Сказки Сергея Седова как ауто-психотерапия

Многие наши поступки совершаются не по доброй воле. Они обусловлены нашим нежеланием переживать тягостные чувства: страх, гнев, вину, стыд… Мы старательно избегаем ситуаций, в которых эти чувства могут проявиться. Потому, что они вызывают выраженный дискомфорт. Избавляясь от дискомфорта, мы создаем временное улучшение самочувствия, и, в то же время, лишаем себя многих возможностей, то есть создаем не всегда заметное долгосрочное ухудшение. К примеру, человек знает, что способен на большее, что давно пора поменять рутинную работу на более интересную и оплачиваемую. Любая попытка активизирует страх: «хочешь туда, пойдем вместе, но сначала я тебе расскажу и покажу, какие сложности тебя ждут, и не просто покажу, а заберусь в каждую клетку твоего тела, чтобы ты всем нутром почувствовал: а стоит ли? Или вернись к станку и точи дальше стотысячную болванку, а я оставлю тебя со скукой, мы с ней не очень уживаемся». Страх может быть ложным, но его ощущение очень даже истинно. И, что очень важно, страх держит свое слово – как только человек возвращается к рутине, он его оставляет. Но ненадолго, до того времени, когда человек снова зайдет на его территорию. Иногда чувства настолько захватывают человека, что начинают управлять его жизнью. До тех пор, пока человек не получит доступ к своим ценностям. Когда мы движемся к тому, что для нас по-настоящему ценно, мы готовы перенести присутствие неприятных попутчиков. Чем большую ценность реализует человек, тем более тягостное чувство он способен перенести. В сказке, которая ниже, ставка очень велика.
«Жила-была мама. Она вообще-то была смелая. Только мышей очень боялась. А еще больше — крыс (крыс даже папа боялся).
Вот однажды мама ночью проснулась, смотрит, стоит рядом с кроватью большущая крыса. Мама ужасно испугалась, но папу будить не стала (она знала, что он тоже испугается).
А крыса вдруг как заговорит человеческим голосом:
— Я уйду навсегда, если ты исполнишь три моих желания! Во-первых, отдай мне колбасу варено-копченую.
Мама достала из холодильника килограмм колбасы варено-копченой, отдала крысе (сама думает: лишь бы только ушла!).
— Во-вторых, — говорит крыса, — отдай мне молоко повышенной жирности.
Мама и молоко отдала! (Сама думает: хорошо, что я купила вчера пакет как раз повышенной жир¬ности!)
— А в-третьих, — говорит крыса, — отдай мне своего маленького сыночка!
Тут мама схватила крысу за хвост и (хотя, конечно, страшно было) выбросила ее в окошко (а жили они на 29-м этаже).
Вот летит крыса и думает:
— Насчет сыночка — это я зря! Лучше бы сыра взяла, пошехонского!»