Персонажи Троицкой дороги

Неприглядная дорога,

Да любимая навек,

По которой ездил много

Всякий русский человек.

(Сергей Есенин)

Дороги, являясь неотъемлемой частью жизни народа, получали от людей не только свои названия, но и общественное значение или функции. Наиболее характерным примером в этом отношении может служить Троицкая дорога.

Шли по ней степенным размеренным шагом вереницы странников,  паломников, богомольцев, «чающих спасения души» и «исцеления недугов». Видела эта дорога и царские кареты, везшие мос­ковских царей с их домочадцами на дальние богомолья, и охотничьи «потехи», а равно – и в эвакуацию из не раз осаждаемой неприятелем и разоряемой многострадальной матушки-Москвы. Всего насмотрелась, многое перевидала и многое перенесла на себе эта безмолвная современница различных  этапов истории нашего края.

На пути к Троице лежали старинные села Большие Мытищи и Тайнинское, где путешест­венники часто останавливались отдохнуть. Медленно бредущие по дороге странники, паломники, богомольцы были неотъемлемой час­тью жизни дореволюционной России. Их можно было узнать сразу: котомка за плечами, мешочек с сухарями, жестяная кружка, непременный посох – вот и все нехитрое снаряжение русского пешехода-богомольца.

Пропитание и кров находили по пути в избах простых людей, в купеческих и господских домах, иног­да ютились в поле или в лесу. Прием странников считался делом богоугодным. Во многих домах их ждал обед и ночлег.

Сталкиваясь с различными сторонами русской жизни, соприкасаясь с различными слоями населения, исходив вдоль и поперек российские просторы, они накапливали в себе богатый материал для размышлений и рассказов. Все домочадцы могли бесконечно слушать рассказ странника о святых местах, духовных событиях,  истории о жизненном укладе в других городах. Странник приносил своим гостеприимным хозяевам духовную пищу для размышлений. С собой в дорогу паломнику собирали продукты, что-то из одежды. И, конечно же, давали наказ помолиться за всех его приютивших на святых местах.

Одного из таких  странников изобразил в своей  картине  «Боярыня Морозова»  В. Суриков. По всему видно, что пришел он издалека.   В руках у него высокий посох с затейливой ручкой и корзинка, в которой находится все его немногочисленное имущество. Но вглядись в его лицо – это же сам художник, его портрет.

Три года писал Василий Суриков свою картину. Чтобы собрать нужный материал, найти наиболее характерные типы людей, которые могли бы послужить натурой для персонажей картины, летом 1865 года Суриков специально поселился в Мытищах. Каждый день художник с мольбертом в руках писал всех странников, проходивших мимо его избы, интересных ему по типу. Эскиз следовал за эскизом. Постепенно были найдены персонажи картины. Известная революционерка XIX века В.Н. Фигнер писала о картине: «Что ни лицо, то другое выражение: есть в толпе робкие, устрашенные, есть немногие с затаенным сочувствием, есть злобно ликующие». И многие из этих лиц написаны на Мытищинской земле.

К Троице шел разный люд: шли молодые, шли старики, шли в одиночку, шли целыми семьями, шли  и такие калеки, что понять было трудно, как вообще эти люди могут двигаться. Шли они десятки, сотни верст, в самую жару и ливни. Тяжело было смотреть на мучительно медленное передвижение под палящим зноем паломников и калек, параличных, тяжело больных, перевозимых на тележках, а также  на древних старух, с великим трудом передвигавших ноги.

Богатые и знатные разделяли все неудобства скученной жизни с сирыми и убогими, ели сухой хлеб, с ними вместе спали на голой земле. Многие богомольцы пели в пути священные песни или какие-либо молитвы церковные.

Но вот, наконец, взорам усталого путника на возвышенности среди векового дремучего  леса открывалась  сияющая золотыми крестами величественных храмов святая обитель. Желанная цель путешествия была достигнута. Путник-богомолец осенял себя крестным знамением, опускался на колени, горячо молился на монастырские храмы, где некогда молился преподобный Сергий Радонежский.

Все  как-то были в эти дни духовно близки, это было нас­троение умиления, которое царило над Троице-Сергиевой Лаврой и над всеми пришедшими сюда. Это было величайшее паломничество народное. Как будто вся святая Русь пришла в эти дни к Троице.

Лидия Кувшинникова, 

сотрудник 

Мытищинского музея

Странник

– Ты куда идешь, скажи мне. 

 Странник с посохом в руке? 

 – Дивной милостью Господней 

 К лучшей я иду стране. 

 Через горы и долины, 

 Через степи и поля, 

 Чрез леса и чрез равнины 

 Я иду домой, друзья. 

 – Странник, в чем твоя надежда 

 Во стране твоей родной? 

 – Белоснежная одежда 

 И венец весь золотой. 

 Там источники живые 

 И небесные цветы. 

 Я иду за Иисусом 

 Через жгучие пески. 

 – Страх и ужас незнакомы 

 Разве на пути тебе? 

 – Ах, Господни легионы 

 Охранят меня везде. 

 Иисус Христос со мною. 

 Он направит Сам меня 

 Неуклонною тропою 

 Прямо, прямо в небеса. 

 – Так возьми ж меня с собою 

 Где чудесная страна.

 – Да, мой друг, пойдем со мною –    

 Вот тебе моя рука. 

 Недалёко уж родная 

 И желанная страна. 

 Вера чистая, живая 

 Нас ведет с тобой туда.

Дореволюционный автор  неизвестен, распространяется  как народные духовные стихи  или исполняется как песня.