Когда глаза хотят...(наш дом в Казинке)

В это утро я проспала и проснулась поздно. Женька маленький и Юлька, всю ночь просидевшие один за играми на компе, а вторая с телефоном с фантазийной книжкой, меня забыли растолкать. В результате на обед оказалось только вареное мясо без бульона. За своими делами ребята проворонили на печи кастрюлю и мясо подгорело.

Ну, что ж, что есть. Я вздыхаю и вынимаю мясо из утятницы-удобная кастрюля для печи, донце широкое и все быстро варится. И подгорает тоже быстро. Стою над горелыми остатками и думаю, что бы такое сделать, чтобы их пустить в дело. Наверно надо отдельно сварить рис, а мясо поджарить. Его мало. Но пусть хоть запах к рису будет.

В это время наш папа, Женя большой, что то колдует над электроплиткой, т.к. печь хоть и горячая с ночи, но на ней уже не сваришь, остались только угли. Он размешивает в своей баночке горчицу с водой, добавляет ее в ковшик, а там в ковшике, судя по запаху, варится порция пельменей. Наш папа никогда не теряется. Даже без обеда найдет, что поесть.

Я отхожу от печки и чувствую, как кто-то вцепляется в мое плечо когтями. Я ростом как раз с печку, она даже чуть повыше. А на печке, чуя вкусный запах пельменей, мечется Маша:

-Мяу-у-у-у....мя-я-я-я-у-у-у-у,-выводит она отчаянно.

В последнее время Маша не любит спрыгивать с печки самостоятельно. Она предпочитает, чтобы ее сняли по первому требованию. Причина проста- ее сломанная в бурной юности передняя лапка загнута вперед, и сейчас, когда Маше около восемнадцати лет, хрящ перестал держать ногу в месте перелома. Конечность стала подвижной. А когда кошка прыгает, то ударяется о пол калечной ножкой и ей больно. А вот запрыгивать ей удобно. Такая уж специфика ее жизни.

Но мне некогда ее снимать. Маша, поорав, идет к краю печки и начинает спускаться сначала на каменную полочку печки, потом прыгает на мягкую Юлькину кровать, потом на низенький стульчик у печки, на котором сидит Женька маленький во время разжигания в топке дров, и сползает по ножке стульчика на пол. Задрав хвост и начиная снова кричать, она бежит к кухонному столу и залезает на табурет прямо перед папиным носом. Потом, махая здоровой ножкой, тянется к тарелке и грозит, что я вот сейчас прямо на стол...

Но на стол Маша не залезет. Это она пугает. За все года только в первый день после того, как она, молоденькая и искалеченная, попала к нам, на стол прыгнула один раз. За что ей попало веником. И наказания хватило на всю жизнь. Подобранные бездомные животные всегда благодарны за участие в их судьбе.

Ну, теперь Жене большому не отвертеться-придется делиться пельменями. Он достает один из тарелки, долго дует на него и кладет на табуретку перед кошкой. Маша замолкает, перестает махать передней ножкой перед краем стола и жадно втягивает вкусный запах. И ждет. Знает по опыту, что угощение горячее.

Папа ест пельмени и смотрит телевизор. А Маша, откушав свой пельмень, чистит свою, ставшую реденькой, шубку и укладывается подремать. Так как глаза хотят много, но на деле хватает одного пельменя.