такие дети очень непросты и целый букет физических недугов, как правило, имеют. Что ей помогает в тяжелом процессе воспитания? Только любовь. Материнская любовь, которая не различает, родные ли рядом дети, усыновленные или приемные. «Они все мои, – говорит Антонина и добавляет: – Ведь случается, что и родной ребенок делает родителям очень больно, не оправдывает надежд, становится алкоголиком или преступником. От такой беды никто не застрахован. И винить чужие дурные гены тут не получится, родителям остается искать причину в себе, в каких-то своих упущениях при воспитании либо в недостатке родительской любви. Так что лучше, воспитывая как неродного ребенка, так и родного, больше спрашивать с себя».

Марина ГОНЧАРЕНКО.
Коллаж Романа ГРАМОТЕНКО. 

КОМПЕТЕНТНО

Комментарий Ю.А. МИХАЙЛОВОЙ, психолога Самарского областного центра помощи детям, оставшимся без попечения родителей:

– Давайте рассмотрим типичные ошибки, которые допустили кандидаты в усыновители. Основной причиной появления проблем в обоих случаях является неправильная мотивация усыновления. 

В первом случае наблюдается так называемый эффект «замещения потери и утраченного образа жизни». Будучи не в силах справиться с горем, усыновители видят в появлении нового ребенка единственный способ заглушить тоску по умершему. Чаще всего они рассчитывают на замену собственного сына или дочери, хотят найти ребенка такого же возраста и пола. Необходимо, чтобы между потерей кровного ребенка и усыновлением прошло не менее года, когда случившееся воспринимается уже не так остро. Также желательно не усыновлять ребенка такого же пола, поскольку неосознанно будет идти процесс сравнения, и чаще на фоне благополучного родного ребенка усыновленный смотрится гораздо хуже, глупее, неряшливее. Сравнению в данном случае также способствовало одинаковое имя детей – Алеша. В таких семьях ребенок «нагружается» определенными ожиданиями со стороны родителей, не учитывающих его индивидуальные психологические особенности. Для ребенка характерно негативное самоотношение, низкая самооценка, он страдает от недостатка эмоциональных контактов с родителями. Он понимает, что быть таким же, как умерший брат, не может. И решает: «Раз лучше родного быть трудно, стану хуже». Отсюда и нежелание учиться, употребление алкоголя и наркотиков, асоциальное поведение. Таким образом, на фоне постоянного стресса ребенка – проговариваемого вслух или скрываемого, но от этого не менее болезненного сравнения – родители сами спровоцировали его негативное поведение. Речь о наследственности здесь можно вести в последнюю очередь. 

Во втором случае ошибка была допущена супругой, которой ребенок не был нужен в принципе. «Ребенок для спасения семьи» – вот основной мотив усыновления в данном случае. 

Самым значимым человеком для малыша является мама, и когда между ней и ребенком нет чувства привязанности, понимания того, что ты ценен, нужен, любим, то никакие материальные ценности не заменят это. Ребенок всегда неосознанно чувствует, как к нему относятся в семье. Алена после усыновления передала заботу о ребенке супругу, ведь это он хотел детей, тем самым дистанцируясь от них, полагая, что забота о бытовых потребностях ребенка может заменить чувство любви. Так поступают многие родители, которые за мишурой материальных ценностей не видят самого главного.  «Мы же давали ему все: новые игрушки, модную одежду, лучшее образование… Он был полностью обеспечен, чего ему не хватало?»

Психологами доказано, что потребность в любви, в нужности другому одна из фундаментальных человеческих потребностей. Ее удовлетворение – необходимое условие нормального развития ребенка. Эта потребность удовлетворяется, когда вы сообщаете ребенку, что он вам дорог, нужен, важен, что он просто хороший. Слышала ли Соня такие слова в свой адрес именно от мамы? Еще мужчинам всегда сложнее принять решение об усыновлении. Понятие «родная кровь», «наследник» глубоко укоренилось в подсознании представителей мужского пола. Женщине проще увидеть в другом ребенке «своего» и полюбить его. Однако в данном случае чужой ребенок так и остался чужим, его не принял ни один из родителей. 

После ухода супруга Алена невольно перенесла свою обиду на дочь, как бы подспудно думая: «Почему ты не помогла? Ведь мы взяли тебя для того, чтобы быть с Олегом вместе!». Так, нерешенные проблемы супружеских отношений, отсутствие любви и принятия, вымещение обиды послужило причиной плохих поступков подростка. Всякое серьезное нарушение поведения ребенка – это сигнал о помощи. Он как бы говорит нам: «Мне плохо. Помогите мне!» Проблемные, трудные, непослушные и невозможные дети, так же, как и дети с комплексами, забитые или несчастные, – всегда результат неправильно сложившихся отношений в семье, а не генетической предрасположенности к асоциальному поведению.