Любовь Картохи.

29.03.2018

#шухаревка

Часть 3.

О том, что Картоха связался с малолеткой, Квадратному Человеку сообщила Люсяра – тридцать пять лет, два развода, трое детей, сожительство с бывшим милиционером Колькой и умение комфортно существовать в своем более чем сомнительном даже по поселковым меркам социальном статусе. При обычных обстоятельствах Люсяра ни в жизнь не решилась бы заговорить с Квадратным Человеком. Но «миллионщица драная» сама нарвалась – брезгливо отодвинула от Люсяриного сына Вадика коробку с только что купленным тортом и пробурчала дежурную рекомендацию следить за своими щенками.

У Люсяры был трудный день, поэтому завелась она с полоборота.

- За мужем своим следи! – огрызнулась она и с типично материнской последовательностью отвесила Вадику подзатыльник.

Опять-таки. При обычных обстоятельствах Квадратный Человек не обратила бы внимания на гавканье Люсяры – расстояние между ними на социальной лестнице измерялось парсеками. Но в доносящемся со дна жизни шипении Люсяры Квадратный Человек уловила злорадство и презрение, что в сочетании со словом «муж» звучало более чем настораживающе.

- А тебе что до моего мужа? – рявкнула Квадратный Человек. – За своим следи!

Партии в этой опере были расписаны еще современником Петра Ильича Чайковского.

- А ты моего не трогай, мой у меня под боком!

- Ну а как же. Там, под боком, и пьет, как скот воду?

Это был удар ниже пояса, но Квадратный Человек и не собиралась длить схватку. Присмотреться к противнику, нокаутировать и уйти под восторженный рев зрителей – вот такой был стиль у Квадратного Человека. Но на этот раз ей не повезло. На этот раз Люсяре было чем ответить.

- Да пусть хоть вкрай сопьется, - спокойно сказала она. – А зато по блядям не ходит.

Квадратный Человек покачнулась, но на ногах устояла.

- Не зовут – вот и не ходит, - парировала она. - А жил бы Колька с кем поприличней…

Люсяра демонически расхохоталась.

- Ну вот ты и поживешь за меня! Младшую жену-то вместе выбирали? Или тебя теперь не спрашивают? Паранджу-то купила? А то я тебе тряпку дам, у меня есть, как раз на харю твою квадратную.

Это был удар из тех, что отбрасывают на канаты и заставляют выплевывать на ковер зубы.

- Нищебродие, - сказала Квадратный Человек. Так боксер, потерявший ориентацию в пространстве, продолжает рефлекторно наносить удары по противнику, который уже поливает шампанским пояс чемпиона. - Сама дура, мужик рвань, дети дебилы.

- Пошла нахуй, - легко ответила Люсяра. За детей, конечно, следовало бы патлы выдрать, но простое бабское сочувствие перевесило материнские чувства, не такие уж, кстати, оскорбленные - Люсяра и сама знала, что отпрыски ее не гении.

Квадратный Человек была потрясена. Не тем фактом, что Картоха ей изменяет - это было неприятно, но вполне обыденно. В замкнутом поселковом мирке измены, вторые, третьи и четвертые браки не считались чем-то из ряда вон: надо же людям как-то развлекаться. Устои квадратного существования пошатнуло предположение о Картохином вероотступничестве. Квадратный Человек предполагала, что Рамал попытается наложить лапу на картохины деньги. Но ему, басурману, оказалась нужна картохина душа.

- Муслим проклятый, - бормотала Квадратный Человек, яростно вонзая белые шпильки в крошащийся от времени асфальт. - Вторую жену, как же. Ты у меня кровью умоешься, а не вторую жену!

Придя домой, Квадратный Человек накормила детей обедом - да, у Картохи были дети, две штуки, обычные и здоровые настолько, что до сих пор сливались с тканью повествования. Потом постирала, вылизала квартиру, приготовила ужин - и рухнула в кресло. Собственно, усталость Квадратного Человека не была чем-то необычным. Так жили все поселковые женщины: работа, дом, дети, муж. Квадратный Человек, родившаяся и выросшая в Поселке, прекрасно понимала, что деньги ничего не изменят: переехав в дом "с мансардом" и купив стиралку помощнее, она все равно будет мыть, скрести и вылизывать. И даже шесть пар белых сапог в шкафу, пардон, в "гардеробне", не избавят ее вечной, неизбывной усталости. Нанять домработницу невозможно, немыслимо. Правила жизни в Поселке не предусматривали такой опции: наличие прислуги мгновенно поставило бы Квадратного Человека вне закона.

И тогда Квадратный Человек заплакала. Ей стало ужасно жалко себя. Она столько всего делала: замуж вышла, дважды родила, тянула на себе семью, когда Картоха сидел без работы. Стирала-убирала-готовила. Не спала по ночам, мастеря детям новогодние костюмы - чтоб не хуже, чем у людей. И вот чем все кончилось. Картоха захотел молоденькую.

Квадратный Человек представила, как муж с этой молоденькой... и вспомнила, что ее, родную жену, Картоха уже давно даже по имени не звал. Пинком отбросив белые сапоги, Квадратный Человек впрыгнула в калоши и помчалась к матери.

- Какую жену? – опешила мать. – Ты чего буробишь?

- Вторуууююю! – проревела Квадратный Человек в кухонное полотенце. – Молодууууюююю!

- А нечего было за гармониста выходить! – с прямотой, достойной председателевой жены, отрезала мать.

Но дочку свою она, хоть и осуждала молчаливо за страсть к красивой жизни, все-таки любила. Поэтому собралась и пошла к Вальке Дристухе, которая имела в Шухаревке родню и, несомненно, являлась автором чудовищной сплетни – кто еще, больше некому.

Через полчаса Квадратный Человек получила информацию из вторых рук – «первыми» была двоюрОдная сестра Вальки Серафима, обитавшая в Шухаревке. Информация оказалась жуткая: Картоха пал жертвой преступной страсти к малолетней Наталье Ефремовой, чье будущее Серафима определила одним словом - «трасса».

- Проститутка, - отрывисто сказала мать. – Шалава. Мать померла, отец пьет. Пятнадцать лет ей.

Квадратный Человек взвыла.

- Наташка уже раззвонила, что вот-вот распишутся. А познакомил их Рамал, падла проклятущая. Говорила я тебе, не пускай мужа, добром не кончится.

- Еще что? – прервав рыдания, спросила Квадратный Человек.

- Кольца, Валька говорит, купил. Золотые.

Кольца Квадратного Человека добили. Она свое обручальное покупала сама.

- Доча, надо что-то делать, - осторожно сказала мать. – Стыдно ведь.

И тут у Квадратного Человека что-то словно щелкнуло внутри. Она вытерла слезы и пугающе спокойно ответила:

- А мне не стыдно. Это не я проститутку к детям тащу.

- Выгонишь?

- Не выгоню.

Мать представила, как будет жить с Квадратным Человеком под одной крышей и содрогнулась. Белые сапоги. Дети – не оставишь же их в одном доме с непутевым папашей. Шум, бардак… С другой стороны, родная ж дочь. Внуки.

- Комнату надо прибрать. Детям пока раскладушку, а там посмотрим…

- Что ты, мама, - недобро рассмеялась Квадратный Человек. – Я из своей квартиры только в новый дом перееду.

- Так это когда будет! Там фундамент только!

- А мне спешить некуда. Пусть приводит свою…

Тут Квадратный Человек запнулась, потому что посетившая ее мысль казалась дикой даже ей.

- Пусть приводит вторую. Я не против. Я даже очень рада. Запрягу ее, а сама поживу барыней. В черном теле буду держать. Пахать заставлю.

Мать, до которой еще не вполне дошел смысл того, что говорит Квадратный Человек, хотела было сказать, что Картоха-то не больно пашет.

- Видела, у Рамала с Гретой какая-то Оля живет? Лет четырнадцать ей что ли. Тихая, в платочке. Ковры выбивает. Грету боится – жуть. По хозяйству все делает, а вякнуть боится. Перед Новым годом они ее притащили откуда-то из своих краев.

Глаза Квадратного Человека сверкали. Дикая идея определенно начала ей нравиться.

- Доча, ты совсем того? – ужаснулась мать.

- Время, мама, теперь такое, - строго сказала Квадратный Человек. – Поговорю с Гретой. Спрошу, как она свою Олю дрессирует.

Мать прекрасно знала, что удержать Квадратного Человека от воплощения даже самой идиотской затеи – дело гиблое. Поэтому она смотрела в окно, как дочь шагает в сторону рамалова дома, и думала про ненавистного зятя сакраментальное «Лучше б он пил».

Будучи существом чрезвычайно организованным, до дороге к Грете Квадратный Человек мысленно составляла список вопросов. Первым делом узнать, должна ли она, старшая, стало быть, жена, принять ислам. Хорошо бы, конечно, как-то от этого отбрехаться. За деньги-то, наверно, можно. Потом, деликатно выспросить, как у них, у мусульман, все это устроено: кто где спит, сколько раз и вообще. Ну и главное: гонять младшую, как сидорову козу. Чтоб боялась и уважала. Это уже не в смысле вопроса, а собственно как гонять – Квадратного Человека интересовала метода.

Дверь открыла та самая Оля. Квадратный Человек впервые посмотрела на нее с интересом: хорошенькая, худенькая, глазки заплаканные. Это хорошо. Может Грета ей накостыляла? Может, проштрафилась младшенькая-то?

Сама Грета, шумная и взмыленная, орудовала на кухне. Не скрывая удивления – раньше они почти не общались – усадила Квадратного Человека за стол, велела Оле сделать чаю.

- У меня к тебе, Грета, такое дело, - начала Квадратный Человек. – Личное дело.

- Иди, Оля, - махнула рукой Грета. – Поиграй с Султанчиком.

Султанчику было три, и такого ребенка Квадратный Человек пожелала бы злейшему врагу. Выходит, Оля еще и с детьми сидит.

- А давно Рамал женился?

- Артурчику семнадцать… Значит, восемнадцать лет назад.

- Нет, на Оле он давно женился?

Грета подавилась чаем.

- Я ведь не из любопытства спрашиваю, - заторопилась Квадратный Человек. – Мне для дела надо.

- Какое блядь дело? – взревела Грета. – Ты откуда решила, что мой муж с Олей…

- Грета, я ведь понимаю, это ваши обычаи…

- Какие блядь обычаи??

- Вторая жена… - пискнула Квадратный Человек.

- Да это сестры моей из Дербента дочка! – заорала Грета. – Учиться в области будет! Ты чего говоришь-то?

- А чего тогда твой Рамал моего вторую жену взять подбивает? – тоже заорала Квадратный Человек. – Проститутку свою ему подсовывает!

Глаза Греты сузились и заискрились, как конец подожженного бикфордова шнура.

- Это какую еще «свою проститутку»? – тихо и жутко спросила она. – Мой муж по проституткам ходит??

Каким-то участком мозга Квадратный Человек поняла, что делает что-то не то. Но молчать не могла.

- И сам ходит, и моего водит, - сказала она и выложила все, что удалось узнать про Наташу и оргии в березовском доме Рамала.

- На рыбалку, значит, ездит, - прошипела Грета и тихо, но яростно заругалась на непонятном языке.

Меньше всего она сейчас походила на покорную мусульманскую жену. И то сказать, всю жизнь в Центральном Черноземье прожила. Кранты Рамалу, отстраненно подумала Квадратный Человек.

Домой она шла в полном опустошении – моральном, умственном и физическом. Она ничего не понимала. Ведь кольца-то куплены, стало быть, и правда вот-вот распишутся. А как распишутся, если развода еще нет? Выходит, жениться Картоха не может, а скорее всего и не хочет, так жить будет. А как? Деньги-то все у нее, у Квадратного Человека. Где на кольца-то взял… У дружков своих новых что ли одолжил…

Картоха был дома. Сидел на диване и тупо смотрел в пространство. Квадратный Человек села рядом.

- Я согласна, - сказала она через длинную мучительную паузу. – Приводи. Грета не Грета, будем все вместе жить.

Картоху подбросило.

- Слухами земля полнится, - печально улыбнулась Квадратный Человек. – Доложили уже. Обидно от чужих людей узнавать.

- Что узнавать? – отвел глаза Картоха.

- Что у нас теперь все по-другому будет. Две жены…

- Да ты пьяная, что ли? – обалдел Картоха. – Я развестись думал! Развестись по-людски, поняла?

- А откуда вся область про вторую жену знает? Мне вон паранджу уже предлагают!

- Да почем я знаю! Мало ли дураков! – сказал Картоха. Подумал, посмотрел на жену и добавил: - И дур.

Через полчаса Квадратный Человек, которой все события дня стали казаться кошмарным сном, набралась смелости и спросила:

- Ну и когда разводиться?

- Никогда, - отрезал Картоха.

- Разлюбил? – не без намека на ехидство поинтересовалась Квадратный Человек.

- Ушла, - Картоха тоскливо вздохнул. – Я тебе сам скажу. А то завтра тебе навешают, что я ее убил. И закопал.

Не вдаваясь в детали своих коротких отношений с Наташей, Картоха сообщил следующее: да, жениться думал. Нет, до койки не дошло. Кольца купил. Домик в Шухаревке присматривал – все правда. А потом Наташа уехала. Отец сказал, спросила, где ломбард, уехала в район и больше не возвращалась.

- Так в милицию надо! – испугалась Квадратный Человек. – Она ж несовершеннолетняя, вдруг случилось что.

Картоха поднял на жену больные глаза и вдруг вспомнил ее в школьной форме. С белым воротничком. С грудью, которая появилась у нее раньше всех, и на которую заглядывались старшеклассники, а он, Картоха, неумело ревновал. Квадратный Человек была рядом с ним двадцать лет. И сейчас она тоже была рядом.

- В милицию, говорю, ходили, сволочи? – рявкнула Квадратный Человек. – Ее ж искать надо!

- Не надо искать, - сказал Картоха. – Ее на трассе видели. Стоит она там. Сапоги у нее такие, до колена…

- Ботфорты, - машинально подсказала Квадратный Человек.

- Юбка короткая. Наверно, кольца продала. Дурак я, Лена. Прости меня.

Квадратный Человек хотела улыбнуться, но побоялась заплакать. Поэтому она стиснула челюсти и сквозь зубы проворчала:

- Дурак дураком! Обедать будешь? Курица есть. А не хочешь жрать, так и скажи, нечего мне тут.

PS Через год Картоха все-таки развелся с женой. Он несколько раз пытался вытащить Наташу с трассы, стал много пить и в конце концов повесился в лесу неподалеку от Березовки. Поговаривали, что помер Картоха не по своей воле, а убили его Наташины дружки.