Украине необходим прямой диалог, а его нет. Зато парадоксы войны налицо

22.06.2018

Уже четыре года наш полуостров находится в эпицентре мировой политики. В «горячую точку» на карте мира он, слава Богу, не превратился — крымчане спокойно живут и созидают, но мифов об «аннексированном и оккупированном» от этого меньше не становится. Нам объявлена война, но не традиционная, а информационная, и Крым находится в её гуще. Об этом шла речь на пресс-конференции в МИА «Россия сегодня». На вопросы журналистов отвечали и делились мнением директор Таврического информационно-аналитического центра Александр БЕДРИЦКИЙ и социолог Евгений КОПАТЬКО.

На вопросы журналистов отвечают  эксперты Е. Копатько и А. Бедрицкий
На вопросы журналистов отвечают эксперты Е. Копатько и А. Бедрицкий

СИТУАЦИЯ НА ИНФОРМАЦИОННОМ «ФРОНТЕ»

Мир переживает, по мнению, А. Бедрицкого, период фрагментации. На глобальной площадке образовалось три информационных поля — на Западе, в России и на Украине. Они обособлены, поскольку игнорируют аргументы друг друга.

За эти годы Украина окончательно состоялась как антирусский проект, констатировал Е. Копатько, и всё, к чему стремилась нынешняя её политическая элита, достигнуто: власть она получила, с оппозицией разделалась (осталось её «дозачистить»), а Украина, так или иначе, остаётся в фарватере мировых новостей. Разговоры о том, что она окончательно развалится, не оправдались, но полученный четыре года назад от народа кредит доверия президент и парламент изрядно поистратили — налицо кризис власти. Тем не менее даже на фоне разочарования в собственных вождях доверия к России у украинцев не прибавилось, считает Е. Копатько. Однако происходящим в Крыму они активно интересуются, так же, как и крымчанам не безразлично, как живут их бывшие сограждане. Кстати, часть из них в Крым перебралась, увеличив наше население на 10%, привёл данные социолог. Цифры говорят и о том, что если бы крымский референдум состоялся сейчас, его результаты оказались бы такими же, как в марте 2014-го. Это показали и недавние президентские выборы, которые фактически стали повторным референдумом.

Можно ли сделать, чтобы Запад признал очевидный факт и принял его в качестве аргумента? Вряд ли, полагает А. Бедрицкий. Тем более что единства между западными союзниками нет. Вот уже и G7 скорее следует считать G 6+1, напомнил он, да и Украина тоже стала иной. И дело даже не в Крыме, а в противоречиях, заложенных в мировом сообществе ещё в 90-е годы. Тогда шли активные процессы глобализации, и мировой уклад должен был выстраиваться то ли под американским диктатом, то ли по воле глобальных корпораций. Но эта модель существовала благополучно до тех пор, пока имела пространство для расширения и развития. А затем она «уткнулась» в Россию, и возник вопрос: должна ли наша страна войти в это пространство? Стало очевидно, что целиком — нет, а только частями. Так что конфликт был неизбежен, уверен А. Бедрицкий.

На Украине «драйвером» евроинтеграции был Виктор Янукович. Он же и остановил этот процесс, но инерция сохранилась, что и «опрокинуло» Украину, пояснил эксперт. А. Бедрицкий отметил два фактора, из-за которых Крым оказался в эпицентре событий: активная позиция прорусски настроенных граждан и стратегическое положение полуострова.

ИГРА В «ДОБРОГО И ЗЛОГО ПОЛИЦЕЙСКОГО»

— так выглядит, по мнению Е. Копатько, позиция Запада по отношению к санкциям против России и Крыма. Сильно рассчитывать на «доброго» нам не стоит. Продвижение НАТО на Восток, начавшееся в 90-х, имело цель создать враждебное России поле от Балтики до Чёрного моря, и наши оппоненты в этом преуспели. Усиление роли Польши, являющейся самым близким союзником США, преследовало ещё одну задачу — формирования буфера между РФ и ФРГ. За океаном очень не хотят союза этих двух стран. Соединение технологий и эффективного управления одной с ресурсами другой «перевернуло» бы мир, создало совершенно иную его конфигурацию, в которой США теряют роль однозначного лидера. Конфликт на Украине оказался удобным инструментом для разрушения этих планов и усиления борьбы со славянами. Конфликт на Украине особенно трагичен ещё и тем, что это фактическое самоистребление единого народа. Если прежде в мире славяне составляли 8,5% населения, то теперь нас осталось всего 3,6%, прозвучали удручающие цифры.

А ЧТО ТАК НАЗЫВАЕМЫЙ «МЕДЖЛИС В ИЗГНАНИИ»?

— поинтересовались журналисты мнением экспертов. Такое впечатление, что его лидеры переживают разочарование, поскольку ничем закончились обещания украинских властей о создании крымско-татарской автономии. Разумеется, она не нужна Киеву ни на территории Херсонской области, ни в виде изменений в Конституцию Украины, превращающих «Автономную Республику Крым» в крымско-татарскую. А реального ресурса у запрещённого в РФ меджлиса для влияния на ситуацию нет. Угрозы Ленура Ислямова вывести 18 мая тысячи людей так и не были воплощены в жизнь, потому что выводить ему некого. К тому же это привело бы к открытому конфликту с украинскими националистами, который и без того уже назрел. Меджлис меняет тактику, пытаясь действовать через внешних посредников — турецких и американских, но пока без весомых результатов. Активисты меджлиса, выехав на Украину, не получили там ничего, и апатия в их рядах нарастает. Тем не менее меджлис из-за этого никуда не денется, считает А. Бедрицкий, его продолжат активно использовать в своих целях и Турция, и США.

Обещания Киева создать крымско-татарскую автономию закончились ничем
Обещания Киева создать крымско-татарскую автономию закончились ничем

И всё же основная часть крымско-татарского народа — в Крыму, и чем устойчивее мир и согласие на полуострове, а жизнь благополучнее, тем меньше у Украины и Запада поводов для нападок, считает Е. Копатько. По его данным, четыре года уровень лояльности крымских татар к российской власти постоянно повышается. И хотя социолог не склонен идеализировать ситуацию на полуострове, он признаёт, что социального оптимизма у крымчан гораздо больше, чем у жителей Украины. При этом крымчане знают и то, что социально-экономические изменения, влияющие на повышение их благополучия, могли бы быть более значительными.

НА УКРАИНЕ ТАКИХ ПЕРСПЕКТИВ НЕТ

Провести там «по-белому» предстоящие президентские выборы невозможно, уверен Е. Копатько. А от их результата зависит вопрос «выживаемости» П. Порошенко. Что он сможет сделать, учитывая сильные факторы внешнего влияния? В своё время госпожа Нуланд решала, кто будет управлять Украиной, кто Киевом. В целом же украинские политические проекты недолговечны. В прошлом и хождение Саакашвили в народ, и прожекты Яценюка. Короткой оказалась политическая жизнь Нади Савченко. Между тем процесс деиндустриализации страны практически завершён, а на Западной Украине происходит ещё и автономизация, хотя и не афишируется: в примыкающих к Венгрии районах люди массово получают венгерские паспорта, в тех, что граничат с Румынией, — румынские. А на Донбассе продолжается война, и этот конфликт, дают неутешительный прогноз эксперты, скоро не закончится, поскольку вражда между близкими родственниками, как правило, самая затяжная. Необходим прямой диалог, а его нет. Зато парадоксы войны налицо: Россия объявлена на Украине агрессором, а товарооборот между нашими странами растёт, и согласно официальным документам они находятся в состоянии стратегического партнёрства.

Между тем информационная война, в отличие от «горячей», в которой время от времени объявляются перемирия, ведётся без перерыва. И втянуты в неё миллионы людей. Она прошла через все сферы деятельности. Наибольшее «сотрясание воздуха» происходит на политических шоу. Эксперты сошлись во мнении, что уровень дискуссий там низкий, постоянно звучат недопустимые антироссийские выводы и заявления. Кому это нужно? Точно не народу, он ждёт ответа на наболевший вопрос, что будет с Донбассом, и у него есть чёткий запрос на улучшение отношений России с Украиной.

Людмила РАДЕВА