Белое море, Балтика и русский торговый интерес. Часть 1-ая

25 September 2018

8-го августа 1700 года, ровно через месяц после отъезда из Константинополя, в Москву прибыли гонцы – стольник Гур Родионов Украинцев, сержант Никита Жерлов и сотник Иван Чернышенко – в сопровождении толмача Михайлы Волошенина и десяти человек прислуги, доставившие молодому царю Петру Алексеевичу копию мирного трактата, завершившего долгую, четырнадцатилетнюю войну с Высокой Портой, и обширную записку, заключавшую в себе обзор русским посланником дьяком Посольского приказа Е.И. Украинцевым всего переговорного процесса. Уже на следующий день, 9-го августа, Московия объявила войну Швеции «за многие свейские неправды». А ещё через две недели, 22-го августа, русское войско выступило в поход на Нарву. Россия вступила в Великую Северную войну...

Шведская колониальная империя. 1560 - 1815 годы

Двадцать один год спустя, пройдя «трёхвременную кровавую и жестокую школу», принеся на алтарь победы жизни нескольких сотен тысяч своих подданных, выжав из страны последние соки, Пётр I получил 30-го августа 1721 года стараниями своих дипломатов Ништадтский трактат, по которому Швеция уступала «… его царскому величеству и его потомкам и наследникам Российского государства в совершенное непрекословное вечное владение и собственность в сей войне, чрез его царского величества оружия от короны свейской завоеванные провинции: Лифляндию, Эстляндию, Ингерманландию и часть Карелии с дистриктом Выборгского лена, который ниже сего в артикуле разграничения означен и описан, с городами и крепостями: Ригой, Дюнаминдом, Пернавой, Ревелем, Дерптом, Нарвой, Выборгом, Кексгольмом и всеми прочими к помянутым провинциям надлежащими городами, крепостями, гавенами, местами, дистриктами, берегами, с островами Эзель, Даго и Меном и всеми другими от курляндской границы по лифляндским, эстляндским и ингерманландским берегам и на стороне Оста от Ревеля в фарватере к Выборгу на стороне Зюйда и Оста лежащими островами, со всеми так на сих островах, как в вышепомянутых провинциях, городах и местах обретающимися жителями и поселениями и генерально со всеми принадлежностями, и что ко оным зависит высочествами, правами и прибытками во всем ничего в том не исключая, и как оными корона свейская владела, пользовалась и употребляла».

Взамен Московское государство обязывалось «... в четыре недели по размене ратификаций о сем мирном трактате, или прежде, ежели возможно, его королевскому величеству и короне свейской возвратить, и паки испражнить Великое княжество Финляндское кроме той части, которая внизу в описанном разграничении выключена и за его царским величеством остаться имеет, так и таким образом, что его царское величество, его наследники и последователи на сие ныне возвращенное Великое княжение никакого права, ниже запроса, под каким бы видом и именем то ни было, вовеки иметь не будут, ниже чинить могут. Сверх того хочет его царское величество обязан быть и обещает его королевскому величеству сумму двух миллионов ефимков исправно без вычета и конечно от его королевского величества с надлежащими полномочными и расписками снабденным уполномоченным заплатить и отдать указать на такие сроки и такой монетой, как о том в сепаратном артикуле, который такой же силы и действа есть, яко бы он от слова до слова здесь внесен был, постановлено и договорено».

Кроме того, король шведский выговаривал себе льготные условия по закупке русского хлеба: «... в вечные времена свободно быть имеет в Риге, в Ревеле и Аренсбурге ежегодно на 50.000 руб. хлеба покупать повелеть, который по учиненному засвидетельствованию, что оный или на его королевского величества счет, или от свейских от его королевского величества к тому именно уполномоченных подданных закуплен, не платя никаких пошлин или иных налогов, в Швецию свободно вывезен быть имеет; что, однако же, не о тех летах разуметься имеет, в которые за недородом или иными важными причинами его царское величество принужден будет вывоз хлеба генерально всем нациям запретить» [1].

Подписание мирного договора в Ништадте

Итак, Великая Северная война завершилась для России и завершилась удачно: Московия получила то, ради чего ввязалась в драку, – выход к Балтийскому морю. Но что давало ей обладание прибрежными землями? Принято считать, что – рост внешней торговли. Причём так считали как сам Пётр Великий сотоварищи, так и продолжают считать некоторые историки-петроведы [2].

Корни этих взглядов понятны: у царя перед глазами был опыт поколений предшественников, настойчиво стремившихся отбить у супостатов, вернуть отчины и дедины. Да и теоретики отечественной геополитики настойчиво устремляли указующие персты в сторону Балтики. В своих «Политичных думах», труде о России середины XVII-го столетия, начатом с вопроса «Кое кралество ся ценит быть богато?», учёный хорват Юрий Крижанич, перечисляя все богатства земные, на первое место ставит умения и ... морские гавани: «А наипаче богато, чудовно и сильно ся узнавает быть оно кралество: где суть добрые убеженные преметы илити доброуродны, домысливы разумы: и добра, нарядна пристания ладиям и торговища, и где потому цветёт всяко рукоделия и тежачство, и великое морское торговство: якоже ся деет в Агличанской и в Брабанской земле...» И тут же он даёт свою оценку Московскому царству: «Сие преславное господарство, будучь тако широко и безмерно долго; еднакожь от всех стран есть заперто в торгованию. От севера нас пашет Студёное море и пустыя земли. От востока и полудня окружають дивии народы: с коими никаково торгование быть не может. От запада, в Литве и в Белой Руси, ничто ся не родит оных вещей, коих мы потребуем: разве единая медь у Сведов. Торгование Азовское и Черноморское, кое бы сей земле наикорыстнее было, то держат обседено Крымцы. Торгование Астраханское запачают Ногайцы. Торгование с Бухарми в Сибири заседают Калмыки. И тако нам остают токмо три от страхов слободна торговища: по суху Новгород и Псков; а на воде Архангельское пристание: али к тому путь есть несмерно предалёк и трудовен» [3].

Примечания:

[1] Трактат, заключённый на конгрессе в Ништадте 30 августа 1721 года / Реформы Петра I: Сборник документов. – М.: Государственное социально-экономическое издательство, 1937. – с. 260 - 261.

[2] См., например: История Северной войны 1700 – 1721 гг. / Под ред. И.И. Ростунова. – М.: «Наука», 1987. – 214 с.; Молчанов М.М. Дипломатия Петра Первого. – М.: «Международные отношения», 1984. – 440 с.; Спиридонова Е.В. Экономическая политика и экономические взгляды Петра I. – М.: Госполитиздат, 1952. – 287 с.; Тарле Е.В. Северная война: Северная война и шведское нашествие на Россию. Русский флот и внешняя политика Петра I. – М.: «АСТ»; «Астрель», 2011. – 701 с.

[3] Русское государство в половине XVII века. Рукопись времён царя Алексея Михайловича. – М.: Типография Александра Семена, 1859. – с. 7 – 8.