Перевод в палату из реанимации

Начало тут.

После того, как я очнулась в реанимации за мной наблюдали еще два дня. Все эти два дня за мной ухаживал тот молодой санитар, который спрашивал очнусь ли я, пока я была в коме. Мне было жутко стеснительно перед ним, он был не старше меня по возрасту, а может и младше. Он заметил это и сказал: "Ничего, ничего, все хорошо."

Через два дня меня обрадовали, сказали, что я быстро иду на поправку и перевели в палату.

Мне еще сложно было ухаживать за собой самостоятельно, а боксов в больнице не было. Вообще больница была сильно переполнена, медсестры работали в бешеном ритме, но все равно все не успевали. По этой причине врачи попросили мою маму на неделю остаться со мной в больнице, разрешили спать на узенькой кушетке в коридоре или на собственной раскладушке между кроватями.

Мама рассказала мне, что в тот момент, как я вышла из комы, другая женщина в реанимации умерла. Мама как раз была в больнице когда ее везли в морг и видела это, она начала переживать обо мне еще сильнее, но тут же услышала радостную новость. Впрочем слухи об этом по больнице прошлись словно легкий ветерок и утихли, некогда было верить в мистику.

В палате, куда меня перевели, было 8 человек. У одной из женщин была подобная с моей проблема, ее оперировали уже не первый раз. Сейчас опять возникли трудности, она сразу обратилась в больницу, к счастью на этот раз была не полная, а частичная непроходимость кишечника. Был шанс, что обойдется без последствий в виде постоянной стомы на животе.

Она много рассказывала о себе и своих операциях, они начались у нее уже после рождения первого ребенка, потом она смогла чудом родить еще одного. В моем же случае операции начались с детства. Я смотрела на нее и не верила, что меня может ждать тоже самое, что и ее, только в более молодом возрасте.

Она пыталась подбодрить меня, держаться уверенно и быть позитивной, но взгляд выдавал ее. Взгляд был наполнен жалостью ко мне и к себе самой, на лице читалось чувство безысходности. Я видела, что она цепляется за нормальную жизнь изо всех сил, но нормальная жизнь осталась где то там, до первой или может быть быть второй операции.

Мои швы заживали хорошо, кушать очень жидкую пищу разрешили уже на 2й день перевода в палату. Но с питанием были проблемы, я могла пить овсяный кисель, но не могла есть даже жидкую пюреобразную пищу. Меня рвало. После 3 неудавшегося раза врачи засуетились. Мне снова стали делать рентген с барием каждые 2-3 часа в течение суток.

Ко мне был прикреплен молодой врач, он пришел и сообщил, что у меня непроходимость и скорее всего меня снова придется оперировать. Сказал, что есть последний шанс, что у него получилось "выбить" для меня какую-то супер пупер инъекцию, мне поставят укол и понаблюдают еще 12 часов.

Я не знаю на самом ли деле это был такой супер пупер укол или он просто хотел подбодрить меня и дать надежду, возможно рассчитывал на эффект плацебо. Я не знаю. Врач зашел в палату поздно ночью, было больше 2 часов ночи (это около 5 часов после укола). Сказал, что к сожалению, укол не помог, ждать еще на консилиуме не разрешили, что на 8 утра назначена операция. Попросил ничего не есть и не пить.

Еще он сказал, что такое в их практике впервые, впервые рецидив случился так быстро. Сказал, что это особенность организма. Что утром попытаются сделать все возможное, чтобы я осталась жива и не стала инвалидом, но ничего гарантировать не могут.

На последних словах он старался не смотреть в глаза, потом быстро ушел в ординаторскую. Мама заплакала, я тоже немного всплакнула. Затем я взяла себя в руки, сказала, что сейчас схожу в туалет, а затем мы должны попытаться поспать.

Мама проводила меня до туалета. И осталась ждать в коридоре. Когда я уже собиралась выходить, то в туалете со звоном распахнулось окно..

Продолжение напишу в следующей статье.