Ну, Максимка, родимый, не подведи! Помоги Христа ради! – шептал я металлическому орудию, словно живому человеку..

(фотография не принадлежит автору статьи)
(фотография не принадлежит автору статьи)

Нашел я на свою беду сломанную снайперскую винтовку. Она вышла из строя, дуло было погнуто, но оптический прицел был цел.

Видимо кто-то из бойцов приволок ее с поля боя, бросив рядом с нашей траншеей.

Что ж такому добру пропадать? Смотрю в оптический прицел – видно прекрасно!

День был тихий, атаковать никто не собирался, а до немецких траншей рукой подать.

Стал я в прицел наблюдать за фрицами.
Они суетились будто муравьи. Таскали тяжелые бревна, пилили дрова. Видно было, как они смеются, шутят.

Будто нет войны, а я смотрю старое немое кино, только картинка почему-то цветная.
Минут пять я спокойно наблюдал за жизнью по другую сторону баррикад, пока в обзор не попала молодая девушка.

Светлые волосы были растрепаны, платье разорвано, лицо напугано. Она вырывалась из рук фашистов.

Видимо немцы привезли ее из близлежащей деревни в качестве военного «трофея».
К сожалению, на войне изнасилования женщин стали обычным делом, немцы этим грешили в начале войны, а мы в конце, уже их территории.
Бедная девушка ударила немца и забежала в небольшой сарай. Разъяренный фриц, размахивая руками, явно звал на помощь других солдат.
Вскоре один прибежал с канистрой, в ней, по-видимому, был бензин или керосин, а другой закрыл дверь и начал обкладывать сарай соломой.

На солому вылили содержимое канистры и подожгли. Сарай полыхнул как спичка.
Я наблюдал все это, и рука непроизвольно нажимала на курок. Но механизм не работал, я зашвырнул винтовку в ближайшую канаву, схватился руками за голову и просидел так минут десять.

Виден был дым от пожара. Сволочи, вы у меня еще попляшите, подумал я и крепко сжал кулак до хруста. Я испытывал боль, сравнимую с болью от потери близкого человека.
Всю ночь я не мог уснуть, я проклинал себя за то, что поднял эту проклятую винтовку и собственными глазами видел, как фрицы заживо сжигают эту девушку.

Я ненавидел себя за то, что я ни чем не мог помочь. Пытался утешить себя мыслью что это война, а фашисты звери, но это не помогало.
Эта картина запомнилась мне на всю жизнь и стала самым страшным «трофеем» привезенным мною с войны.

Я и до этого видел множество смертей, но это событие надломило мой дух, мою веру в человека. Я желал одного – мести!
На следующее утро немцы пошли в атаку.
Вы мне за все ответите!- шипел я сквозь зубы.
Мы открыли стрельбу, справа затрещал пулемет.
Через минуту пулемет затих, я посмотрел направо, пуля попала в плечо и ранила нашего пулеметчика. Деваться некуда, встал за пулемет. Благо война научила обращаться со всеми видами оружия.
-Ну, Максимка, родимый, не подведи! Помоги Христа ради! – шептал я металлическому орудию, словно живому человеку.
А немцы идут, пьяные в полный рост – как по заказу! Мсти, не хочу!
Тра-та-та-та-та, затрещал пулемет, я с ужасными криками -
- Это вам за ту девушку, сволочи….это вам за Родину мою….
Фрицы начали падать как оловянные солдатики в детской игре, а я все стреляю, злость внутри никак не уймется.

Пулемет задымился и затих. Кончилась лента с патронами.

В этот момент я словно очнулся. Все фрицы лежали, укрыв собой зеленеющую траву, атака захлебнулась, и немцы отошли на исходные рубежи.
Я сел возле дымящейся пулеметной ленты и заплакал.

Эта война вывернула из меня всю душу. Сделала нищим. Внутри уже не было злости, одна бездонная пустота.
Многие вернулись с фронта опустошёнными и пытались заполнить образовавшийся вакуум водкой. Война была с ними и после дня Победы. Ходила как привязанная.
Я в тот день тоже раздобыл спирт у старшины, он не стал вдаваться в расспросы, все и так было понятно по моему лицу.

Страшная была война, обесценивала она человеческую жизнь и кормилась новыми жертвами этого страшного злодейства человеческого.

За основу взят рассказ ветерана ВОВ!

Если история понравилась, подписывайтесь на канал!