Творчество в трансе: продуктивно, но небезопасно

Встречи со специалистом по когнитивным особенностям креативного процесса я ждала несколько месяцев. Вернее, то ждала, то сама же ее отменяла. Волновалась. Стеснялась. Но меня много лет волновал один вопрос - который теперь приобрел первостепенное значение.

Нужного специалиста мне нашел мой парапсихологический друг Миша. Я до сих пор без особого доверия отношусь ко всем направлениям альтернативной психологии - но не могу не признать, что несмотря на изрядную долю шарлатанства во многих учениях и конкретно в практиках отдельных “терапевтов”, определенная доля истины в этом есть. Более того, некоторые направления когнитивной науки и проблемы, которые она исследует, напрямую граничат с областями философскими, религиозными и парапсихологическими - а уж науке-то я верю. Так что я согласилась.

Миша привел ко мне домой исключительно милого и тихого человека, манерами - но не внешностью! - напомнившего мне японца: неслышно ходит, сдержан в жестикуляции, аккуратно улыбается и разве что не кланяется. Феномен креативности ему интересен в широком смысле - и то, что происходит в голове у скульптора, пока он работает с резцом, и то, как группа менеджеров коллективно ищет решения для нестандартных задач. Назовем его условно Ф.

Перед встречей Ф. провел следующую подготовку: ознакомился с моими текстами и пообщался обо мне с Мишей. Содержания их беседы я не знаю. 

Когда ко мне в гости приходит незнакомый человек, поначалу я чувствую себя зажато. Ф. начал со светской беседы, вообще не касаясь вопросов когнитивистики и креатива - а потом я отправилась к компьютеру и создала два текста. Первый - мой авторский пост в блог. Второй - мой текст, созданный по результатам анализа текста другого автора. Не могу сказать, что мне было на 100% комфортно - я привыкла работать в полном одиночестве. Я сидела к Ф. спиной - но сбоку от меня находилось огромное зеркало от пола до потолка, где было хорошо видно меня в профиль. 

Я работала как обычно, а после последней точки во втором тексте Ф. приступил к моему “допросу”. Мне сразу понравилось то, что его вопросы были открытыми, а не закрытыми - закрытые часто свидетельствуют о шарлатантстве. В частности, он спрашивал меня вот о чем.

Всегда ли я пишу так быстро? Да, если это мой авторский текст, я печатаю быстро и практически без остановок. Даже довольно длинные посты выливаются из меня единым потоком, будто заранее выученное наизусть стихотворение. С текстами, которые требуют переключения внимания (переводы, где приходится лазить в словарь, или статьи, где надо регулярно гуглить факты), я работаю медленнее.

Что я чувствовала на физическом уровне во время работы? Я не фиксировала, я была полностью сосредоточена на мониторе лэптопа. Хорошо, а что я чувствовала, когда после первого текста пошла на кухню поставить чайник и прошлась пару раз туда-сюда по комнате, пока он грелся? У меня ведь определенно были некие телесные ощущения, потому что я обхватила себя за плечи и несколько раз прогладила. Этот момент я тоже не зафиксировала - но, прислушавшись к своим ощущениям во время беседы с Ф. сразу после работы с текстами, призналась, что ощущаю нечто вроде невысокой температуры: тело мягкое, теплое, и в нем небольшая ломота (как ни странно, приятная).

Что я хотела бы поменять в дизайне своей квартиры? Насчет этого я уже общалась с несколькими психологами, поэтому понимала суть вопроса. Нет, менять ничего не хочу. У меня однотонные серые стены, однотонная черная мебель, однотонные синие шторы на окнах и однотонный голубой диван. Нет никаких декоративных элементов вроде горшков с цветами или фото в рамках. Торжество минимализма. Спокойные цвета и гладкие поверхности помогают мне концентрироваться и уходить мыслями в творческие облака, не царапаясь вниманием о лишние осколки быта.

В чем сила и в чем слабость моей памяти? Такого вопроса мне никогда не задавали, я удивилась. Слабость - в том, что плохо запоминаю сухие факты. Я не знаю, как люди помнят, например, даты крестовых походов, точные формулировки статей уголовного кодекса или что сказала Мерилин Монро в таком-то кадре. Сила - в том, что концепции, теории, гипотезы и философские построения откладываются в память сразу и на всю жизнь, формируя многогранно-структурное видение мира. Причем мне даже не обязательно до конца ознакамливаться с концепцией - нередко я могу воссоздать полный замысел автора по нескольким стартовым деталям.

Как я оцениваю свою способность к концентрации внимания? Максимально - но только в том случае, если объект внимания мне интересен. Преподаватели по синхронному переводу в свое время изумлялись, насколько ровно и спокойно я могу переводить даже в очень шумной и стрессовой обстановке, вообще не обращая внимания на раздражающие факторы.

Насколько мне близка практика медитации? Весьма условно. Я не буддист - но с раннего детства умею медитировать на дыхание. Меня никто этому не учил, как-то само собой вышло.

Были и другие вопросы. А ответ оказался ровно таким, как я и предполагала. В условиях интеллектуальной свободы и в благоприятной творческой обстановке я вхожу в транс, который можно охарактеризовать как самогипноз. Есть и другие трактовки этого феномена, но меня бесит расхождение парапсихологических терминологий, и я буду гуглить инфу именно про самогипноз. У меня меняется динамика движений и выражение лица - по словам Ф., лицо у меня было не сосредоточенное а, наоборот, расслабленное и пустое. Я сидела и ходила рядом с огромным зеркалом, но не всматривалась в себя, поэтому подтвердить не могу.

Это круто в том плане, что при удачном раскладе я могу работать, как робот - не зная усталости, не тормозя, не буксуя и так далее. Это опасно, потому что вход в транс у меня происходит быстро, транс глубокий (я весьма смутно помню, как ставила чай), а выход из транса дается нелегко и явно мне не нравится. То есть даже после окончания работы я могу зависнуть в этом облаке еще на несколько часов, плавая в своих мыслях и образах, которые послужат затравками для последующих текстов.

Момент моего выхода из транса Ф. не застал. Он произошел через несколько часов после нашего расставания, после 3-часовой бессонницы. На следующий день я проснулась полной энергии и креатива, проспав 6 часов. Мне безумно интересно исследовать когнитивные феномены не только в теории, но и на самой себе, поэтому обязательно буду копать в этом направлении и дальше.