Таблетка

Прозвенел звонок, и ученики вечерней школы имени Кеннеди, шумной толпой повалили из кабинетов.
Генри с кислым лицом торопливо положил тетрадь с учебником в ранец. Он снова получил двойку. Как назло именно его, учительница математики миссис Томпсон вызвала к доске для проверки домашнего задания. Генри вряд ли можно было отнести к категории тупоголовых двоечников, коими буквально кишело учебное заведение, скорее к тем, кто иногда проявляет чрезвычайную лень. Подобный пассивный период в жизни Генри приходил нечасто, а когда он проходил, то его вновь с головой захватывала учеба и более-менее примерное поведение.
Не прощаясь с преподавателем, Генри выскользнул из класса и неожиданно перед ним возник Бэн Уиллард.
- Я заметил, твое настроение оставляет желать лучшего. Хочешь избавиться от проблем, тоски и депрессии? – спросил с улыбкой он.
- Да конечно если ты тот волшебный джин из бутылки, - усмехнулся Генри.
- Брось, я серьезно, у меня кое-что есть, дам попробовать, обещаю, это точно приведет к эйфории и такому удивительному счастью, которое ты никогда не испытывал.
- А я понял, ты хочешь пихнуть мне «экстази»? Не выйдет, я тебе не наркоман какой-нибудь.
- Да при чем тут наркомания? Эта штучка в корне отличается от всей этой дряни. Знаешь, если честно, она не страшнее сигареты, выкуришь один раз и все, если только сам не захочешь. Чтобы тебя убедить в этом, я скажу даже то, что эту пилюльку используют в медицинских целях, по моему для анестезии или вроде того.
- Скажи честно, ты просто хочешь на мне бабки сделать.
- Хватит уже, я тебе что, барыга какой-нибудь?
- Ладно, извини, ну, чего стоит?
- Тебе как другу всего за двадцать баксов две отдам.
- Что, смеешься что ли?
- А что?
- Мне одной хватит.
- Слушай фишку, продашь кому-нибудь, и получится что бесплатно, пихни за ту же двадцатку, считай халява.
- Ну если, она не страшнее сигареты, то пожалуй стоит попробовать. - Генри протянул хрустящую купюру другу. Выхватив деньги, Бэн оглядевшись по сторонам, сунул ему в карман что-то завернутое в фольгу.
- Вот, наслаждайся, - сказал он и с довольной улыбкой похлопал Генри по плечу. - Но предупрежу, сразу не глотай, а положи под язык.
- Хорошо, учтем. Ну, я побежал, увидимся еще.
С этими словами Генри сбежал по лестнице и устремился к выходу.

Потемнело. Печально горели уличные фонари, прохожие торопливо шли по тротуару, мимо с привычным ревом пролетали автомобили.
Домой Генри шел неохотно, полученная двойка и табель об успеваемости с низкими отметками тяжким грузом лежал на его душе. Мысль о том, что отец снова будет упрекать его и винить во всех бедах, начиная от распятия Христа и заканчивая гибелью Всемирного торгового центра 11 сентября 2001 изрядно трепала нервы.
Мать, вечно подстраивающаяся под отца, никогда не защищала его, а наоборот поддерживала, тем самым, усугубляя положение для Генри.
Об идиотке сестре, следовало начать отдельный разговор. Будучи младше его на год, она вела себя так, как будто все было наоборот. При удобном случае она умела задеть за живое и как следует съязвить. Маленькая бестия постоянно встревала там, где ее дело никак не касалось. Порой приходили дерзкие мысли, о том чтобы хоть как-нибудь наказать ненавистную Хелен, но взяв себя в руки, он отгонял их прочь. А все-таки, жизнь без нее, наверное казалась бы сказкой.
Генри подошел к дому, который был так близок для него и одновременно чужд. Постояв некоторое время, он вспомнил про «устранитель тоски и депрессии» по версии Бэна.
Развернув фольгу, он взял одну из таблеток и долго не думая, проглотил, забыв о заветном совете товарища держать ее под языком.
Встрепенувшись, он позвонил. Тишина. Он взглянул на окна, занавешенные шторами, которые едва пропускали свет.
«Странно, - подумал он,- ведь сейчас все должны быть дома».
Он пошарил по карманам в поисках ключей. Но тут дверь распахнулась и перед его взором оказалась младшая сестра Хелен.
- А остолоп, это всего лишь ты, - пренебрежительно сказала она.
- Ну да, а ты наверное, ждала Санта Клауса? Извини, в середине июля он не приходит, и кстати таких как ты вообще вычеркивает из списка.
Вместо ответа Хелен злобно покосилась на него и развернувшись исчезла в кухне. Закрыв за собой дверь, Генри последовал за сестрой.
Родители уже начали привычную вечернюю трапезу.
- Присаживайся сынок, ты как раз вовремя, - пригласил отец.
- Сейчас, только сниму ранец, - ответил Генри.

За столом царило молчание, лишь Генри звонко размешивал кофе.
- Ты можешь не бренчать? Или для тебя составляет огромные усилия не производить шума? – сказал прищурив глаза отец.
Когда Генри отложил ложку, он продолжил:
- Кстати, расскажи о своей учебе, есть оценки?
- С учебой все в порядке, а оценок я еще не получал.
- Не смей мне врать дармоед, перед твоим приходом звонила миссис Томпсон, она весьма недовольна тобой. Я все понять не могу, как ты умудряешься так хреново учиться? Ты что, тупой?
- Сынок, посмотри на свою сестру, - в процесс гнобения вступила мать. - Она учится в нормальной школе, отличница, активистка, капитан группы поддержки. Тебе не приходило в голову кем ты можешь стать, когда станешь самостоятельным? Быть может банкиром, программистом или журналистом, ну уж точно не тем, который доедает остатки пищи в мусорном баке. Верно?
- Да мам.
Хелен хихикнула. Генри посмотрел на нее – еще один повод ненавидеть сестру. В ее глазах четко и отчетливо читалось превосходство.
Отец вновь заговорил. Только теперь его голос звучал грозно, казалось, он рикошетит о стены с каждым произнесенным словом.
- В общем, сделаем так, я лишаю тебя карманных денег, компьютера и свободного времени. Никаких друзей, знакомых, девчонок. Все свое время ты будешь проводить с репетитором. Ты понял?
Генри молчал, ему совсем не понравился тон отца, а лишение всех благ являлось для него смерти подобно. В голову закралась мысль, которая возможно могла бы стать выходом из столь затруднительного положения. Недолго думая Генри зажал в руке кухонный нож и резким движением вонзил блеснувшее лезвие в отца. Удар пришелся прямо в сердце.
Мать и сестра оглушительно закричали. Глазами полными ужаса они смотрели на Генри.
- Заткнитесь подлые сучки, вы мне всю жизнь испортили, - зашипел он и взмахнув ножом полоснул мать по горлу. Он с блеском в глазах и дикой ухмылкой, наблюдал за тем, как она ловит ртом воздух в конвульсиях до тех пор, пока бездыханное тело не рухнуло на пол.
Сестра, видимо очнувшись от шока, сломя голову побежала в сторону выхода, но нога предательски зацепилась за край паласа и она упала, ударившись головой об угол стола. Генри спокойно подошел к истекающей кровью Хелен и схватив ее за волосы, ударил кулаком в переносицу. Затем он затащил рыдающую сестру в ванную и открыл краны. Хелен не сопротивлялась, обессиленная она лишь кряхтела, словно старушка, поднимающаяся в гору. Когда ванна наполнилась, Генри опустил голову сестры в воду.

Покончив с Хелен, Генри вышел из ванны, прикрыв дверь.
Спустя несколько секунд он с ужасом осознал произошедшее. Вопросы посыпались на него леонидовым дождем. Что на него нашло? Что он натворил? Куда деть тела? Как все это объяснить полиции? Но было слишком поздно, о чем-либо сожалеть. Оставалось лишь думать. В попытке отвлечься, он сел на диван и щелкнув пультом, включил телевизор. Пробежался по каналам, остановился на «эм-ти-ви», где черный рэпер X-Zibit прокачивал очередную развалину, смутно напоминающую автомобиль.
Внезапно изображение исчезло, а вместе с ним пропал свет. Затем раздался шорох. Едва различимый, но шорох. Он растерянно огляделся, глаза еще не привыкли к темноте, но он с уверенностью мог сказать, что звук доносился со стороны кухни. Он прислушался. Что это могло быть? Обнаглевшая крыса в поисках пищи или стук веток по стеклу? Вновь этот шорох.
Генри на ощупь направился к кухне. По мере приближения шорох становился все отчетливее и громче, с какой-то невообразимой закономерностью слаживаясь в определенный мотив. Когда он коснулся ручки двери, у него по спине пробежал холодок. В голове возникли неприятные ассоциации. Комната с трупами – живые мертвецы. Он распахнул дверь в надежде на то, что это всего лишь голодная крыса. Страх заставил Генри содрогнуться - перед ним стоял отец со злобными налитыми кровью глазами. Обманчивый свет луны придавал ему более зловещий вид.
- А-а-а, сам пришел? Ну и сукин же ты сын! Мы же тебя взрастили, а ты… Ну иди сюда сосунок, иди к папочке, ну, не будь бабой. Вот твоя реальная возможность показать себя настоящим мужчиной!
Не в силах двинуться с места, Генри в ужасе смотрел на это существо, являющейся страшной пародией на его отца. Гробовой запах мерзкой невидимой дымкой заползал в ноздри Генри. Овладев собой, он бросился к выходу, но путь ему перегородила Хелен. Ее вид был не лучше чем у отца: разорванная блузка красная от крови, из которой торчала еще не развитая левая грудь, неестественно выпученные глаза на синем лице и торчащий изо рта язык.
- А по-моему братец, вот так я выгляжу лучше - хриплым голосом сказала она и запрокинув голову назад, оглушительно расхохоталась.
Генри медленно начал отступать назад, ближе к окнам. Развернулся и уже хотел с разбегу выпрыгнуть в одно из окон, не боясь, что осколки стекла, вопьются в него тысячами иголок, как вдруг обнаружил, что оттуда на него смотрит стеклянным взглядом мать. Отступать было некуда, расстояние между ним и двумя чудовищами в образе его родных существенно сокращалось. Они приближались к нему неуклюжей походкой, сопровождаемой низким гортанным звуком похожим на рычание бешеной собаки. В жутком оскале они растопырили руки. Он забился в угол и закрыв глаза ждал своей печальной участи. Сейчас Генри сожалел о том, что сделал. Он догадался что спровоцировало в нем неоправданную жестокость – наркотик ублюдка Бэна. Под его действием, он действовал словно робот, запрограммированный лишь на одно – убивать. Теперь настал его черед, вскоре и он станет таким же бездумным зомби. Он полностью осознал свою вину и был готов к смерти.
- Эй Генри, что с тобой? Ты заснул?
Голос матери, такой живой и теплый. Генри открыл глаза. Привычная обстановка: Хелен с самодовольной улыбкой, мать, в растерянности глядящая на него, отец с нахмуренными бровями. Случившееся было всего лишь последствием галлюциногена. Не более того.
- Я же говорила, мальчик переутомился, - вновь сказала мать, обращаясь к мужу. - Дай ему отдохнуть. Он придет в себя и возьмется за учебу как следует. Да Генри?
Генри вскочил со стула.
- Конечно мама. Папа я обещаю, я буду стараться, я буду… В общем, я вас очень сильно люблю.
- Господи Генри ты заболел? – обеспокоено произнесла мать.
- Ага, как же, опять хочет закосить, наверно опять в школе что-то натворил. Ну и лентяй же ты, вот из таких как ты и вырастают всякие…
- Я тебя тоже люблю Хелен, что бы я делал без тебя? С этим словами Генри покинул кухню и направился к туалету.
Достав из кармана таблетку, он не раздумывая бросил ее в унитаз и нажал на кнопку смыва.

3 декабря 2006.