George Rooke
10 447 subscribers

О разнице в подходах

1,1k full reads

В 1609 году голландский философ Гуго Гроций (Гуго де Гроот) писал в трактате «Свободное Море: право доступа, которое должны иметь голландцы к индийским товарам и торговле», что «право на открытие» это, наверное, важное положение, но главное – это «правое дело». В идеальном мире «хороший человек», права которого «ущемляются несправедливыми запретами и ограничениями», может и должен действовать, как судья, как борец за правду, и может вести «с ограничителями справедливую войну» ради победы над злом и отмены несправедливости.

Кроме того, «право на открытие» распространяется на земли, но никак не может распространяться на моря: «Море и воздух являются творением бога и принадлежат всем живущим». В другом трактате Гроция, «Об Индии», также провозглашались принципы «свободного моря» - «Mare Liberum». Там Гроций вывел положение о том, что водное пространство является общей территорией для всех народов, а потому морской торговлей могут заниматься все державы. Море объявлялось «res communis» - «вещью общего пользования». Основная идея Гроция заключалась в том, что «любая страна имеет право прийти к любой другой и торговать с ней», по сути это был гимн «свободной торговле», но не в современном ее понимании (отсутствие высоких акцизов и пошлин), а в первоначальном – торговать могут и должны все со всеми.

Однако самое смешное в том, что голландская ОИК, провозглашая вышеназванные принципы, сама их не придерживалась вообще. Естественно, что вскоре интересы британской Ост-Индской компании столкнулись с интересами голландских конкурентов. И прежде чем мы затронем экономическое и военное соперничество, давайте сначала поговорим о том, в чем была разница между организацией английской ОИК и голландской ОИК.

В популярной литературе эту разницу подходов почему-то не замечают, хотя с точки зрения экономики она принципиальна. Статья Рона Харриса «Законы, финансы и первые корпорации»[1], опубликованная к открытию Мирового форума юстиции в Вене в 2005 году, несколько проясняет дело. Английская ОИК была организована на облигационной системе. Купцы, желающие участвовать в бизнесе (помимо отцов-основателей, естественно) покупали облигации компании, то бишь - обычные долговые расписки. Естественно, по облигациям выплачивались фиксированные вознаграждения, но и только. Владелец облигации не имел права на пропорциональный процент от прибыли предприятия, и кроме того — он являлся обычным вкладчиком, а не совладельцем предприятия. То есть, удалось плавание или нет — владелец облигации мог требовать свои деньги плюс процент. Сама успешность плавания его не интересовала.

Почему такая ситация была возможна? Да потому, что в Англии тех времен фондовый рынок отсутствовал вообще. Его просто не было. По сути, любая торговая компания была обычной складчиной купцов, которые вносили паи, и именно эти купцы и рисковали уставным капиталом, они же делили между собой и всю прибыль. Если денег не хватало – обращались либо к государству, либо выпускали облигации, то есть подписку, обещая с дела фиксированный процент. Следует отметить, что облигации чаще всего были краткосрочными займами, тогда как по-настоящему двигают любой бизнес-проект лишь «длинные деньги».

Голландский же подход кардинально отличался от английского. В Амстердаме к тому времени был сформирован фондовый рынок, где торговали и своими, и иностранными акциями и облигациями, а так же долговыми обязательствами, как частными, так и государственными. Поэтому созданная в 1602 году голландская ОИК для привлечения больших капиталов продавала не облигации, а акции. Принципиальное различие между акцией и облигацией состоит в том, что владелец акции является одним из собственников предприятия, принимающим на себя риск его деятельности. Кроме того, если облигация имеет срок погашения, то акция — бессрочна.

Соответственно в случае убытков владелец акции также терпит убытки, но в случае дохода владелец акции имеет права не на фиксированное, а уже на пропорциональное получение прибыли.

Это не значит, что голландцы не использовали облигации. Естественно, что людям, не желающим нести риски, вполне продавались привилегированные акции предприятия, которые, по сути, являлись облигациями. Однако основной упор был сделан именно на акционеров, то есть пассивных или активных совладельцев ОИК.

Отсюда и разница в привлеченных деньгах. Как мы помним, уставной капитал британской ОИК составил 68 373 фунта стерлингов. Уставной капитал голландской ОИК был чуть ли не в десять раз больше — 1,4 миллиона гульденов деньгами собственно основателей и 5 миллионов гульденов, собранных через продажу акций. Общая собранная сумма составила 6 424 588 гульденов. Гульден того времени относился к фунту стерлингов как 10 к 1, то есть голландцы располагали 642 тысячами фунтов, если считать в английской валюте.

Изначально британцев привлекали Острова Пряностей (нынешние Индонезия, Малайзия, Филиппины и т. д.), причем по весьма банальной причине, о которой мы говорили в прошлой части — средняя наценка на товар составляла 500%, и высокая ликвидность товара полностью устраивала основателей и акционеров компании. Однако к Островам Пряностей устремились и голландцы.

Обе морские державы были далеко не единственными участниками процесса. Не стоит забывать, что на начало XVII столетия в той части света полными хозяевами положения были португальцы. Именно поэтому конкурирующие между собой англичане и голландцы иногда объединялись в союз против португальцев, а иногда кто-то из них, наоборот, вступал в союз с португальцами против своего конкурента. Не стоит сбрасывать со счетов и Китай с Японией, которые также успешно присоединялись то к одним, то ко вторым, то к третьим. Ну и напоследок, чтобы уж совсем запутать ситуацию. Португалия с 1581 года принадлежала Испании, а это был очень серьезный игрок, которого не стоило списывать со счетов. Кроме этого были и арабские государства Персидского залива, и Индия (вернее вся совокупность государств и политий[2] в Индии под общим верховенством Великого Могола) и Египет, и Турция, и Персия, которые тоже играли серьезную роль в торговле. Таким образом, в Индийском океане и его прибрежных территориях в Азии шла война всех против всех.

А теперь займемся подсчетом. В среднем плавание из Англии или Голландии в Индию или к Островам Пряностей и обратно длилось 2–4 года. Эти рейсы включали в себя несколько остановок по пути следования. Кораблям угрожали шторма, неизвестные течения, мели, ветра, пираты и каперы, неприветливые азиатские правители, да и вообще — совершенно неизвестные условия азиатского рынка на момент прибытия. Допустим, снарядили экспедицию за перцем, а он не уродился, зато гвоздики или муската в избытке. Закупили его, вернулись в Европу — а там произошло падение цен на эти товары, и либо его приходилось продавать по меньшей цене, либо складировать, ожидая повышения цены. В первом случае акционеры лишались изрядного куска прибыли, что провоцировало отток инвесторов, и как следствие – падение в цене акций. Во втором случае необходимы были дополнительные финансовые средства, ведь деньги нужны на склады, на рабочих, да и новые экспедиции надо снаряжать, ведь бизнес простаивать не должен. А свободных денег чаще всего не было, и тогда ОИК приостанавливала свою деятельность.

У испанцев и португальцев дело было поставлено по-другому – у них роль эдакой «финансовой подушки» исполняло государство, оно же и активно поддерживало своих купцов в Азии военной силой, имея процент от прибыли. Кроме того, Испания «Золотого Века» просто могла себе позволить такую поддержку в отличие от той же Англии, которая была бедной страной, и у государства для подобной поддержки просто не хватало ресурсов.

Голландское правительство за счет активно функционирующего фондового рынка могло помочь кредитами или скупкой товара, однако тоже было не готово по-крупному вкладываться в развитие инфраструктуры и развитие компании, считая торговлю с Азией «частным делом». Оставался только один вариант — и голландцы, и англичане решили захватывать и отвоевывать уже существующую инфраструктуру — либо португальскую, либо испанскую, либо местную. Однако на Островах Пряностей нормальной инфраструктуры не существовало, и там голландцам и англичанам пришлось создавать все с нуля, и это – при нехватке как людей, так и денег.

Поскольку бюджет голландской ОИК в 10 раз превышал бюджет англичан, именно голландцы в конечном итоге смогли закрепиться в Индонезии гораздо раньше — у британцев банально не хватило денег и людей. Кроме того, голландцы ради еще большей капитализации компании создали вторичный рынок ценных бумаг ОИК, то есть позволили инвесторам заниматься спекуляциями и перераспределением капиталов. Это еще больше увеличило капитализацию и кредитоспособность ОИК. По сути, голландцы по примеру своего государства начали торговать долгом компании, имея на этом твердые 4–5% процентов прибыли. В долгосрочной перспективе это решение имело ужасные финансовые последствия, но в 1605–1630 годах весь комплекс мер позволил голландцам резко вырваться вперед в конкурентной гонке.

Если в период 1603–1612 годов англичане вложили в развитие компании 400 тысяч фунтов, то голландцы — 2,5 миллиона фунтов, гигантские деньги, сравнимые на тот момент со всем бюджетом Англии! Естественно, что финансы были главной причиной поражения англичан на первоначальном этапе. Из-за недостатка средств они не смогли собирать большие конвои и включать в эскорт большое количество хорошо вооруженных кораблей; они не смогли отстроить нужную им инфраструктуру; не смогли нанять большие армии; не смогли спонсировать масштабные завоевания территорий.

[1] Harris R. «Law, Finance and the First Corporations» - Vien, 2005.

[2] Здесь это слово употреблено в контексте разных типов и видов государства или автономии.

О разнице в подходах