Фрэнк Мир: Бросок Федора Емельяненко был для меня позором

Экс-чемпион UFC в тяжелой весовой категории Фрэнк Мир считает, что длительный перерыв в боях негативно повлиял на способность Мира сохранять собранность в бою с Федором Емельяненко. В своем подкасте phoneboothfighting Мир рассказал, какой именно удар оказался решающим.

О причине поражения:
«Я в порядке, но расстроен исходом боя. Федор выдающийся боец. Бой начался с успешных моих действий. Думаю, что в технике ударов руками я многому научился в зале Мейвезера, но мне стоило больше времени уделить своей базе, то есть джиу-джитсу.

Я доволен своими навыками бокса, но силовые параметры ухудшили мою реакцию. Если вы посмотрите, когда он упал и поднимался, я держал руку на его голове, но вместо этого мог с легкостью перейти на «гильотину». В результате я оказался в неловком положении, не решаясь нанести удар коленом. В тот момент я сомневался — по новым правилам ММА мы деремся или по старым. Могу ли я наносить удар коленом, когда его руки были на полу? В бою с таким бойцом как Федор медлить даже на одну секунду нельзя. Даже мгновения ему было достаточно, чтобы подняться. 

А затем он выполнил красивый бросок. Это ударило по моему эго. Для меня было позором, лететь в таком амплитудном броске с ногами кверху. После этого я перешел в режим уличного боя. Я наносил удары левой после удара левой, не заботясь о том, чтобы драться с умом и собранно. Два года простоя сказались на мне, я дрался с эмоциями вместо того, чтобы быть стратегом.

Я позволил своему уязвленному эго захватить меня. Обычно я хорошо справляюсь с эмоциями в бою. Но тот полет в броске сильно меня подкосил. Бросок сам по себе не принес мне вреда, не провалил для меня раунд. Но амплитудность броска сильно на меня повлияла. Мне нужно было успокоиться, остановиться, понять, что я все еще впереди в ходе раунда, потому что я сумел отправить его в нокдаун. Но меня взбесил яркий и показательный бросок. После него я перешел в режим убийцы, вместо того, чтобы вести себя как хладнокровный боец смешанных единоборств».

О решающем ударе:
«Я очнулся в партере и пытался восстановиться. Я, конечно, предпочел бы, чтобы у меня было еще время, но остановка все равно была правильной. Я не понимал, какой именно удар меня подкосил до тех пор, пока не увидел позже короткий клип. Он нанес хороший удар. Сейчас у меня затылок болит и опух гораздо больше, чем челюсть или висок. Но это моя вина, а не его. Меня спросили, не был ли тот удар правой по затылку запрещенным [неумышленным] ударом. Нет, я сам себя подставил. Нанося удар левой рукой, я сильно провалился вперед. Эту ошибку я пытался давно исправить. Но я был все еще взбешен [броском] и вернулся к старой технике. Он нанес удар правой, и в результате удар попал по затылку. Именно этот удар правой стал самым мощным воздействием, после которого я оказался в ступоре. Ни челюсть, ни висок после этого эпизода не болели так, как та часть затылка [куда пришелся удар правой]».

О зрелищности поединка:
«Я рад, что мы хорошо развлекли публику. Моей ошибкой было то, что я позволил ему восстановиться. А Федор все еще жестко бьет. Даже в своем поражении Митриону он сумел его свалить ударом. Он все еще мощный нокаутер, благодаря своей скорости». 

О матче-реванше:
«Дальше я хотел бы получить бой с кем-нибудь не настолько опасным как Федор, чтобы вновь почувствовать почву под ногами. Если Федор сумеет пройти дальше и добьется успеха в Гран-при, то мне хотелось бы, чтобы он провел со мной первую защиту титула, при условии, что я заберу себе несколько побед по пути».

О возможности при контракте с Bellator провести бои в ACB:
«Да, если Bellator дает согласие. С точки зрения финансов такая возможность очень хороша».