Эндрю Шон Грир. ​​"Лишь"

<100 full reads

Давно мы что-то не поднимали нетрадиционные темы, а зря. Наконец добралась до «Лишь» Эндрю Шона Грира, пулитцеровского лауреата, автора «Эсквайра» и «Нью-Йоркера».

Эндрю Шон Грир. ​​"Лишь"

После «Назови меня своим именем» роман сначала не зашёл. Пронзительного драматизма первого «Лишь» не хватает. По стилю он близок к романам Кингсли Эмиса или Ивлина Во, только не такой злой. То есть, это текст для любителей красивых и ироничных вещей, без звенящей струны в сюжете.

А сюжет довольно простой: главный герой, второстепенный писатель Артур Лишь, накануне своего пятидесятилетия расстаётся со своим молодым человеком (который моложе Артура почти на пятнадцать лет), потому что молодой человек выходит замуж. После того, как Лишь получает приглашение на свадьбу, он принимает решение сбежать в кругосветное путешествие, только бы на свадьбу не ходить. Так герой попадет на литературную конференцию в Мексике, получит престижную итальянскую литературную премию, будет преподавать в Германии, встретит день рождения на марокканском горнолыжном курорте и выломает стену ресторана в Японии. Неплохо проведёт время, короче, только всю дорогу будет страдать.

Так как герой – это небогатый, напуганный белый гомосексуальный американец средних лет, который может позволить себе, тем не менее, кругосветку, надежды на то, что ему будут сочувствовать в России, немного. Ну и в ближайшую пару недель в Конституции уточнят, что брак – это союз между мужчиной и женщиной, про это тоже важно не забывать, так что драмы гей-брака мы тоже не оценим.

Но вот тут и проявляет себя талант Грира (Пулитцеровскую премию абы кому не дают) – в бой идут интеллектуальные приёмы. То, что роман, который пишет в путешествии главный герой – это по сути сам роман «Лишь» становится ясно к середине книги (отсюда все шутки про невозможность сочувствия), тогда же, когда становится ясно, что гомосексуальность главного героя – это вообще тут не главное. Можно подумать, что оставшаяся в сорок девять лет одна женщина или привыкший к стабильности гетеросексуальный мужчина будет испытывать меньшее чувство ужаса от надвигающихся старости и одиночества.

Один из второстепенных героев на балконе парижского особняка скажет Лишь, что тот – плохой гей. «Наш долг – показывать людям красоту нашего мира. Мира однополой любви. Но в ваших книгах герои страдают без воздаяния».

А о каком воздаянии может идти речь в реальной жизни? «Лишь» - это ироничный роман без «струны», но если эту иронию убрать, читать его станет решительно невозможно от экзистенциального ужаса - Достоевский бы обзавидовался.

«Лишь» - все-таки терапевтический роман. Во-первых, заканчивается всё в итоге хорошо (хотя подлянки от автора ждёшь до последней страницы), во-вторых, ирония текста заставляет иначе взглянуть на свои собственные проблемы в личной жизни – они оказываются не такими уж и страшными.