История с Дмитрием далась Лере тяжело. Осознать, что её использовали, было больно...

11 June
5,2k full reads
15k story viewsUnique page visitors
5,2k read the story to the endThat's 33% of the total page views
10,5 minutes — average reading time
Художники Михаил и Инесса Гармаш.
Художники Михаил и Инесса Гармаш.
Художники Михаил и Инесса Гармаш.

Для новых читателей:

Друзья! Я считаю правильным предупредить о том, что Вы читаете художественное произведение - повесть о жизни людей из одной семьи и их друзей. Время событий - с 1981 года по настоящее время. В повести несколько параллельных сюжетных линий. Герои вымышленные, это собирательные образы. Но многие характеры и события написаны «с натуры» и действительно когда-то имели место быть.

Если будет интересно – оставайтесь, буду рада.

Все опубликованные ранее главы можно найти по ссылкам здесь:

Содержание повести «Научи меня прощать» .

Если я кому-то не ответила в комментариях - прошу простить. Это не из-за невнимания к Вам, а исключительно из-за недостатка времени.

Приятного чтения!

_____________

Весна 1992 года выдалась стремительная и яркая. Весь март продержались морозы, и только к концу апреля сошёл, наконец, снег.

Капель отзвенела, в воздухе зазвучали скрипучие голоса прилетевших грачей. Старые парковые тополя покрылись темными пятнами гнёзд.

Солнце золотило верхушки просыпающихся деревьев и Валерии казалось, что она тоже просыпается, вместе с оживающей природой.

Словно это её душа звучит мелодией лопающихся под теплым ветерком почек, выпуская на свет крошечные молодые побеги.

Валерии нравилась ранняя весна. Не та, что придёт чуть позже, ворвавшись в жизнь птичьим гомоном, соловьиными любовными песнями и буйством сочных зелёных красок.

Ей нравилось наблюдать, как просыпаются деревья, встряхивая ветвями с набухающими почками, как пробивается на газонах молоденькая травка, как терпко и вкусно пахнет в воздухе свежим ароматом распустившихся берёзовых серёжек.

Был у неё в этом предпочтении и свой маленький меркантильный интерес.

Можно было спрятать в шкаф надоевшие за зиму высокие зимние сапоги и достать коробки с туфлями. Пусть утяжелённые, весенние, но туфли!

А главное – к ним прилагалась коллекция капроновых колготок.

Чёрные, телесные, коричневые…

Валерии нравилось изящество её ног, обтянутых плотным капроном. Нравилось присаживаться на скамью в парке, смотреть в синее высокое весеннее небо, и, положив ногу на ногу, небрежно покачивая туфелькой, исподтишка наблюдать, как останавливаются на её одинокой фигурке мужские взгляды.

Этой весной она чувствовала в подобном необходимость.

Она была привлекательной женщиной и чувствовала свою красоту, но когда тебя так откровенно обманывают, начинаешь сомневаться в себе.

История с Дмитрием далась ей тяжело. Осознать, что была игрушкой, её банально использовали, а потом бросили за ненадобностью, было больно.

Ещё больнее было чувствовать себя неким бонусом, приятным и бесплатным, который автоматически прилагался к нужной проходимцу вещи.

После той ночи, когда она в слезах прибежала к отцу с Зиной, она уже научилась называть вещи своими именами.

Дмитрий был не просто проходимцем, он был альфонсом. Это стоило признать сразу же, как только она увидела его вместе с этой крашеной женщиной, старше его на добрый десяток лет. То, как она собственнически держала его под руку, как обращалась к нему, его равнодушный взгляд и спокойное: «Девушка просто обозналась!» - сразу сложили в голове картинку.

Это было похоже на детскую игру в «пятнашки». Пятнадцать цифр, выложенных квадратом в коробочке, с одной пустой клеткой. Передвигая цифры, требовалось расположить их все по порядку. У Леры всегда много времени уходило, чтобы поставить на место последнюю фишку с цифрой «15».

Сейчас эта фишка стояла там, где ей было место. От этого хотелось плакать. Но Лера уже смирилась, поэтому обуздывать внезапно подступающие слёзы обиды было намного легче.

Три месяца она провела в состоянии, которое психологи, если верить умным книжкам, называли словом «депрессия». Она похудела, плохо спала и. кажется, разучилась радоваться.

Даже работа, которая раньше вызывала столько эмоций, теперь не приносила никакого удовольствия. Она забросила научные изыскания, папки с бумагами и книги пылились без дела на подоконнике. Пожалуй, только экскурсии ещё придавали её жизни некий градус оживления.

Усилием воли, она водрузила здравый смысл впереди эмоций в своей шеренге приоритетов.

На данный момент Валерия предпочла погрузиться с головой в заботу об отце. Это отвлекало от личных переживаний и самоедства, в которые Леру то и дело швыряло на всплесках её эмоционального шторма.

Зина всё-таки потащила Якова в поликлинику на следующий день, как и обещала. Валерия пошла с ними.

Оказалось, правильно сделала, потому что суровая врач-кардиолог, посмотрев на бледное лицо мужчины, тут же отправила его в кабинет ЭКГ. Прямо там, пока Яков лежал на кушетке, облепленный проводами, она внимательно рассмотрела длинную бумажную ленту с чернильным узором из пиков и линий, приказала ему ни в коем случае не вставать, а сама стала крутить диск телефонного аппарата, вызывая «скорую».

Успокоив Зину с Лерой, перепуганных её энергичными действиями, кардиолог объявила, что они молодцы, потому что «притащили папеньку в больницу вовремя». Продолжая ворчать о «тянущих до последнего неразумных мужиках», она принялась писать направление на госпитализацию.

Яков, как ни странно, протестовать не стал.

Зина отправилась вместе с ним на «скорой» в больницу, вручив Валерии ключи от квартиры и подробные инструкции по сбору необходимых вещей.

Смена белья, теплый халат и носки, тапочки, личная посуда, маленький кипятильник, пару газет и журналов… Остальное можно было привезти и позже. Что там ещё обычно нужно в больнице? Книги. Может быть, радио…

У неё есть маленький «походный» радиоприёмник, работает от сети и от батареек, надо бы спросить отца, нужен ли он ему…

Валерия собрала вещи в аккуратную стопку, уложила в яркий пакет с изображением ковбоя, с рекламой сигарет «Мальборо».

Такие пакеты стали модной новинкой, их берегли и даже мыли, вывешивая сушиться, как обычное белье – на верёвке, прижимая прищепками.

До больницы она добралась быстро. В приёмном покое разыскала Зину, который раз поражаясь силой воли этой женщины.

Зина шутила, не проронив ни слезинки, хотя врач, который вышел с ними поговорить, сказал, что положение серьёзное. Сердце изношено, и ещё одного инфаркта может не выдержать.

Лера побледнела при этих словах, а Зина, ничуть не изменившись в лице, кивнула, доверительно взяла врача «под локоток», отведя его в сторонку.

- Доктор, простите, как Вас величать по имени-отчеству?

Врач, мужчина средних лет, аккуратно поправил на носу очки.

- Алексей Михайлович.

Зина с интересом на него посмотрела.

- Ого! «Тишайший», значит…

Мужчина удивлённо на неё взглянул, а потом понимающе улыбнулся.

- Это вряд ли. Я только по имени-отчеству «тишайший», а по натуре, и для своего отделения как раз наоборот. *

- Это замечательно! – просияла Зина. – Значит, мой муж попал в надежные руки.

Но глаза у неё были серьёзными.

- Алексей Михайлович, у меня большая просьба, все Ваши рекомендации по поводу лечения и режима подробно говорить мне. Боюсь, что муж к этому отнесётся невнимательно.

- Конечно, - врач усмехнулся, - это я уже понял. Однако, несмотря на то, что положение серьёзное, оно далеко не самое худшее. Ему всего пятьдесят восемь. При надлежащем уходе и соблюдении режима и диеты, Ваш муж быстро поправится и проживёт ещё долгие годы.

Зина благодарно кивнула.

- Вытащите его из этой передряги, доктор. За мной не пропадёт.

- Это лишнее. – Алексей Михайлович покачал головой. – Во-первых, мне уже звонили, а во-вторых, я лечу всех одинаково. Не взирая на регалии.

- Простите, кто Вам звонил? – Зина была удивлена.

- Видимо, ваш Яков Григорьевич очень непростой человек, если о его здоровье так сильно пекутся. – Алексей Михайлович многозначительно прищурился. - Кто звонил, неважно. Да имя Вам ничего не скажет. Я так думаю, что кто-то сильно забеспокоился, не застав сегодня Вашего мужа на рабочем месте.

Зина задумалась.

- Да, это вполне возможно. Когда можно будет к нему прийти?

- В любой день, в часы посещений. Если нужно будет что-то узнать о процессе лечения – звоните мне лично. Это мой рабочий номер. – Мужчина протянул Зине маленький бумажный прямоугольник с напечатанным на машинке телефонным номером. - Теперь, простите, мне нужно идти, меня ждут пациенты. Остальную информацию Вам подскажут в приемном покое.

Он быстро развернулся и стремительно ушёл куда-то вверх по больничной лестнице.

- Что он сказал? – Лера подошла к Зине и посмотрела вслед врачу.

Та вздохнула.

- Лерочка, ну что он скажет? Похоже, инфаркт у Якова. Но ты не волнуйся, врач толковый, это сразу видно.

Валерия кивнула.

- Нужно записку написать папе, передать с сестрой, которая передачи принимает. Пусть напишет, что ему нужно, что принести. Может что-то из продуктов надо, я достану.

- Конечно. – Они вышли из корпуса, и Зина устало привалилась к больничной стене.

Лера испуганно охнула и подхватила её под руку.

- Вы как? Всё хорошо? Может, посидеть немного? Только холодно на улице…

- Нет, Лерочка, не пугайся. Я просто перенервничала. Поедем домой? Переночуешь снова у нас, зачем тебе в общагу свою ехать. К Якову нужно приезжать каждый день, придётся по очереди…

Она задумалась.

- Надо Ольгу попросить, она не откажет.

- Ольгу? – Лера удивилась. – Кто такая Ольга?

***

Лера, подставив лицо весеннему солнышку, удобно расположилась на скамье в парке.

Как же хорошо…

Ветерок почти тёплый, воробьи чирикают так громко, что не слышан шум проезжающих мимо машин за парковой оградой.

- У Вас свободно? – молодой весёлый голос выудил Валерию из собственных мыслей.

- Олечка!

Валерия вскочила со скамьи и кинулась к красивой улыбающейся молодой женщине, державшей за руку маленькую девочку в сиреневом комбинезончике, которая с любопытством таращилась на незнакомую тетёньку, вцепившись другой маленькой ручкой в прогулочную коляску.

- Привет, Лерочка! – Ольга весело рассмеялась. – Замечталась? О чём мечталось хоть?

- О хорошем, Оля, о хорошем. Ну что, прогуляемся? Как Костя?

Ольга слегка махнула рукой.

- Сложно… Ученики есть, конечно, но мало. Люди сидят без денег… У тебя ведь тоже в музее теперь не сахар? Хорошо, что хоть эти деньги платят. Невесть что творится вокруг.

Она вздохнула.

- Как папа? Всё хорошо?

Валерия улыбнулась.

- Ты же знаешь Зину? Она, как конвоир, ходит за ним по всей квартире. Лекарства по часам, прогулка по часам, даже в магазин на работу к нему приходит. Он делает вид, что сердится, а на самом деле – млеет от удовольствия.

Женщины рассмеялись.

- Даааа… Мама Зина – это кремень! Если она сказала, что Яков будет жить до ста лет, то лучше этот план выполнить. А то хуже будет!

Ольга взяла Анечку на руки и уселась на скамейку. Девочка занялась деревянной машинкой.

- Ого! – Лера заинтересовалась. – Откуда такая красота?

Ольга улыбнулась.

– Соня прислала. Наследство от Павлика. Он уже большой, вырос из таких игрушек. Подумать только – ему уже шестой год пошёл. Скоро в школу! Словно вчера было… Машинку дед вырезал, Павел Ефимович. Он как на пенсию вышел, резьбой по дереву увлекся. Такие вещи создает! Настоящие произведения искусства!

Непоседливая Анечка уже тянула мать за руку.

- Бака! Ма! Бака!

Лицо Валерии выразило крайнее недоумение. Ольга развеселилась.

- Это она собаку увидела, там, за забором! Смотри!

Девочка действительно тянулась ручонкой к забавному спаниелю, которого выгуливала пожилая дама. Его длинные уши в коричневой кудрявой шерсти подметали весенний асфальт.

Ольга усадила дочь в коляску и молодые женщины стали медленно прогуливаться по аллее.

- Над предложением Кости ты думала? – Ольга внимательно следила за асфальтовой дорожкой, по которой то и дело проносилась бегающая ребятня. – Это удачное стечение обстоятельств тебе только на руку. Мне кажется, что он прав. На преподавательской работе тебе будет лучше.

Валерия зябко поёжилась.

- Думала, Оля, думала. Музеи сейчас переживают не лучшие времена. В институте, по крайней мере, хотя бы платят. Я к этим новым заоблачным ценам никак не привыкну. Колбаса на завтрак по 80 рублей... Десяток яиц – 25 рублей. Это после наших копеечных цен… Зарплату теперь в тысячах получаю. Январскую зарплату выплатили в марте. Апрель к концу подходит, а за февраль только «расчётку» получила. Судя по обстановке, дальше будет только хуже.

Ольга невесело кивнула.

- Знаешь известный анекдот? Встречает пессимист оптимиста. Пессимист: «Нет, хуже уже не будет…» Оптимист (радостно): «Да будет, будет!!!»

Валерия рассмеялась.

- Точно! Кстати, как майские праздники будете встречать?

- Нас Светлана с Виктором к себе на дачу пригласили! Кстати, ты тоже приглашена. Поедешь с нами? Будем сосиски на костре жарить и картошку печь. Как в старые добрые времена.

Валерия довольно улыбнулась и радостно кивнула.

- Поеду! Папа с Зиной тоже едут, да?

- Конечно! Куда же без них? В тесноте, да не в обиде. Первый этаж отстроен, и во времянке спальные места есть. Разместимся. По поводу работы думай. В начале лета преподаватель уходит. Тебя как раз могут взять на это место, тем более, что у тебя и образование, и научная работа – всё как раз имеется.

- Хорошо. – Валерия улыбнулась. – По «Марсу»? Я угощаю!**

Ольга кивнула, и женщины направились к ближайшему «комку», как стали называть в народе коммерческие ларьки, торговавшие всякой всячиной.

Они ещё немного побродили по парку, но вскоре Ольга засобиралась домой. Анечка капризничала, ей пора было спать.

За прошедшие два месяца Валерия и Ольга очень сдружились. Права оказалась Зина, когда знакомила их, они прекрасно поладили…

***

Следующие дни, после встречи с Ольгой, у Валерии выдались сложными.

Она приняла окончательное решение уйти из музея.

Перспектив в нынешнем положении ей эта работа не сулила никаких, зарплату задерживали, нужно было думать о будущем.

Валерия посетила университет, где преподавал Константин, убедилась, что её точно возьмут на должность преподавателя на биологический факультет.

Предстоял неприятный разговор с начальством – желающих работать в музее не было.

Как она и предполагала, её попытались припугнуть тем, что в связи с уходом с работы она лишалась права на пользование общежитием. Однако попытка была бесполезной, поскольку ей всего лишь предстоял переезд. Из одного общежития в другое. А поменять комнату на комнату было не так уж и страшно.

Хотели или не хотели, но отпустить придется. Тем более, что об уходе она предупредила заранее, положенные две недели отрабатывала с лихвой.

Словом, жизнь налаживалась…

Предстояла приятная поездка на дачу. Прекрасно! Она не привыкла приезжать в гости с пустыми руками. Во всяком случае, нужно подумать, что может понравиться Вере (ведь ей уже почти восемнадцать) и четырехлетней Надюшке...

Она шагала, глядя себе под ноги, размахивая сумочкой. Она непременно сплетёт венок из одуванчиков! И Надюшке, и маленькой Анечке. Нужно отыскать свой старенький фотоаппарат, вдруг его ещё возможно реанимировать?

Валерия так была увлечена этими размышлениями, что не сразу поняла, что у неё на пути возник какой-то человек.

Женщина попыталась обойти его, по-прежнему погруженная в свои мысли. Она автоматически пробормотала: «Извините!», сделав шаг вправо. Но человек тоже шагнул вправо.

Лера двинулась влево, но мужчина преградил ей дорогу.

Только тогда Валерия подняла глаза.

Перед ней стоял Дмитрий…

__________

* Алексе́й Миха́йлович по прозвищу Тиша́йший (9 (19) марта 1629, Москва — 29 января (8 февраля) 1676, Москва) — второй русский царь из династии Романовых (14 (24) июля 1645 — 29 января (8 февраля) 1676), сын Михаила Фёдоровича и его второй жены Евдокии.

** Mars (по-русски «Марс») — шоколадный батончик, производимый американской компанией Mars Incorporated. Впервые был изготовлен в 1932 году в Слау (Великобритания) американским предпринимателем Форрестом Марсом. Рецепт изготовления батончика не изменился и до сегодняшнего дня, но его размер и пропорции основных ингредиентов менялись год за годом.

____________

Повесть "Научи меня прощать". Глава 96.

Ссылки по повести:

Начало здесь...

Предыдущая глава здесь...

Содержание повести "Научи меня прощать"

Продолжение здесь...

Любое полное или частичное копирование и использование текста запрещено. Любое использование текста с указанием авторства и ссылкой на оригинал - только с разрешения автора.

Свидетельство о публикации №221061101538

___________

Друзья, не забывайте проверять подписки! Напоминаю, что Дзен может самостоятельно отписывать читателей от выбранных ими каналов.

___________

Нормальная конструктивная критика приветствуется. Но не забывайте, пожалуйста, что у "критики" и "оскорбления" нет знака равенства. Это разные понятия.

Напоминаю правила канала (для новых читателей): Запрещена нецензурная лексика. Подобные комментарии вынуждена буду удалять. В общении друг с другом убедительная просьба не переходить на личности . У каждого - своё мнение. Не обязательно неправильное, просто - другое.