А ты бы убил?

- В соседней комнате мой зять снова избивал мою дочь. На глазах моей внучки. Я побежал к себе, снял со стены ружье, вернулся и направил ружье на него...Я увидел только, как у него пошла кровь изо рта, выстрела я не слышал...

Старенький актер сидел на табурете в круге света и произносил свою речь в абсолютной тишине. Спектакль. Зал замер в темноте, ловя каждое слово. Герой вступился за свою избиваемую дочь, но закон суров - и вот он в тюрьме, ждет приговора. Старик-отец поступил так, как должен в нашем представлении поступать настоящий мужчина: защищать свою семью, свою женщину, своих детей.

Я смотрела и спрашивала себя: а мой бы отец смог бы убить за меня?

Мои отношения с отцом всегда были непростыми. Со стороны все выглядело вполне счастливо и благополучно. Добродушная улыбка, нехитрые анекдоты, неконфликтный, хотя и прямой, все в семью - в глазах соседей и родственников заботливый отец каких поискать. "Отец у вас золотой, - нахваливала бабушка нам с сестрой моего отца - своего зятя. - Повезло вам с ним". Я послушно кивала, но все же что-то внутри не соглашалось с этим. Как будто в горле застревал протест и что-то сжималось в груди. Что это было - я смогла понять только спустя годы, с психологами и горами книг и статей.

Это была боль. Боль, которую мне причиняли отцовские слова, отцовская критика, поступки. Слова - грубые, резкие, высмеивающие, унижающие. Равнодушие, обесценивание - "да чего ты там можешь". Использование - как слив для плохого настроения или неважного самочувствия: проблемы на работе или трещит голова после вчерашнего - кто в этом виноват? Конечно, дочь. Получай, раз заслужила. Не физическим битьем, слава Богу, но слова и гневные крики ранят ничуть не слабее. Просто раны от них остаются не на теле, на душе, а значит, и невидимы для обычного зрителя. Увидит их только психолог, и то, если к нему дойдут.

Что еще? Запрет на любые чувства, кроме чувства радости на лице, ну и благодарности за счастливое детство. "С жиру бесишься," - говорил отец, не признавая ни права на слезы, ни на грусть, ни тем более на злость. Злость была исключительно его привилегией.

Но самое сильным и самым токсичным было то, что отец транслировал как бы постоянно, фоном: он ненавидел женщин, считая их вторым сортом. В нашем патриархальном российском обществе это, впрочем, очень распространенная позиция, отчего, правда, не легче. Нам, женщинам и девушкам, испытавшим (и испытывающим) на себе подобное презрительное отношение, имя легион. Курица - не птица, женщина - не человек. Бабы - дуры. Ты баба, а значит, ты дура, и этим все сказано. Все, что ты делаешь, второсортно и никчемно, все, что ты говоришь, - глупый бред. Чего ты там лепечешь? Ты, женщина, - недоделка человека и призвана быть ему служанкой. И кстати, ты всегда и во всем виновата: и в своих бедах, и в моих.

Я долго этого не понимала. Долго - это лет до тридцати восьми. Все детство и потом я старалась изо всех сил заслужить любовь и признание отца. Учеба - только на отлично, институт - только с красным дипломом. Результаты, достижения, больше и больше. Я все время как будто стояла на цыпочках и тянулась изо всех сил: "Папа, заметь меня! Скажи, что я хорошая, что я достойная, посмотри на меня с любовью, папа!" Доказать, что я хорошая, заслужить любовь - точно такое же желание у меня вызывал любой холодный и бессердечный мужчина - такой, который напоминал мне отца. А в ответ лишь еще больше равнодушия и холода. Попляши, девочка, покажи, как ты меня любишь, может, я и снизойду...

Психологи говорят, что взрослеешь - это когда, в первую очередь, начинаешь видеть своих родителей не как богов и каких-то эталонных человеков, а как просто людей, со своими особенностями, достоинствами, пороками. И начинаешь видеть, что в любых отношениях есть ты, а есть - другой, и у каждого свой вклад. И перестаешь винить себя во всем, что происходило, - именно потому что есть этот другой и его ответственность за все, что он говорил и делал с тобой и тебе. И понимаешь, что тогда, в детстве, у тебя не было выбора - ты была ребенком, а родители были целым миром, Вселенной, и надо было как-то выживать рядом с ними, принимать их правила и соглашаться: "Да, я плоха и никчемна, и это мне надо исправлять себя. Я буду стараться, вы только любите меня хоть чуть-чуть".

В детстве выбора не было. Но сейчас он есть: продолжать "бежать" за отцом или развернуться и пойти в другую сторону. Понять, что здесь тепла и признания никогда не получить, и позволить себе оплакать надежды на идеального папу. Осознать, что это я - не плохая и не скверная и никогда не была средоточием всех пороков и несовершенств мира. Я просто была ребенком и всего лишь искренне и сильно любила своего отца - так, как умеют любить дети. И не распознала, что меня не любят в ответ. А презирают не конкретно меня, а "вообще": все вы бабы - дуры.

Мой отец - добродушная улыбка, нехитрые анекдоты, неконфликтный, хотя и прямой, все в семью - в глазах соседей и родственников заботливый отец, каких поискать. Но я точно знаю, отец, что за меня ты бы не убил. Потому что - "сама во всем виновата"...

И я выбираю развернуться в другую сторону.

#ТатьянаЛебедева