С. Моэм. «Разрисованная вуаль»

15.05.2018

Красивая и печальная история о том, как неплохих в общем-то людей тянет на неприятности.

Молодой врач-бактериолог по имени Уолтер Фейн женится на красивой, но поверхностной девушке Китти и увозит её с собой в Гонконг. Она его не любит, но желание обрести свободу и жить подальше от матери всё-таки пересиливает. Китти решает, что стерпится-слюбится, пока не встречает Чарльза Таунсенда, с которым начинает крутить роман.

Уолтер поначалу раскисает, но потом решает отомстить и угробить себя и жену одновременно — вызывается добровольцем в китайскую деревушку, где свирепствует холера. В итоге нестандартные обстоятельства помогают главным героям присмотреться друг к другу получше — на фоне смерти и обиды зарождается обреченная любовь. Не самый лучший способ спасти брак, но попытка засчитана.

Крепкий любовный роман, как всегда у Моэма, превращается в безупречно сплетенное кружево страстей. Кто виноват? Да вроде бы никто. Все хорошие, все по-своему несчастные, всех жаль.

Представьте теперь, как обстояли дела с социальным интеллектом у прошлых поколений. Все эти предрассудки, религиозные ограничения, сословные запреты, манеры, ритуалы. Львиная доля отношений и сейчас протекает не с живым человеком, а с представлением о нём в твоей голове. Поэтому-то Моэм и заволок вуалью взгляд героев, не дал им сразу все понять, а протащил через череду страданий, вызванных ложными представлениями друг о друге.

Зачем Уолтер женится на ней? Только потому, что она очень красива. Он любит ее за внешность и не питает никаких иллюзий по поводу ее внутреннего мира, однако ожидает верности.

«Я насчет тебя не обольщался. Я знал, что ты глупенькая, легкомысленная, пустая. Но я тебя любил. Я знал, что твои мечты и помыслы низменны, пошлы. Но я тебя любил. Я знал, что ты — посредственность. Но я тебя любил. Смешно, как подумаешь, как я старался найти вкус в том, что тебя забавляло, как старался скрыть от тебя, что сам-то я не пошляк и невежда, не сплетник, не идиот. Я знал, как тебя отпугивает ум, и всячески пытался внушить тебе, что я такой же болван, как и другие мужчины, с которыми ты была знакома. Я знал, что ты пошла за меня только ради удобства. Я так любил тебя, что решил — пусть так», — этот монолог Уолтера стоило бы занести в золотой фонд цитат и дать на принудительное распространение во все пацанские паблики.

Вот так роковая любовь к очаровательным глупышкам очень хорошо сочетается с влечением к смерти. Как там было у Круга — «но как легко всё позабыть, когда с красючкой водку пьёшь»? Не только за водочкой, Миша, не только за водочкой.