Покер по имени «Brexit». Опасные игры Терезы Мэй

Британский парламент ушел на каникулы до сентября, но правительству не до каникул - дел невпроворот. Правда, премьер Тереза Мэй в уикенд вместе с мужем Филипом все-таки сумела насладиться пешими прогулками вокруг озера Гарда в Италии. Выбор объяснимый: озеро славится удивительно чистой водой, к тому же неподалеку Верона - а значит и бессмертный шекспировский сюжет, дающий заряд оптимизма на все случаи жизни. Потому что, как известно, - «нет повести печальнее на свете…»

Однако повод опечалиться у Терезы Мэй действительно есть - и повод достаточно серьезный. Как раз накануне портал Conservativehome.com опубликовал очередной (июльский) отчет об отношении членов партии тори к текущей деятельности и перспективам премьер-министра. Из опрошенных 1340 человек 603 (45%) высказались за немедленный уход Мэй с поста лидера партии и выборы нового лидера. Еще 434 (36%) считают, что Мэй должна отправиться в отставку до очередных парламентских выборов в 2022 году. И лишь 232 участника опроса (17%) полагают, что Мэй должна оставаться на своем месте.

Драматизм цифр исследования подчеркивается сравнением с показателями июня. Тогда за немедленную отставку высказался лишь 21% опрошенных, а в целом за смену лидера голосовало 72%. То есть в первом случае показатель более чем удвоился, во втором - вырос до 81%. Не удивительно поэтому, что в очередном рейтинге членов правительства, составленном по итогам опроса членов партии, Тереза Мэй оказалась на последнем месте с отрицательным результатом - 48,1.

Очень похоже (highly likely), что таким образом Мэй аукнулся ее Brexit-план, представленный 6 июля на совещании кабинета в загородной резиденции Чекерс и изложенный в стостраничном документе White paper. Продвигался он в расчете на внутрипартийный и общенациональный компромисс, но вышло по известной формуле Виктора Степановича Черномырдина.

Конечно, утверждать, что полный раздрай в лагере тори и полный раздор в Соединенном Королевстве - как всегда, было бы некоторым преувеличением. Но то, что хотели как лучше, - бесспорный факт. Причем, судя по результатам опроса, сам по себе факт правительственного хотения большинство консерваторов не удовлетворил. Поэтому вопрос о поиске альтернативы нынешнему лидеру уже становится в повестку дня. И, похоже, альтернатива вырисовывается все определеннее.

Вряд ли можно считать сюрпризом, что список претендентов на майку лидера возглавил ультра-брекзитер, экс-министр иностранных дел Борис Джонсон. Единственное, что может кого-то удивить, - его более чем троекратный рывок на первое место в сравнении с рейтингом прошлого месяца. Июльский опрос на том же портале дал ему 29% поддержки, тогда как у двух его наиболее серьезных конкурентов - министра внутренних дел Сайида Джавида и Джейкоба Рис-Могга 19% и 13% соответственно. Последний раз Джонсон занимал первую позицию в опросах о лидере тори еще в марте 2016 года, когда он прямо высказался за выход Британии из ЕС.

Похоже, что такие его недавние поступки, как уход из правительства Мэй и решительный призыв похерить Чекерс, вызвали одобрение в среде той части консервативного электората, которая на референдуме голосовала за Brexit. И которая сегодня не понимает, чего все-таки добивается Тереза Мэй на переговорах с ЕС и готова ли она воплотить в жизнь формулу «Лучше никакой сделки, чем плохая сделка»?

А между тем вариант «No deal» становится все более и более реальным, поскольку со стороны Евросоюза Мэй пока что встречает своего рода вежливый отказ. Brexit-план, изложенный в White paper, воспринимается на континенте как излишне благоприятный для островитян и поэтому излишне привлекательный для потенциальных дезертиров.

Установка на то, чтобы Британию примерно наказать (чтобы другим неповадно было), пока что сохраняется в качестве одного из подспудных постулатов евросоюзовских переговорщиков во главе с Мишелем Барнье. Да к тому же они полагают, что формула Мэй «No deal better than a bad deal» - всего лишь красивая фраза для самопиара и что британский внутриполитический раздрай позволит Евросоюзу в той или иной форме удержать Британию в едином рынке, таможенном союзе, под юрисдикцией Европейского суда, со свободой передвижения. Что будет означать ее фактическую капитуляцию. И, соответственно, аннулирование Brexit`a.

Можно предположить, что понимая ситуацию, Тереза Мэй пошла на то, чтобы взять переговоры уже не просто под свой контроль, а буквально - в свои руки. Сменивший прежнего госсекретаря по выходу Британии из ЕС Дэвида Дэвиса Доминик Рааб теперь по существу лишен полномочий и большей части персонала. Всю работу по переговорам ведет советник Терезы Мэй Олли Робинс, хотя новый министр иностранных дел Джереми Хант тоже, что называется, в деле. А само дело заключается в том, чтобы уговорить европейских лидеров согласиться на план Чекерс (White paper).

С целью ведения уговоров Хант 1 августа отправился в Австрию, которая в данный момент председательствует в Совете Евросоюза, и попытался слегка надавить на партнеров. В частности, он заявил, что выход Британии из ЕС без соглашения о дальнейших отношениях (то есть «No deal» или «Messy divors»), будет геостратегической ошибкой. И если добавить сказанное им накануне о том, что экономические последствия для ЕС в случае «No deal» будут значительно тяжелее, чем для Британии (по количеству потерянных рабочих мест, по трудностям с доступом к финансовым ресурсам лондонского Сити), то нельзя отделаться от впечатления, что Мэй выбрала тактику мягкого шантажа. Или, иначе говоря, - тактику покерного блефа.

Насколько перспективна такая игра для Мэй, пока определить трудно. Точного расчета относительного того, кому будет хуже в случае «No deal», по-видимому, не существует. Или - если и существует, то содержится в большом секрете. А все до сих пор публиковавшиеся в Великобритании прогнозы особого доверия не вызывают, поскольку воспринимаются как инструмент пропаганды либо в пользу Remainers, либо в пользу Leavers. Понятно только, что пока налицо игра с нулевой суммой, прикрываемая риторикой на тему поиска обоюдовыгодного варианта Brexit`а. Таким образом, здесь уже двойной блеф Терезы Мэй.

Но не надо забывать, что Мэй приходится играть одновременно на двух столах: на евросоюзовском и на домашнем. Причем домашний, в свою очередь, подразделяется на два отдельных: Мэй должна убедить Leavers (как в партии, так и в электоральной среде) в том, что ее Чекерс-план - подлинный Brexit, и в то же время убедить Remainers (опять же - и в партии, и в электоральной среде) в том, что он как бы и не Brexit. В общем, получается нечто вроде сеанса одновременной игры на трех столах, в ходе которого Мэй должна проявить недюжинное искусство политического блефа.

О том, каковы ставки в игре, нет нужды напоминать. От того к ней и такое пристальное внимание в британских политических кругах и в медиа - даже несмотря на традиционное августовское каникулярное время. Оценивается и комментируется каждый ход Мэй и членов ее кабинета, вовлеченных в Brexit. И пока что превалируют оценки предельно жесткие - в особенности из лагеря радикальных брекзитеров.

Вот в свежем номере «The Spectator» выходит статья Стивена Робинсона (Stephen Robinson) с заголовком «Brexit значит Борис». Заголовок для Мэй особо неприятный, поскольку он издевательски обыгрывает ее знаменитое мотто «Brexit means Brexit». Но еще более неприятно то, что автор напрямую обвиняет Терезу Мэй в двойной игре, имеющей цель фактически торпедировать Brexit. Разоблачая ее блеф, Робинсон утверждает, что на самом деле сделка между Мишелем Барнье и Олли Робинсом уже заключена. И предсказывает: «Сделка в конечном счете будет формализована после полуночи втихую на каком-нибудь саммите Евросоюза. И мы в еще большей мере подпадем под юрисдикцию Европейского суда, получим жесткий свод общих торговых правил, а наши рыболовные права будут сохранены за испанцами и скандинавами.

Мы продолжим платить Евросоюзу бесконечно. А Рааб и Гоув станут появляться на телепрограмме Today, чтобы рассказать нам, что перед нами были вовсе не красные линии, а слегка розовые, и согласимся - подвижные. И что альтернативой была бы катастрофа, и она была бы только на руку Джереми Корбину. И сбитое с толку окружение Мэй убедит себя, что ему удалось избежать катастрофы, тогда как на самом деле партия тори лишится власти на 20 лет».

Именно для того, чтобы такого не случилось, и нужна срочная замена лидера и премьера (в одном лице). Разумеется, на Бориса Джонсона. «Избиратели могли бы простить Мэй, - пишет Стивен Робинсон, - если бы она хотя бы попробовала обеспечить подлинный Brexit, но она никогда ничего подобного и не намеревалась делать. Неудача ведь одно, а предательство - совсем другое дело. Вот почему, при всех его очевидных промахах, нам нужен кто-то, кто взбодрит нас… тот, про которого скажут в случае неудачи: он хотя бы попробовал».

Понятно, что для группы Remainers в парламенте и в партии тори перспектива получить Бориса Джонсона в качестве лидера и премьера смотрится настоящим кошмаром. Но даже и те консерваторы, которые стараются держаться в центре, не видят смысла в замене Мэй на Джонсона. В частности, главный редактор портала Conservativehome.com Пол Гудмэн опубликовал в «The Times» свой прогноз того, что случится, если Джонсон станет премьером. «Его политика в отношении Brexit`а, - предполагает он, - сведется к тому, чтобы выбросить в мусорку Чекерс-план и продвигать сделку с ЕС по типу Канады. http://4pera.ru/~Eppuk