"Как ты посмел такое письмо Сталину написать? - кричал генерал на особиста". Часть 1.

– Как ты посмел такое письмо Сталину написать? – кричал генерал на особиста, размахивая куском бумаги не самого лучшего качества почти у носа молодого мужчины. – В Сибирь съездить захотелось за казённый счёт? Так там и без тебя, голубчик, кадров хватает! А вот у меня толковых парней с каждым днём всё меньше и меньше...

Вспотевший и раскрасневшийся генерал тяжело перевёл дух. Особист – сотрудник особого отдела контрразведки – продолжал молчать, внимательно наблюдая за разъярённым, слегка тучным и уже лысеющим военным. Ему очень хотелось выхватить бумажку из рук начальника. Но он усилием воли заставлял себя сохранять спокойствие. Вытянувшись по стойке смирно, словно новичок курсант, особист внимательно наблюдал за генералом, ухитряясь при этом сохранять полностью непроницаемое лицо.

– Что ты болвана стоеросового из себя корчишь?! Отвечай, когда тебя спрашивают, Никита Григорьевич!

Уже и так стоявший, как на параде Никита, вытянулся практически в струнку и, уставившись в точку, находящуюся где-то в пространстве над лысиной кипящего, словно самовар, генерала звонко отчеканил:

– Подчинённый перед начальником вид обязан иметь удалой и слегка чудной, чтоб не смущать вышеозначенного начальника своим умом и сообразительностью!

С последним словом он звонко щёлкнул каблуками и выпятил подбородок настолько, что глазами пришлось уставиться в потолок. Генерал попятился и тяжело опустился на стоявший рядом со столом стул, который протестующе скрипнул под его весом. Весь его гнев куда-то мгновенно испарился. На месте грозного начальника вдруг оказался очень уставший от жизни человек с потухшим взглядом.

– Зря ты так, Никитка, - только и сказал он.

Никита тоже немного сник, и уже совсем другим тоном произнёс:

– Да, ладно вам, дядя Костя! Нет же никого. Ну, перегнул маленько я….

– Перегнул?! Маленько?!! – у Константина Яковлевича явно открылось второе дыхание. – Указы царя цитировать?!

Никита взял со стола графин с водой, наполнил стакан и просто протянул его генералу. Тот для порядка ещё посмотрел на него пару мгновений грозно, но от предложенной воды отказываться не стал.

– Не принимайте всё так близко к сердцу, товарищ генерал. Оно ведь у вас одно.

– Так ведь и ты у меня, Никитка, один остался. А всё по лезвию идёшь пританцовывая. Ну, что бы было, если бы я сюда с инспекцией не заехал? Или если бы другого кого послали? Ты хоть представляешь, что бы с тобой было, попади твоё письмо адресату? И почему сразу товарищу Сталину? Мне, почему ничего не сказал? Молчи уж, – устало махнул рукой генерал. – Знаю почему. Никита. Ой, ты…. Знаешь, что голову в петлю суёшь. И потому меня впутывать не захотел. Но посоветоваться-то мог? Мог. Но не захотел. Потому что точно знал, что не поддержу.

Константин Яковлевич помолчал. Его друг и воспитанник смотрел на него прямо и открыто. Никаких признаков того, что юноша начнёт оправдываться или объясняться. Ему очень рано пришлось стать взрослым. Незаурядные способности и удачное стечение обстоятельств позволили в молодом возрасте занять ответственную должность в контрразведке. Жизнь научила Никиту не разбрасываться лишними словами. И за последствия своих поступков он всегда готов был нести полную ответственность.

– Держи, – генерал протянул Никите письмо. – Не в моей власти остановить тебя. Но не заставляй старика своими руками давать этому делу ход. А ещё лучше – подумай хорошенько, сожги письмо и забудь всё, что там написано. Так будет лучше не только для тебя, но и для всех остальных.

Никита взял листок в руки. Одно он знал точно – никакого письма Сталину он никогда не отправлял...

Продолжение следует...

Ставь "палец вверх", если тебе понравилась история, и ты хочешь узнать что дальше будет делать такой особист!

Не забудь подписаться на канал, чтобы продолжение этой истории появилось у тебя в ленте! Благодарю за прочтение.

Читай так же: "После разговора с генералом, особист вышел из машины и направил пистолет к виску.. я услышал выстрел" - рассказывал водитель.