Да здравствует книжная свобода!

Когда количество книг в нашей домашней библиотеке перевалило за две тысячи, мы поняли, что с этим нужно что-то делать. Книги стали полноправными хозяевами нашей квартиры и было такое ощущение, что нам скоро придется переселиться в коридор. А тут еще и всеобщая цифровизация наступала, у меня появилась первая электронная читалка. Про буккроссинг тогда не знали, в библиотеки пока еще не относили, в букинистический... Это они сейчас возродились, в начале двухтысячных было как-то не до старых книг. Как быть?!

И тогда мы решили отправить книги на временное хранение в небольшой сухой подвальчик, который нам достался при переезде на новую квартиру. раздобыли ящики из-под бананов, аккуратно сложили туда те книги, которые после долгих споров и вырывания друг у друга — "ты что, это мне нужно!"— все же были определены как "ну это до лучших времен". До каких лучших, пока было непонятно, и меня мучило тайное сомнение, что они вообще настанут.

Но они настали. К старым бумажным книгам возник внезапный интерес, в городах, в том числе и в нашем, появился книгообмен, книги стали просить в библиотеки, в пансионаты для стариков, в лагеря и на турбазы, в библиотеки при храмах. И я спустилась в подвал. Нет, я и раньше сюда заглядывала, чтобы найти ту или другую книгу, которой не было в электронном виде. Но потихоньку стала целенаправленно собирать посылки и передачи тем, кто просил о книгах в сетях, просто знакомым. В результате вынесли из плена на свет Божий коробок десять, если не больше. Даже в Крым в гостевой дом "Ле Ди" отправились четыре большие сумки, пополнилась библиотека нашего Вознесенского храма: православной литературы было уже тоже очень много, она была читана не раз, решили - пусть и другие читают.

А в начале июня я вдруг решила окончательно разобрать остатки, сложить все, что нужно, в одну стопку, все, что лично для нас не представляет интерес, раздать. Жаль мне их стало, жертв электронного нашествия, не по своей воле заточенных в подвальной темноте. Книги для меня всегда были чем-то большим, чем просто бумага с напечатанными на ней буквами. Как написала моя знакомая писательница в своем рассказе, у бумажных книг есть душа, и я всегда это чувствовала. А в последнее время это чувство как-то обострилось.

Так вот, решение пришло спонтанно и стало укрепляться: вывезти те книги, с которыми расстаться нет сил (память, ностальгия, просто жаль), в большой дом свекрови за городом, купить книжные шкафы и торжественно их расставить на полки. Вот пусть там стоят. И буду я на пенсии глубокой разглядывать их разноцветные корешки, вытаскивать наугад - о, "Корабль дураков"! — и перечитывать, сидя в саду в гамаке (здесь улыбающийся смайлик). Рада была и соседка — ей досталось два огромных пакета детективов.

Но в залежах я обнаружила действительно ценные экземпляры, которые не только вызвали ностальгические чувства, но и явно пригодятся мне в работе. Например, толстенный роман Владислава Бахревского "Долгий путь к себе" о Богдане Хмельницком. Просматривая литературу по тому периоду для своей следующей книги, я даже такой и не встречала. А он лежит у меня в подвале в коробке... Полистала, с удовольствием увидела упоминание о том времени, когда Хмельницкий и его заклятый враг Иеремия Вишневецкий находились в моей родной Паволочи — значит, написанному можно верить. Теперь нужно прочитать, что-то не помню, что я это читала раньше. Но вот время пришло...

И хотя было довольно сложно ковыряться в такую жару в подвале среди пыльных коробок, я как истинный книгоман, испытала настоящее, ни с чем не сравнимое удовольствие, ну как от встречи с очень старыми друзьями. Дорогие мои, здравствуйте, я вас больше не засуну в тюрьму. Да здравствует книжная свобода!