“Шизофрения как и было сказано”

22.06.2018

Гении есть гении, чтобы от них не ждать нормальности. Элементарный закон равновесия. Очень многие одарённые персонажи имели те или иные отклонения психики. Но сегодняшний мой герой, признаюсь, дался мне нелегко. Даже удивительно, как красавица Прага могла произвести на свет такое мрачное детище.

Франц Кафка - немецкоязычный писатель еврейского происхождения, родившийся в Праге. В этом нет ничего удивительного, так как Прага в то время входила в состав Австро-Венгрии. Мальчик из благополучной зажиточной семьи хорошо учился и закончил Карлов университет, получив степень доктора права под началом не кого-нибудь, а Альфреда Вебера. Писал на немецком, в совершенстве владел чешским, неплохо знал французский, а вот интерес к изучению иврита проснулся у него только в конце жизни.

После окончания университета занимался страхованием травматизма на производстве. Работа на полставки у Кафки была непыльная, отнимала минимум времени и сил. Интеллигентный шеф души в нём не чаял. Но работа для писателя всегда оставалась занятием второстепенным и обременительным: в дневниках и письмах он признавался в ненависти к своему начальнику, сослуживцам, клиентам. На первом плане всегда была литература, «оправдывающая всё его существование». И тем не менее Кафка своей работой способствовал улучшению условий труда на производстве в Чехии. Начальство ценило его очень высоко, в связи с чем пять лет не удовлетворяло прошение о выходе на пенсию по состоянию здоровья, оплачивая длительные отпуска.

С другом ему просто-таки повезло. В Праге сложился небольшой литературный кружок, на котором молодые люди могли найти друг в друге благодарных слушателей. Среди них был и Макс Брод - человек, который восторгался Кафкой, считал его гением, постоянно стимулировал в творчестве, уговаривал публиковаться. О таком друге любой писатель может только мечтать.

С женщинами тоже обошлось как-то без драм: ни тебе фамфаталей, ни тебе сердцеедок.

Ко всему этому можно добавить, что трудно всерьёз говорить об антисемитизме в Праге на фоне того, что тогда творилось в России, Румынии и даже во Франции во времена дела Дрейфуса.

Итак, на лицо абсолютно благополучный мир. Тем удивительнее и мрачнее кажется мир его произведений.

Большинство исследователей сходятся во мнении, что у Кафки имела место шизофрения. Именно этим может объясниться двойственность его натуры и макабрические тексты. Но это ещё не всё.

Вечно недовольный жизнью, тихий, интеллигентный, неуверенный в себе, болезненный ипохондрик, он страдал жуткими головными болями.

Первый раз писатель упоминает о своей головной боли в письме в 1907 году. С 1909‑го он начал вести дневник, и записи про этот недуг становятся постоянными: «как будто мне пилят голову», «вращающийся гвоздь под правым глазом»…

В 1914 году к головным болям добавилась бессонница. Что только ни делал Франц, чтобы заснуть: принимал сонные пилюли неизвестного состава, спал на подушке, набитой лепестками мака, гулял перед сном, ночевал в комнате без отопления (тогда это считалось хорошим средством для восстановления сна).

Писатель не доверял врачам, и анальгетики не принимал (ой, ну ему ещё только морфия не хватало!). Он сидел в кресле и качал головой. Боли проходили сами в течение дня.

В 1916 году Францу поставили диагноз «крайний невроз» и посоветовали соблюдать строгую диету, много гулять и больше отдыхать.

Выполнение рекомендаций не имело эффекта. Тогда Кафка принялся экспериментировать: выливал себе на голову ведро ледяной воды, сидел в горячей ванне, бегал. Всё закончилось внезапно.

Начавшееся в 1917 году кровохарканье испугало писателя и заставило вновь обратиться к врачам. На этот раз ему поставили диагноз: туберкулёз лёгких. Характерно, что с появлением новой болезни головные боли ослабли. По свидетельству Кафки их «смыло волной».

В начале XX века лечение туберкулёза заключалось в основном в курортотерапии. За последние семь лет жизни Кафка тщетно объездил множество санаториев. Умирающий Кафка потерял от туберкулезного ларингита голос. Под конец жизни он сильно похудел (при росте 182 см он весил 55 кг) и умер, как говорили современники, от истощения в санатории под Веной в возрасте 40 лет.

Тело перевезли в Прагу, где оно и было захоронено на Новом еврейском кладбище в районе Страшнице, в Ольшанах, в общей семейной могиле.

Кафка не очень высоко оценивал «своё писательство», постоянно сомневался в своих способностях, редко и неохотно печатался, а перед смертью попросил Макса Брода сжечь все его рукописи. К счастью для нас, Брод оказался плохим другом и не исполнил желания усопшего.