"Ранний снег" Ольги Кожуховой

22.06.2018

Предыстория

На четвёртом году обучения в Литературном институте, я посещала спецкурс Бориса Андреевича Леонова "Великая Отечественная война в русской прозе XX века". Занятия были потрясающими. Леонов - живой и интересный собеседник - шутил и рассказывал разные байки... а иногда вдруг становился серьёзным. В такие моменты в глазах его мелькали слёзы, и он начинал говорить о том, что переживали многие люди того поколения. Кажется в тот момент он рассказывал это не нам, а себе... тому мальчишке, который жил в те страшные военные годы. Он грустил о том, как в Европе относятся к этой победе, рассказывал о книгах, факты в которых подтасованы... а потом он снова становился весёлым, шутил и задавал нам вопросы, не давая отвлекаться на посторонние предметы. Хотя отвлекаться и не хотелось.

Уже на втором занятии Борис Андреевич сказал, что зачёт он нам поставит за хорошо подготовленный доклад. Он назвал несколько десятков авторов, среди которых была и Ольга Кожухова. Я много слышала о ней прежде, но читать её произведения не приходилось, а потому я выбрала её роман "Ранний снег", о котором хочу сегодня рассказать.

Мы победили, но лежат вокруг моих товарищей трупы...

Ольга Константиновна Кожухова родилась в 1922 году. В 1941 году, за два дня до начала войны, 20 июня ей исполнилось 19 лет. Она одна из тех, кто в самую короткую летнюю ночь — с 21-го на 22 июня — кружился на школьном выпускном балу в сорок первом. Зачисленная на филологический факультет Воронежского университета без экзаменов (золотая медаль), студенткой стать отказалась.

"Прихожу — вижу себя в списке принятых, а рядом объявление: набор на курсы медсестёр. Что было раздумывать: война…"

И она пошла на курсы медсестёр, на долгие годы отказавшись от своей мечты, а потом санитаркой на фронт. Дошла до Берлина. Два ордена, пять медалей. Контузии, ранение в лицо, отчего всю последующую жизнь она была вынуждена фотографироваться лишь в профиль.

Печаталась Ольга Кожухова ещё до войны. С 1938 года её стихи и очерки публиковались в альманахе "Литературный Воронеж", в воронежских газетах.

В романе "Ранний снег" Ольга Кожухова пишет о войне, о горе, о людях, окружавших её в военные годы. Главной задачей писательницы было стремление сохранить исторически верно звучание времени, так и не ушедшем в прошлое для многих людей военных и послевоенных лет.

Повествование в первой главе ведётся от лица главной героини, во многом схожей с самой писательницей и по судьбе, и по характеру.

Эпилогом к своему роману Ольга Константиновна Кожухова берёт слова Гейне, которые сразу окунают читателя в атмосферу отчаяния:

Вокруг меня лежат

Моих товарищей трупы

Но – победили мы

Мы победили

Но лежат вокруг

Моих товарищей трупы

Роман о войне. Но начинается он не с фронта, не с начала войны и даже не со Дня Победы. История начинается тогда, когда прошло уже много лет с 9 мая 1945 года.

Телефонный звонок… страшная новость… Именно с первой главы мы знакомимся с героинями романа: Шурой Углянцевой, Женей Мамоновой и Марьяной Поповой – полковыми медсёстрами, узнаём об их жизни, о военном братстве, о том, что не всё и не всегда было гладко между фронтовыми подругами, которые и являются главными героинями романа. По нескольким фразам становится ясно, что между Шурой и Женькой были какие-то недомолвки, нечто неприятное, что до поры до времени скрывается автором.

Уже начало романа погружает в тоску и отчаянье. Лейкемия – болезнь, от которой не вылечиться. Сделать это даже сейчас почти невозможно, а в годы, о которых идёт речь, было невозможно тем более, но вдруг?..

Человеческая трагедия эта отбрасывает главную героиню назад, в те страшные годы, когда мало кто думал о себе, когда вся аудитория, обучавшихся на курсе медсестёр встала, чтобы сдать кровь для раненых.

"Честно сказать: ненавижу всякое стояние в очередях. За хлебом. За керосином. За картошкой. На троллейбус. В кино. В этом есть что-то унижающее человеческое достоинство. Но тогда, в сорок первом, я гордилась той длинной, нескончаемой очередью на донорский пункт".

В мирное время она вспоминает о том, что было на войне, рисует страшные картины, которые ей самой пришлось видеть. От этих самых картин хочется выть, зарывшись поглубже, чтобы никто не слышал. Страшно представить женщину, умершую под пытками, страшно, но так было, и трудно стереть это из памяти тех, кто стал свидетелем этого зверства. Не забыла об этом и главная героиня. Произведение, по сути, и построено на этой памяти, а потому интересно и читается легко, на одном дыхании.

В романе много рассуждений о человеческой памяти, об эгоизме человеческом, о том, что происходит, когда трусость и желание жить хорошо становятся главной силой в душе человека. С грустью рассуждает героиня о том, что гибнут люди из-за того, что кто-то бережёт себя, а не того, кто рядом:

"Человек на войне погибает от пули. Но не пуля причина его гибели. Причина его смерти всегда одна: кто-то очень себя берёг".

Мирная жизнь сталкивается в романе Кожуховой с воспоминаниями о войне, снова и снова переплетается с её рассуждениями: вот видит она молодую парочку, и думает, смогли бы они пойти на войну? С парнем всё понятно, а вот с девушкой, что на шпильках? Хватит ли ей сердца? Понятен, безусловно, понятен этот вопрос. Конечно, героиня, прошедшая сквозь огонь войны, имеет право его задавать, но всё же… всё же… так и хочется ответить: "Да почему же нет-то?!". Вспомнилось стихотворение Друниной "Два вечера", и стало немного обидно за эту незнакомую девушку, за "египетскую царицу".

Во второй главе повествование ведётся уже от третьего лица. Мы видим войну в реальном времени, и лишь иногда откидывает читателей назад, в мирное прошлое, в былые мечты и надежды, о которых многим пришлось забыть. Описывается военный быт, рассказывается о военном Петрякове. Он вспоминает, какой казалось ему война до военных лет, и мы видим, как изменилось с тех пор его мнение.

"Когда-то война рисовалась Петрякову существом довольно порядочным: вот это можно делать на войне, а этого нельзя, не полагается. Нельзя, например, убивать стариков и детей. Или женщину. Или пленного. Нельзя бросать бомбы на лазареты, тем более если на их крышах отчетливо прорисован большой красный крест. Но то, что он увидел там, на западе, оказалось ни на что не похожим. Теперь Петрякову представлялось: мир треснул по швам, а люди - на грани безумия. Словно болт в гигантской машине сорвался с нарезки - и вот бешено крутится огромное чёрное колесо, дробя и ломая всё, что встретится на пути: дерево так дерево, город так город, женщину так женщину!"

Война представлялась ему иначе. Но война показала чёрную свою сторону, стало понятно: быстрой победы ждать не придётся, за неё следует биться.

В третьей главе снова ведётся повествование от первого лица. От лица главной героини. (Такое чередование будет тянуться прочной, не обрывающейся нитью сквозь весь роман, именно на чередовании строится произведение, в шестой главе две сюжетные линии крепко сплетутся меж собой).

Из третьей главы читатель узнаёт, как проходили курсы, лучше знакомится с героинями. Пожалуй, самая человечная и лёгкая на подъём среди девчонок, для меня во всяком случае, Марьяна, которая по мнению Женьки и Шуры относится к войне несерьёзно, но всё-таки приятно осознавать, что к старому профессору относится она благосклонно. Меня тронул момент, когда профессор, в очередной раз опоздавший, достал из-за кафедры букетик фиалок и сунул в петлицу, вызывая несколько ехидный смех у девчонок, Марьяна вступилась за него, за что получила укор от Шуры:

- Лысый чёрт! Небось сам приносит в портфеле эти цветы, а потом здесь раскланивается. Как ты думаешь, кто ему кладёт? Неужели есть дуры?

- А что ж... Конечно, есть, - говорит вдруг беспечно Марьяна. - Честно сказать: кладу я.

- Ты?..- У Женьки округляются её неправдоподобные, похожие на два чёрных махровых цветка глаза. Она хлопает ресницами.- Не понимаю. Зачем? Старику?!

- Так, ни зачем! - отвечает Марьяна.- Посмотреть, что из этого выйдет. Ты же видишь: ему приятно. А мне весело. И потом... не вечно ж ему болтать о касторке!

- Убей меня бог, не понимаю! - говорю, в свою очередь, я.

- Ну, есть люди, которые и дважды два не понимают... Они только стесняются об этом говорить вслух!

Мы с Женькой молча пожимаем плечами. К войне мы относимся очень серьёзно: как к войне. Не то что Марьяна.

Несерьёзность – не уверена. Работа сердца - скорее всего. Именно Марьяна видится мне яркой звёздочкой в ночи. И именно она "не воспринимающая войну всерьёз" покажет себя на войне. Сделает всё, что только возможно, ради приближения победы. Но это всё потом, а сейчас главная героиня Шура Углянцева вспоминает, как приходилось работать над собой.

Работа на преодоление – вот что важно в любом деле. И каждая страница военной жизни – как раз та самая работа. Первое, что пришлось преодолеть главной героине – отвращение к больному, к неприятному гниющему запаху. Избавиться от показного милосердия, которое, видно, как ни скрывай. От этого стыдно и горько, но если выбрал путь, следует идти до конца. Для героини ещё в начале войны было важно показать, на что она годна. Есть тут некоторая перекличка с "Преступлением и наказанием" Достоевского. Но только если для того, чтобы проверить стоит ли он хоть что-нибудь Раскольников убивает людей, в мирное время… Лизавету совсем ни за что…то Шуре приходится преодолевать себя, она выбирает путь самопожертвования, самоконтроля. Трудно быть милосердным в годы войны… да и нужно ли оно? Вот о чём думает героиня, впервые приближаясь к больному.

"…Какое тут, к черту, милосердие, когда там, на западе, всё завязалось железным узлом и ещё неизвестно, чем это кончится! Когда не весёлость нужна людям, не соплливенькая доброта, а жестокость, жестокость и ещё раз жестокость!.. Одна лишь жестокость и месть до последней капли крови! Разве это не ясно?!"

Но нужно, нужно милосердие и в военное время. И вот сигнал тревоги. Одна хрупкая девушка и сорок умоляющих о помощи глаз. Один должен помочь сорока… На выручку приходит Женька, и Шура замечает, что истинное милосердие в поддержке товарища.

И вот прощание с городом и довоенное воспоминание. Вечная параллель меж мирным временем и войной. Войной, от памяти о которой так хочется уйти, но настолько невозможно…

Воспоминания не дают покоя, и вот вспоминает Шура Углянцева разговор с сослуживцами. Читая, делаешь ещё одно открытие: не важно тихий человек или открытый, храбрый или нет… важно не это. Важно что-то внутреннее… любовь к Родине? Сердце?.. Пожалуй, да. В трудной ситуации и тихий человек может показать себя борцом:

"Да, а когда мы уходили, нам в спину стреляли <…> Я удивляюсь: такая застенчивая, с голубыми глазами, тихая Оля - и против кулачья и могущественных ксендзов".

Снова санбат, начальником которого является Петряков. На фортепьяно играет белокурая девушка, искусно играет, несмотря на то, что отбой уже был. Но какая разница, ведь ей так редко удаётся это в дни войны. В этой девушке читатель узнаёт Марьяну, ту самую, что "дарила" фиалки старому профессору. Кажется, мало что изменилось в ней. Это она пришла в дождливую ночь тогда, это глядя на неё Петряков подумал: "Бедовая". Семнадцатилетняя Марьяна Попова. Всё не по уставу: музыка после отбоя, "Спокойной ночи" - тихое, но лучистое - не по уставу. Но в военные годы так необходимо, чтобы хоть капелька тепла из того, мирного, времени пробивалась сквозь чёрные тучи войны.

Но тяжело. С каждым днём всё тяжелее и тяжелее. Серые дни тянутся один за другим, и, кажется, не будет им уже конца. Редкие письма, редкие просветы. Настолько редкие, что страшно представить, страшно дышать.

Воспоминания: в мирное время о войне, в военное о мире. Война – страшное время, время испытаний, которых так жаждала в юности Шура Углянцева. И получила. Но получить - одно, а пройти с честью - другое. И это ей удалось: "Я войне благодарна: война меня сделала человеком", - пишет героиня романа.

Много встречалось на её пути людей хороших и не очень, много горестей пришлось вынести ей, но она научилась любить, научилась бороться со своими страхами, помнить, что не одна она на свете, хотя каждый из нас индивидуальность, -- многому… но самое главное, чему научила война: НЕНАВИДЕТЬ.

"Человек становится взрослым не тогда, когда ему выдали паспорт или аттестат зрелости. И не тогда, когда он в первый раз начинает любить. А тогда, когда он в первый раз всерьёз ненавидит".

Война сделала юношей и девушек, многие из которых были младше нас, взрослыми, взрослыми именно в том смысле, какое несёт в себе фраза Александры Углянцевой.

Но это всё - лишь начало, самое начало. А потом 30 ноября сорок первого года. Три ночи. Пустой вокзал. И война. Страшная, долгая война, где нередко сердце важнее, чем разум. Но страшно, страшно, когда сделать ничего нельзя, а мать, потерявшая ребёнка, не верит, что он умер, ей кажется, что он жив и медицинские работники по очереди смотрят малыша, который уже давно мёртв! Но матери кажется, что он жив, и сдают нервы, и невозможно, невозможно уже что-либо сделать! И страшно слышать ноющее "Сестра-а-а-а!" ещё страшнее просьбу о воде, и понимание, что нельзя пить – будет только хуже, и уговаривать уснуть, уснуть, когда это невозможно.

Ещё страшнее хоронить товарищей. Знать, что они живы лишь в твоей памяти.

Но и здесь, на фронте, есть свет, есть тепло, редкий праздник, простой человеческий быт, такие редкие моменты счастья. Новый год, мороженное из сгущёнки и талого снега, стихи…

И снова война, боль - осколки воспоминаний складываются в общую картину. Картину горя, смерти, отчаянья… и горького предательства? Да. Только в третьей части удаётся узнать читателю о том, что случилось меж двумя подругами Женькой и Шурой. Дружба дружбой, а когда дело касается любви… и что-то хрустнуло, сломалось. Но война продолжается. Страшная, безжалостная война. Но вместе с ней приходит и вторая любовь - настоящее счастье, когда не думаешь о том, что будет. Ошибка или нет. Просто счастлив и всё.

И вот конец войне. Долгожданный конец, и возвращение в родной город. И встреча с Женькой. Той самой, что вышла замуж за любимого человека лучшей подруги.

Недавно я услышала от своей знакомой «бывшая лучшая подруга». Фраза порезала слух, но, читая произведение, я ненароком подумала, что фраза эта подходит как нельзя лучше. Врагом она навряд ли стала, много было хорошего. Но и плохого, гадкого было не мало. Оттого и захотелось крикнуть вслед какую-нибудь гадость, но сдержалась, не крикнула. Да и не стала бы вспоминать Александра Углянцева обо всём этом, если бы не звонок Марьяны, если бы не эта встреча в больнице, если бы не страшная болезнь.

И вот Марьяна, светлая, добрая, какой всегда была она, которая, кажется, мало изменилась с тех пор, сидит перед Шурой с букетом цветов и рассказывает о Женьке, о серьёзной операции, которая ей предстоит: пересадка костного мозга. Тогда это только-только начиналось... но решиться на разговор не так просто, как может показаться, но наконец, Марьяна просит о том, чего просто не ожидаешь: о встрече с Борисом Баниным, тем самым, которого так любила Шура, который предал её, а теперь планирует разводиться с Женькой. Согласится или нет? Напряжение повисает. Кажется, что ничего не выйдет. Шура – железо. Не согласится. Но вдруг:

"Ладно, успокойся. Я сделаю. Только не ради Женьки. И не ради тебя. Если я когда-нибудь это и сделаю, то только ради Мити Шубарова, в его светлую память. Это он хотел воспитать из меня человека".

Что несёт в себе роман Ольги Константиновны Кожуховой "Ранний снег"?.. Мне кажется, в первую очередь многозначность слова Человек. Да, в каждой части, в каждой главе, в каждой подглавке автор рассказывает о Человеке на войне. Не о медсёстрах, нет, не о санбате… а о Человеке. Так что же главное в Человеке? Сила воли, храбрость, доброта и ненависть? Что? Это всё – безусловно. Война учила людей быть людьми, война служила рентгеном, на котором видна вся гниль человеческой души. Но всё же главное, что отличает настоящего человека – умение прощать, которому трудно научиться на войне, которое приходит лишь со временем, потом… не во время войны.

Женька умерла. Умерла, несмотря на все старания докторов. Умерла во имя того, чтобы не было новой войны. Но от этого навряд ли станет легче. Нет, автор не дарит пустых надежд. Но где-то внутри всё же таился огонёк, погасший в последних строках романа.

P.S

Здесь я не буду просить вас ставить лайки, если понравилось, то поставите и без просьб, но я прошу помнить о войне не только в День памяти и скорби. Я прошу сохранить память о тех, кто воевал на фронтах нашей Родины, помнить о тех, кто остался на полях сражений, помнить о цене победы.