СОЛДАТЫ – ПРАДЕДЫ МОИ: Необычная судьба летчика-истребителя

03.05.2018

Уже четвертый месяц продолжалась Сталинградская битва и в небе, над истерзанной землей шли жестокие воздушные бои. 520-й истребительный авиаполк, которым командовал С.Н.Чирва базировался на полевом аэродроме у хутора Алтухов, что в 150 км севернее Сталинграда. Потери боевой техники были огромные.

Командир эскадрильи старшина Иван Братанич был уже старожилом полка, ему исполнилось 22 года. На счету 3 сбитых фашистских самолета, и дважды ему пришлось самому побывать в роли сбитого и сажать самолет «на брюхо фюзеляжа», без шасси. Каждый день погибало много людей. И смерь не казалась уже чем-то страшным, но умирать так не хотелось.

До войны любовь к небу захватила его целиком. Да и в стране это явление было массовым. Иван как и многие учился летать в аэроклубе. На войну пошел с первых ее дней.

20 октября 1942 года Иван Братанич получил задание: «Взять исправленные машины и прикрыть "горбатых", которые должны уничтожить фашистскую технику и их живую силу в районе Кузьмичей».

Летчики вылетали по 4-5 раз в сутки. И каждый день потери.

Штурмовики Ил-2, выполнив задание, повернули назад, прижавшись до бреющего к земле, взяли курс на свой аэродром. Истребители Братанича повернули вслед за Илами.

Все самолеты изменили курс, чтобы не попасть под огонь зениток. Но попали под обстрел «эрликонов». Самолет Братанича подбили.Он почувствовал резкую боль в обеих ногах и увидел огонь, из правого крыла «Яка» повалил густой, черный дым, от которого стало трудно дышать. Остро жгло руку.

Расстегнув привязные ремни, он потрогал вытяжное кольцо парашюта, чтобы убедиться в его присутствии. Глубоко накренив истребитель влево и помогая себе левой рукой, он изо всех сил оттолкнулся ногами и почувствовал невыносимую боль, успев выдернуть изо всех оставшихся сил вытяжное кольцо. Темнота накрыла его.

Очнулся Иван Братанич от боли. Вокруг все было белым. Больница? Чья? И вновь потерял сознание. Потом ощущение, что тела нет, а есть сплошная боль и невозможно пошевелиться. Сквозь туман он слышал крики, плач, ругань... на немецком языке. Это был страшный сон. Иван Братанич оказался в немецком госпитале.

Мысль о плене и гестапо не отпускала его даже в бессознательном состоянии. Он помнил, что в левом кармане гимнастерки лежит комсомольский билет и 5 патронов к пистолету. Патроны брал в боевой вылет каждый летчик на случай, если не хватить обоймы. Живыми не сдаваться. Но тело было непослушным. Оказалось, что он весь с головы до ног в бинтах.

Ка он оказался в немецком госпитале? Где его форма и документы? Что стало с его самолетом? Кто его спас? Столько вопросов!

В следующий ра,з придя в сознание, он лежал уже на носилках в вокзальном помещении, а рядом была слышна русская речь.

Иван Братанич спросил: «Откуда?».Из Кузьмичей.

Оказалось,что силой мобилизованные гитлеровцами мужики из колхоза Кузьмичи Сталинградской области вместе с лошадьми и повозками для доставки боеприпасов на передовую, попали под удар советской авиации. И фашисты взяли раненых в свой госпиталь. И Иван Братанич оказался в их числе. Но как?

Перед погрузкой на поезд записывали раненых. Иван Братанич назвался Иваном Радовым, извозчиком.

Боли не утихали. С ужасом он увидел пустоту на месте правой ноги. Он летчик и не может жить без неба. Как же так? Смерть, только остается смерть. Но это для слабых – простой выход. Он должен победить боль, встать и не сдаваться.

Поезд вез его дальше и дальше на запад.

В Днепропетровске ему наложили практически на все тело гипс. Немцы лечили. Гестапо интересовалось им. Иван придумал легенду. В Красную Армию не взяли из-за туберкулеза. Иван читал хорошо карты и летал много, легко ориентировался в местности и смог объяснить, что он местный, выкрутился. Почему стрижка такая. Опять нашел объяснение.

И вот на комиссии молодой немецкий врач предлагает отправить больного с очень сложным ранением в единственную специализированную травматологическую клинику профессора Бюлера в Вене.

Или концлагерь или клиника.

И в начале 1943 года Иван теперь уже Радов оказался в Европе, в клинике с мировым именем.

Знаменитый профессор Бюлер часто останавливался у его кровати, он был отцом того врача, кто спас на комиссии Ивана.

Почти три года провел в клинике Иван.

Ему сделали операцию на правой ноге, чтобы она стала протезоспособной, наращивали на костях мускулатуру. Левая нога была тоже разбита, для нее изготовили специальный протез.

Постепенно боль отступала. В ожоговом отделении сняли гипс. Пальцы не двигались. В неврологическом отделении подлечили нервные сплетения на плече.

Австрийская клиника поручила ему сворачивать в рулоны постиранные бинты. Какая-то работа. Ему дали русско-немецкий словарь. Он начал учить язык.

Иван очень медленно поправлялся. Только через год он смог встать на костыли.

Он был в постоянном напряжении. Ведь врачи могут понять, что он ранен немецкими осколками и ему прямая дорога в концлагерь. Жить среди врагов и не в состоянии что-либо изменить.

Однажды,научившись играть в шахматы, он стал обыгрывать всех подряд и этим приобрел себе врагов, они стали называть его «руссише швайн». Пришлось забыть про шахматы.

И вот подходит время выписки. Ему даже выдали немецкую форму. Ивана выписали с пометкой – инвалид, не годным к воинской службе. Внимание полиции и служб безопасности было отвлечено победой советских войск в войне.

Иван стал собираться на Родину. Физически было очень трудно, он ведь калека. Советские войка вошли в Вену и он, ковыляя по городу, искал летчиков. Нашел, но обязательно надо пройти проверку СМЕРШа. Мучительные и длительные проверки. Но за него поручились.

Дома его встретила мать, которая еще три года назад получила похоронку. Несколько лет Иван добивался разрешения летать, постоянно тренируясь, разрабатывая тело. Но ответ был один - авиации нужны здоровые люди.

Тогда Иван Братанич закончил медицинский институт и более 40 лет проработал терапевтом в больнице г. Винницы.

Текст: Петров В.С.

Подписывайтесь на канал ЗАМЕТКИ ИСТОРИКА