Трудности научной демонологии

Молодая, демонично развивающаяся компания...»

Из коллекции лучших оговорок.

Надо сказать, демоны – весьма сложная тема для исследования.

Отчасти виной тому церковь. В своем победоносном шествии по миру она объявляла демонами буквально все и всех, во что верили «языческие» народы. Обращаемые соглашались со священниками... и продолжали чтить (или бояться) прежних духов под новыми именами.

Христианские демоны в результате этой кампании получились существами довольно странными, пестрыми и противоречивыми.

С одной стороны, их представляли миниатюрными копиями дьявола. Так что они стали одновременно и искусителями, и падшими ангелами, и титанами-богоборцами, и обитателями ада.

С другой – они получили многие свойства и привычки духов-злыдней (хотите воочию увидеть, на что это похоже – смотрите великолепный мультфильм «Злыдни» из сборника «Гора самоцветов»).

С третьей – им все же удалось сохранить и некоторые признаки собственно демонов.

Наука, впрочем, тоже не сразу внесла ясность в ситуацию. Этнография и религиоведение появились недавно – каких-то полтораста лет назад. Причем первые десятилетия даже серьезные ученые пытались впихнуть все богатство, глубину и сложность естественной религии в три ярлыка: анимизм (веру в духов), тотемизм (поклонение животным) и фетишизм (веру в магические свойства некоторых вещей). Демоны в эту картину не вписывались никак.

Церковь так и стоит на прежних позициях, и менять их не собирается. Как я уже говорил в прошлой статье, пересмотр веры в дьявола считается еще большим грехом, чем пересмотр веры в Бога.

А вот наука постепенно начала разбираться, что происходит и что к чему.

Для начала замечу, что демоны похожи на тюленей.

Нет, не тем, что они живут в море (хотя некоторые из них, согласно местным традициям, действительно там живут). А тем, что под одним названием соединены сразу два класса существ, немного похожих друг на друга. Морские котики и моржи ничуть не родственны нерпам и морским слонам («настоящим» тюленям).

Так же и рассказ о демонах стоит начать с происхождения их названия, а закончить описанием тех, кого этим словом чаще всего называют.

Собственно демоны родом из Греции. И занимались они почетным и важным делом: посредничеством между небом и землей. Как подобает посредникам, населяли они промежуточную область – воздушное пространство. Демоны возносили к богам жертвы и молитвы смертных, а смертным являли божественную волю.

Богословы Греции (а они там были задолго до появления христианства) пришли к выводу, что демоны – даже не самостоятельные духи, а скорее способ проявления божественной силы в мире людей. Можно сказать, что воля божества, входя в мир, приобретает форму существа, «заточенного» под исполнение этой воли.

Некоторые демоны были приставлены к постоянной работе. Они хранили определенных людей или места. Сократ, например, однажды сознался, что его с детства сопровождает «даймонион» – некая божественная сила, которая предостерегает его от дурных поступков.

Сильнейшие демоны ведали планетными сферами и по сути составляли свиту планетных богов.

Иными словами, древнегреческие демоны – это в точности то же самое, что иудео-христианские ангелы. Просто переводчики Писания стали жертвами своего стремления к точности перевода. Сказано в еврейском тексте «малахи», то есть «вестник» – значит, и в греческом должно стоять «ангелос». Хотя «даймонион» было бы намного точнее по смыслу.

Правда, у них есть и еще один интересный аспект. Некоторые демоны – в прошлом люди. Они настолько отличились при жизни, что после смерти получили божественную силу, и теперь помогают живым.

Такие особенные демоны назывались в Греции героями. Да-да, герой изначально – вовсе не прославленный воин или правитель, а та божественная сущность, которой он становится по окончании земного пути.

Однако герой – все же не совсем бог. Он обитает в собственной гробнице, недалеко от своих бренных останков. И помогает, соответственно, тем, кто приходит поклониться этим останкам, принести жертвы и вознести мольбы.

Для любого греческого города стать местом упокоения героя было не только великой честью, но и источником дохода – к гробницам особо почитаемых героев паломники шли толпами. Поэтому те, у кого такой гробницы не было, старались получить хотя бы часть чудотворных останков и с большим почетом устроить их у себя в роскошном склепе.

И если вам кажется, что это сильно напоминает христианское почитание святых мощей, то вам не кажется. Именно от культа героев и пошла эта традиция. Просто у новой веры и герои были другими.

От греческих демонов христианские бесы унаследовали место обитания – воздушное пространство. А вот характер им достался уже не от эллинов, а от позднеантичных гностиков.

Гностики, как известно, презирали материю и считали, что ее создал некий злобный и невежественный дух, отпавший от истинного Бога. Соответственно, демоны, обслуживающие мир, превратились в гностицизме в многоярусный кордон, стоящий между небом и землей, чтобы не пускать к Богу души умерших. В позднем православии эта вера положила начало мифу о мытарствах.

Надо отметить, что в Риме гностицизм никогда не был настолько популярен, и, как следствие, в католическом учении нет никаких мытарств. Зато есть чистилище – тоже промежуточное место между небом и землей, но с прямо противоположной целью. Там не вполне праведные души могут освободиться от последних грехов, чтобы войти в рай.

Суровые католические ангелы, подвергающие душу испытаниям в чистилище, очевидным образом происходят от тех же благих греческих демонов, что и злокозненные православные бесы-мытари. Даже устройство чистилища такое же, как и мытарств: несколько «этажей», на каждом из которых душу проверяют на зараженность тем или иным грехом и не пропускают дальше, если найдут скверну.

Но религиоведы, так уж сложилось, чаще называют демонами совершенно иной класс существ.

Они не боги и не их слуги. Их отношения с богами такие же, как и у людей – среди них есть верующие и благочестивые, а есть такие, кто не боится ни Бога, ни черта.

Они не вредоносные духи-злыдни. Некоторые из них любят играть с людьми злые шутки и всячески вредить, но такие есть и среди людей.

Они не духи умерших. Некоторые из них были когда-то людьми, но стали демонами не после смерти, а, например, в результате проклятия.

Они не природные духи. Дриада – душа дерева. Если срубить дерево, умрет и дриада. Эти же могут поселиться в любом месте, и если это место разрушить, не погибнут, а только разозлятся.

Их вообще нельзя назвать духами: они просто не нашей природы. Они живут долго, но все же смертны, и их можно даже убить, если знать, как.

Некоторые народы дают им имена: джинны, ши, тролли, гоблины, эльфы, ракшасы, асуры... Некоторые предпочитают не называть их вовсе, обходясь эвфемизмами: «дивный народ», «добрый народец», «волосатики», «те, кто лучше нас», «неведомая сила». Иногда говорят просто – «эти» или «другие» (привет Лукьяненко с его Иными).

Предосторожность не случайная. По традиционным верованиям, «эти» всегда рядом, просто их трудно увидеть. Они могут услышать, когда о них говорят, и решить, что их позвали. А если «эти» пришли – избавиться от них будет намного труднее, и их дружелюбие может быть не менее разрушительным, чем вражда.

У «этих» есть несколько черт, которые безошибочно отличают их от всех остальных сверхъестественных существ.

Они, например, не так уж сильно отличаются от людей. В легендах мужчины часто берут в жены «этих» женщин, и те рождают им детей, которые могут быть как людьми, так и «этими».

Бывает и наоборот: если мать в сердцах прокляла своего ребенка, то «эти» могут похитить его и подменить колдовским двойником. Подменыш обычно вскоре умирает, а настоящего младенца «эти» забирают к себе, и он становится одним из них.

Возможности «этих» весьма велики. Они могут мгновенно переноситься на огромные расстояния. Могут подняться к небу и подслушать тайны ангелов. Способны наслать или вылечить тяжелую болезнь, даровать удачу в делах, избавить от врага.

Они – плоть от плоти магии, и потому всегда живут не там и не тут – в промежуточных местах. Их можно встретить в лесу или в горах, на перекрестке дорог, в пустующем доме или в заброшенной церкви. Они носятся по ветрам, танцуют на пустошах, резвятся в волнах моря. Их время – сумерки или полнолуние: не день и не ночь. В дни равноденствий и солнцестояний они сильнее всего, и тогда их можно даже увидеть невооруженным глазом.

Их связь с магией настолько велика, что у некоторых народов считалось, что любой колдун – не вполне человек, а буквально в родстве с «этими». Собственно, сильным магам приписывались те же способности. А те, кому сил не хватало (или те, кто, как легендарный Соломон, не хотели трудиться сами), пытались заручиться помощью «этих».

Правда, это всегда опасно. Есть хитрые способы, позволяющие связывать и порабощать «этих» – но, по понятным причинам, «эти» чрезвычайно такого не любят, и всегда жестоко мстят при первой же возможности.

Можно призвать их и заключить сделку, но тогда «эти» будут требовать беспрекословного исполнения твоей части договора. И разорвать его уже не получится, а если нарушишь – то не только лишишься всего, что получил, но и нарвешься на большие неприятности.

Они могут, наконец, просто проникнуться к человеку симпатией и начать ему во всем помогать. Но их расположение непредсказуемо, настроение переменчиво, а взгляды на то, что считать помощью – совершенно нечеловеческие. Желаниями и намерениями своего протеже они обычно тоже не интересуются – а вот на неблагодарность могут всерьез обидеться.

Как я и говорил в прошлой статье, отсюда у дьявола и его подручных появилась самая известная в массовой культуре черта – знаменитые сделки и договоры.

Правда, этот мотив тоже подвергся упрощению, и теперь демоны заключают договоры только на душу. В реальных европейских и азиатских преданиях условия бывали самыми разными.

Есть, например, легенда о немецком замке, владельцы которого каждый год устраивали праздник Сладкой Каши. Официально кашу варили для бесплатного угощения местных бедняков, и бедняки действительно прославляли щедрость и милосердие господ. Но главной целью праздника было исполнение давней сделки, заключенной основателями замка с князем эльфов. В обмен на подношения эльфы делали землю урожайной, погоду мягкой, а хозяйство процветающим.

Замок много раз переходил из рук в руки, но Сладкая Каша оставалась незыблемой традицией. Лишь один владелец – грубый бывший солдат – узнав об этом обычае, посмеялся над ним. Но эльфы, не получив ежегодной каши, явились к нему ночью и так избили, что он еле оправился, а вскоре продал замок и уехал навсегда.

Когда-то реальность и действенность договоров с дьяволом не подвергало сомнению ни общество, ни церковь. Сейчас в такое уже не верят. А вот то, что именно таким образом получают силу любые маги и колдуны – до сих пор часть официального церковного учения.

Но, как это часто бывает, первоисточник верования намного богаче и красочнее упрощенной и опошленной версии.