Рядом взорвалась граната и повредила прицельные приборы. Пушка вышла из строя. Немцы стали бросать гранаты из всех окон.

22 March 2018

Свои рубежи враг укреплял здесь продолжительное время, превращал в бастион каждую улицу, каждый дом. Сотни дзотов плотным кольцом опоясали город. В подвалах и на чердаках засели пулеметчики и автоматчики.

Перед нашим командованием стал вопрос, как лучше и с наименьшими потерями взять узел сопротивления, уничтожить врага? Направлять на штурм одну пехоту - значило понести огромные потери в людях, обескровить себя и поставить под сомнение успех операции. Герой Советского Союза полковник Дьяконов решил влить в штурмовые группы почти всю артиллерию, вывести ее на улицы города и бить по дзотам и дотам прямой наводкой.

Такое смелое решение основывалось на практическом опыте. Боевые расчеты почти всех орудий уже не раз успешно вели огонь по врагу прямой наводкой. Но это применялось от случая к случаю. Теперь надо было почти все орудия отдать пехоте и с их помощью ворваться в немецкие укрепления.

Конечно приходилось рисковать. А вдруг первая атака захлебнется, и немцы в упор расстреляют артиллерию? Такие замечания возникали при подготовке штурма. Но планы командования строились на всестороннем знании сил и повадок немцев, на учете ошеломляющего действия десятков орудий, стреляющих прямой наводкой

Капитан Алексей Крашенинников, 23-летний командир артдивизиона, тщательно готовил расчеты своих штурмовых орудий. За несколько дней до начала штурма, в своем блиндаже, при свете коптилок он изучал план города, за каким домом можно укрыть орудия, отмечал расположения первых дзотов. Нужно было также решить как тянуть пушки, где хранить снаряды и как их доставлять.

На нашу артиллерийскую подготовку перед штурмом немцы ответили канонадой. И полной неожиданностью для них было появление наших штурмовых групп в сопровождении артиллерии. Как только танковые десанты уцепились за окраины города, в первые переулки на руках были подтащены орудия. Под градом пуль и осколков артиллеристы тянули пушки к домам, быстро разворачивали их и били в упор по немцам. Враг был ошеломлен такой дерзостью и не сразу понял, в чем дело. Между тем артиллеристы отлично, как на ладони видели цели и клали снаряды без промаха.

Воинственный пыл немцев сразу спадал, как только они замечали перед собой наши орудия. Теперь уж нельзя было спастись за каменными стенами подвалов и накатами блиндажей. Все рушилось и взметалось на воздух. Сержант Альбов прямым попаданием снаряда разбил дубовую дверь здания, в котором укрывались немецкие автоматчики и пулеметчики. Наши бойцы ворвались в помещение и перебили отстреливающихся немцев.

Но вскоре враг заметил и слабые стороны артиллеристов. Орудия приходилось тянуть на руках под сильнейшим обстрелом. Пушка - цель большая, ее не пригнешь к земле, не заставишь двигаться быстрой перебежкой. И немцы сосредоточили против артиллеристов усиленный огонь. Надо было обладать колоссальной выдержкой, чтобы идти вперед, а потом хладнокровно устанавливать прицел, подавать снаряды, заряжать орудия и наконец стрелять по врагу.

Немцам все же удалось подбить одно орудие. Это сразу сказалось на действии нашей штурмовой группы. Без артиллерийской поддержки трудно, конечно брать такие солидные укрепления.

- Отнимем орудия у фрицев, - решил старший лейтенант Гурин и вместе с пятью бойцами подполз к немецким огневым позициям. 152-миллиметровая пушка стояла у блиндажа, охраняемого часовым. Оказывается, немецкие артиллеристы только что окончили стрельбу по нашим тылам и теперь отдыхали. Гурин бросил гранату в двери блиндажа и вместе с бойцами ворвался внутрь. Блиндаж имел запасный выход и часть немцев ускользнула в соседнее здание. Гурин подошел к орудию. Рядом взорвалась граната и повредила прицельные приборы. Пушка вышла из строя. Немцы стали бросать гранаты из всех окон. На помощь Гурину подоспел майор Кубанов с несколькими артиллеристами, которые тащили за собой маленькую 45-миллиметровую пушку. Они быстро утихомирили немецких гранатометчиков. Через два часа артиллерийский мастер Ломакин исправил трофейное орудие, а Гурин и лейтенант Косолапов начали стрелять из него прямой наводкой. Прицеливаться правда пришлось по стволу.

Но не только в борьбе с огневыми точками врага отличились артиллеристы. Под вечер немцы бросили на часть города, занятую нашими войсками, свыше 30 бомбардировщиков. Под их прикрытием фашистская пехота перешла в контратаку. Она была встречена картечью. Наши артиллеристы снова били прямой наводкой.