Музыка и небо. Что может реактивный вертолёт КА-27 в руках романтика-авиамоделиста

Классический реактивный вертолёт летает, кружит, парит, выполняет подъём, снижение и неподвижно зависает в воздухе, повинуясь движениям опытного пилота на пульте управления. Чтобы модель беспрекословно подчинялась спортсмену, необходимы годы тренировок, «твердые» руки и бесконечная любовь к небу… и музыке.

Реактивный авиамоделизм – хобби не для новичков. Это спорт для гуру-авиамоделистов, настоящих профессионалов своего дела, готовых часами пилотировать летательный аппарат, ловя восходящие и нисходящие потоки воздуха. Знакомьтесь, Михаил Мухин, профессиональный авиамоделист и музыкант, действующий член авиационного спортивного клуба «РусДжет».

Полёт вертолёта для Михаила – это та же мелодия, которую можно наигрывать. Но не на музыкальном инструменте, а управляя великолепной машиной с отличными лётными характеристиками. В результате получается целое музыкальное произведение, где звук взлетающего вертолёта – это вступление, шум лопастей – повторяющийся мотив музыкальной фразы. Кульминацией захватывающего действа становится зависание большегрузной машины, а финалом – посадка и остановка двигателя.

Сам авиамоделист считает, для того чтобы управлять реактивным вертолётом, нужна практика:

– Это как на фортепиано или на скрипке. Необходим каждодневный упорный труд, чтобы достичь первых успехов. Я, например, занимаюсь авиамоделизмом всю жизнь. По профессии – музыкант. Но с детства мне нравилось, что называется, «гайки крутить»: что-то мастерить, собирать своими руками. Начинал со спортивных пилотажных самолётов. Они по-другому летают – выполняют целый комплекс фигур высшего пилотажа. Но, мне кажется, это как спортивные танцы – интересно только узкому кругу специалистов.

Поэтому уже лет двадцать Михаил Мухин летает на вертолётах или, как говорит он сам, «просто радует людей». На фестивале «Московское небо», который проходил в конце августа в подмосковной Балашихе, спортсмен управлял 25-килограммовой реактивной машиной КА-27. Этот многоцелевой вертолёт корабельного базирования в советское время решал целый комплекс военных задач, таких, как: обнаружение, отслеживание и уничтожение подводных лодок.

Для управления такой махиной одного человека мало. Требуется команда, как минимум из двух человек – один летит, другой выпускает снаряды. Всё, как в настоящем вертолёте. Любая ошибка может стать либо трагичной, либо очень печальной для пилота и для зрителей. Самостоятельная сборка моделей – дело кропотливое, долгое (у Михаила ушло около четырёх лет) и дорогое. По сложности сравнимо с изготовлением реального вертолёта с чертежами, аэродинамическими трубами и экспериментальными прототипами.

– За 20 лет я собрал чуть меньше ста моделей, – продолжает рассказ авиамоделист. – Свой первый спортивный вертолёт делал из обыкновенного ящика от американской посылки. Где-то месяца три-четыре. Это не грабли: если плохо соберёшь, он просто развалится в воздухе. Вообще, в России только мы (клуб «РусДжет» – прим. ред.) занимаемся изготовлением реактивных вертолётов, поскольку есть изначальная база – турбореактивные двигатели для самолётов.

Изготавливается такая «крошка» из самых современных материалов. Одни детали вытачиваются на обычных токарных станках, другие – на станках с ЧПУ. Карбон используется для увеличения жёсткости модели, стеколопластик даёт общую гибкость. В качестве наполнителя применяется что-то вроде пенопласта для пространственной жёсткости. Топливный бак, редуктор, трансмиссия, система питания, заводские двигатель и электроника – всё как у настоящего вертолёта. Впрочем, сам авиамоделист получает больше удовольствия не от сборки.

– Основное наслаждение не делать и даже не летать, а с самого начала – с рождения идеи. Пока живет идея, конструкцию можно модернизировать и совершенствовать.